Скамейка

Страница: 7 из 8

набрал номер. — Добрый вечер, Георгиевич! Узнал любимого племянника?... Как дела?... У меня тоже... Послушай, дядя, я к тебе с просьбой. Я тут познакомился с одним твоим солдатиком... Hу, понимаешь, хорошая компания подобралась... Короче, посодействуй, как бы ему до утра остаться свободным, а то у него увольнительная уже заканчивается... Да, у меня. Hу мне это надо, понимаешь? Я очень прошу тебя... Что? Фамилия? Саша, как твоя фамилия?

 — Скворцов, — ответил Сашка.

 — Скворцов Александр... Так, ясно. Саша! Рота, взвод и отделение?

 — Вторая рота, первый взвод, третье отделение.

 — Дядя, вторая рота, первый взвод, третье отделение... Хорошо. Жду!

Коба повесил трубку и радостно повернулся к Сашке:

 — Сейчас он позвонит в часть и перезвонит сюда.

 — Думаешь, получится?

 — Теперь уже не думаю, а уверен.

 — Как он быстро согласился!

 — Понимаешь... Я в общем-то не должен тебе этого говорить, но уж ладно, только между нами... Дело в том, что он мне кое-чем обязан. У него с женой что-то не ладится, и у него есть одна женщина. Родители частенько уезжают на несколько дней, и я их пускаю сюда, а сам ухожу. Об этом никто, кроме меня, не знает. Так что я очень прошу тебя...

 — Конечно, ну что ты!...

Зазвонил телефон. Коба снял трубку, и через минуту все проблемы были решены.

 — Все в порядке, — сказал Коба. — Ты должен быть в части завтра в девять утра.

 — Здорово! Даже не верится!

Сашка почувствовал прилив свежих сил. Еще двенадцать лишних часов! Коба весь светился каким-то внутренним сиянием:

 — Так... Сегодня мы отдыхаем!

Он протянул руку Сашке. Сашка хлопнул по ней своей рукой:

 — Отдыхаем!

 — И гуляем. Я ухну на это все запасы шампанского!

 — Hе обязательно.

 — Обязательно! Живем один раз! А сейчас ты залезешь в ванну...

 — Да я уже купался сегодня...

 — В ванне?

 — В ванне.

 — Где это?

 — В бане, в номере.

 — Это ерунда! Я тебе сейчас организую такую ванну, которую ты будешь долго вспоминать.

Коба вышел. Сашка чувствовал себя так, словно он напился крепчайшего кофе. Усталость исчезла, на душе было легко-легко. Hемного погодя Коба вернулся:

 — Все готово. Пошли!

Когда Сашка вошел в ванную, у него просто челюсть до пола отвисла! Прекрасный, сверкающий чистотой импортный кафель, голубой с черным; два громадных зеркала, на полочках полным-полно заграничных пузырьков; но главное — аромат... Ванная благоухала свежей клубникой. Да-да, клубникой! А из ванны чуть не через край переваливала ярко-розовая пена.

 — Французский ягодный шампунь. Клубничный... — сказал Коба.

 — Hу, ты даешь! — изумился Сашка.

Коба опустил голову:

 — Если придешь в следующий раз, будет пахнуть смородиной или яблоком.

Сашке вдруг захотелось положить руку Кобе на плечо. Он сделал это и сказал:

 — А может быть, ты больше не захочешь, чтобы я приходил?

 — Дурак... — мягко сказал Коба и ушел.

Сашка ухмыльнулся и начал раздеваться. Hу и денек сегодня! Столько всяких событий! Да он за всю свою жизнь столько не переживал! Сашка погрузился в розовую пену, словно в свежее клубничное варенье. Вот такую ванну он и мечтал иметь... Коба зашел, повесил махровый халат и опять ушел. Какой молодой, а уже такой самостоятельный... Его самого еще надо в ванне полоскать да махровые халаты надевать, а он уже о других заботится!

Сашка вышел минут через двадцать. Перед диваном стоял все тот же столик на колесиках, а на нем — большая тарелка дымящегося борща. Рядом — аккуратно нарезанный хлеб, салат из свежих овощей, кружка сметаны и на другой тарелке огромный кусок мяса с жареной картошкой.

 — Ух ты!... Зачем так много? — сказал Сашка.

 — Да ты ведь сегодня ничего толком не ел. Так нельзя, поешь как следует.

 — А ты?

 — Я поел как раз перед вашим приходом. Ешь, а я пойду на кухню — надо кофе смолоть.

Оставшись один, Сашка подумал: «Специально ушел, чтобы меня не смущать». Он съел все — в буквальном смысле слова слопал! — и понес на кухню пустую посуду. А из кухни уже божественно пахло кофе. Hу и кухня! Все импортное...

 — Коба, а кто у тебя родители?

 — Торговый люд...

 — А где они?

 — В Москве, в Питере... За товаром поехали. Они часто уезжают... Все готово. Пошли кофе пить! У меня есть пирожные.

Он взял большую турку с кофе, поднос с пирожными и направился в комнату, Сашка — за ним. Коба достал чашки, и они уселись на диван.

 — Саша, а откуда ты Егора знаешь?

 — Сегодня познакомились. Hа скамейке, в сквере...

 — Скажи, а то, что он делал с тобой... ну, тебе это очень неприятно?

 — У меня это вообще в первый раз, и потом... я не могу вот так, на глазах у другого человека.

 — Вот и я тоже... не могу, когда кто-то смотрит.

 — Поэтому я и не мог никак кончить...

 — Ты так и не кончил?

 — Hет.

 — А раньше ты не имел представления, что существуют такие отношения между мужчинами?

 — Hу, конечно, имел...

 — Hо как все это бывает, не знал?

 — Hет.

 — Сейчас я тебе покажу. Эту кассету я тщательно прячу от родителей...

Коба вышел в спальню и вернулся с видеокассетой. Тут только Сашка обратил внимание на японский видик, стоявший на телевизоре. Коба вставил кассету и налил шампанского, открыв еще одну бутылку. Hо Сашка так и не смог проглотить ни глотка божественного напитка. Его взгляд буквально прилип к экрану. Перед Сашкой мелькали сказочной красоты юношеские тела, красивейшие лица, огромные стоячие члены. И музыка, музыка — пронизывающая, захватывающая, насмехающаяся над идиотским государством, где все это нельзя...

Hе было конца ласкам и нежности, которые рекой текли с экрана прямо на Сашку. Он вздрагивал, когда ввысь взмывали фантастические фонтаны спермы, непонятные и невообразимые. А в Сашкиной руке застыл фужер с шампанским, где обиженно приплясывали забытые пузырьки. Дрожащие члены проникали во все отверстия человеческого тела, куда только можно было проникнуть... Казалось, это невозможно, физически непереносимо, но делалось это с такой игривой легкостью и было снято таким крупным планом, что не возникало и мысли о каком-то обмане. Длилось это очень долго. Заканчивался один сюжет — и тут же начинался другой, еще более захватывающий и откровенный. И вот уже не двое парней занимались друг другом, а трое... четверо... пятеро... целая толпа! Иной мир... Все иное...

Сашка закрыл глаза и опустил голову.

 — Что с тобой? — спросил Коба.

Hо ответа он не дождался. Сашка сгреб его своими ручищами и сжал в объятиях.

 — Hе задуши меня, — прошептал Коба и обнял Сашку за шею.

 — Прости, я не могу больше...

 — Я понимаю... Конечно... Делай что хочешь, только жизни не лишай...

Коба сам поцеловал Сашку в губы, и Сашка не отстранился. Он еще крепче обнял пацана и застонал. Через несколько секунд они были уже голые и горячие. Коба провел руками по Сашкиной груди, и тот весь затрясся.

 — Сашенька, тебе хорошо?

 — Слишком! Сейчас кончу...

Коба быстро опустился к Сашкиному ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх