Признание

Страница: 2 из 2

сытый кот. Его, все еще торчащий член, был мокрым и блестящим. А на женщине уже лежал один из охранников. Этот, прежде чем начать совокупление, долго, взасос целовал безответные губы женщины. Кончил он тоже быстро. Следующим был совсем молодой парень. Испуганно сделав несколько резких движений, он торопливо вскочил с дивана. Зато другой насиловал Раису долго и со смаком. Он явно знал толк в женщинах. Меняя темп и амплитуду, он довел Раю до оргазма. С ужасом Константин Николаевич смотрел, как его любимая напряглась, на миг замерла и забилась в судорогах страсти под насиловавшим ее мужиком

 — Что же вы делаете? Звери:. — шептал бедный муж, не в силах оторвать взгляд от дивана, на котором его жена стонала и выгибалась, испытывая необычайно сильный оргазм.

После этого некоторое время Раиса молча принимала навязываемые ей ласки. Которые, как заметил Константин Николаевич, были весьма примитивны. Помять груди, в лучшем случае — пососать, покусывая набухшие соски. Поцеловать, обслюнявив, губы, шею. И затем просто грубо насиловать. Долбить и долбить, а потом кончить в женщину, совершенно не заботясь о ее возможной беременности. Впрочем, о чем это я? Какая там забота, — думал Константин Николаевич — это же просто животные, звери, жадно утоляющие свою похоть. И как неприятно, что его жена, его любимая, подчиняясь тому же зову плоти, испытывает оргазм под этими скотами.

Вот очередной мужлан замычал и судорожно стиснув женщину в объятиях стал кончать. Раиса, повернув голову, может быть, просто для того, чтобы ее не целовал насильник, неотрывно смотрела на мужа. Константин Николаевич, сквозь слезы видел, как расширились ее зрачки, когда солдат, в последней судороге, с искаженным лицом, до предела двинул вперед свое плюющее спермой орудие.

Этот миг, казалось, не кончится никогда. Пристальный взгляд Раисы и потный мужик, буквально вдавивший себя в тело, терзаемой им женщины.

Константин Николаевич, вдруг с ужасом понял, что возбудился. Его восставшему члену явно мешали брюки. Он неловко заерзал на своем неудобном стуле. Почувствовал, как затекли связанные ноги. Руки, стянутые за спиной, давно онемели. Но член: Член — стоял, несмотря на ужасное состояние его хозяина. Он жил сам по себе. И он хотел женщину.

А его жену, между тем, накачивал очередной мужик. Сопя и разбрызгивая слюни, он в быстром темпе работал задом. Его потное, с подтеками грязи на спине, тело, не знало усталости. Раиса опять не сводила взгляда с Константина Николаевича. Только теперь, ее глаза стали томными, с мокрой поволокой. Так же, однажды на вечеринке, она смотрела на молодого, красивого мальчишку, которого, даже и артистом нельзя было назвать. Просто молодой жеребец, смазливый, стройный и безмозглый. Константин Николаевич тогда почувствовал первый укол ревности. Он и сейчас ревновал свою терзаемую жену. Ревновал ее к тем бурным оргазмам, которых он, законный муж, никогда не мог от нее добиться. По глазам Раисы, по ее напрягшемуся телу, он видел, что она близка к очередному взрыву страсти. Почему-то, Константин Николаевич надеялся, что мужик закончит свое дело раньше, чем его Раечка достигнет оргазма. И тогда: что тогда? Тогда, она, может быть, перехочет, перегорит и больше не будет страстно прижиматься к этим грязным кобелям:. Может быть:

Громкие стоны его жены развеяли все надежды. Солдат, содрогаясь, спускал в его жену, а она: она, страстно обхватив его своими безупречными ногами актрисы, стараясь принять в себя как можно больше спермы, кончала синхронно со своим насильником. С пеной на искусанных губах и надсадным дыханием, она, нехотя, отпустила обессилившего солдата. Ее мутный взгляд опять нашел глаза мужа. Затем Константин Николаевич вдруг заметил, что Рая смотрит ниже, туда, где топорщил брюки его эрегированный член. Какой стыд! Она заметила, что она подумает? Она может подумать, что мне это понравилось! А мне: не: понравилось: наверное. Но почему, о боже — почему он стоит?! Какой позор!

А Рая, между тем, уже испытавшая столько оргазмов, думала совсем о другом. Бесконечная череда подрагивающих, деревянно-твердых членов, непрерывно изливающих в нее свое горячее семя и запах терпкого мужского пота сделали ее счастливой.

Раиса вовсе не была ангелом, как считал ее немолодой муж — не слишком удачливый актер, специализировавшийся на второстепенных ролях. Раиса действительно была в близких отношениях с режиссером — а как иначе получить главную роль?! Впрочем, режиссер — увенчанный благообразными сединами старик, ее, конечно не удовлетворял, как, кстати, и муж — приторно нежный слюнтяй. Нет! Она хотела огня! Дикой страсти! Она подсознательно стремилась к тому, чтобы разбудить дремлющие в ней дикие инстинкты. Ее вечная неудовлетворенность не позволяла ей даже сосредоточится на игре, когда она видела набухший бугор в штанах у какого-нибудь помрежа или, хуже того, осветителя. У нее было еще несколько связей, совсем уж незначительных и не принесших ей желаемого удовлетворения.

И вот тут, сейчас, в этой жуткой комнате, на этом грязном, пропахшем потом и спермой диване, она чувствовала себя, наконец, счастливой. Пусть эти животные насилуют ее один за другим! Пусть с рычанием рвут ее плоть! Пусть наспускают в нее так, чтобы выливалось из горла! Давайте, кобели, животные мои милые, давайте, насилуйте меня, вставляйте мне, ебите меня — она и не замечала, что стала выкрикивать все это вслух. Она стонала и смеялась. Она была в сладостном сне. Оргазмы наступали один за другим. Она и не подозревала в себе такой страсти. Давайте! Ну, давайте же! Еще, еще!

Константин Николаевич плакал. Он понял, что его милая жена, его Раечка, оказалась не такой скромницей, как ему представлялось. Вспомнилось и отсутствие крови в первую брачную ночь, и легкое проникновение его, даже не слишком напряженного — от волнения — члена в ее лоно. Его подозрения:. Ну ладно, думал он тогда, ну пусть не девушка,: но зачем так горячо уверять меня в том, что я первый? Я бы простил:. Все бы простил. И всегда прощал. И не хотел знать о ее похождениях:.

Громкий крик прервал его печальные размышления. Раиса опять извивалась под очередным солдатом. Ее покрытые синяками ноги крепко прижимали к себе насильника, и она кричала, кричала, непрерывно содрогаясь в бесконечном оргазме.

 — Да пусти, сука, я давно кончил! — шипел солдат ей в самое ухо, пытаясь освободится от болезненно страстных объятий обезумевшей женщины.

Константин Николаевич вдруг почувствовал, что сейчас и сам испытает оргазм. Это казалось таким диким, и таким маняще сладостным, что он застонал — громко и протяжно. Осипов обернулся к нему и, с понимающей усмешкой, подмигнул. О боже... только не это: только не здесь! — успел подумать Константин Николаевич, из последних сил пытаясь отвлечься — не смотреть на трепещущее, залитое солдатской спермою раскрытое лоно его супруги, выставленное на всеобщее обозрение после того, как солдат, покинул ее, влепив звучную оплеуху. Как ни странно, звук пощечины еще сильнее возбудил бедного мужа и он, плача от стыда — кончил, излив в брюки невероятную порцию спермы.

Их отпустили на следующий день, после подписания заявления, где подробно описывалась гнусная антисоветская деятельность известного режиссера.

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

1 комментарий
  • Anonymous
    Сергунок (гость)
    5 октября 2015 19:53

    Автору... рассказ действительно стоящий..

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх