Эпизод с нитестрелками

Страница: 2 из 10

— Настоящее чудо! Наверное, такое бывает только во сне...

 — Совсем и не только! — улыбнулась Леночка, выдёргивая наконец ночнушку у Марины и поворачивая выключатель на стене. — Я не могу так! Так меня ещё никто не рассматривал!

 — А я бы смотрела и смотрела,... — сказала Марина мечтательно. — Подумать только — ты совсем как мальчик, но на тебя можно смотреть без страха оказаться объектом неуёмных вожделений. Я между прочим мальчика голого в последний раз видела в детстве, а ребятам я до общежития не всегда разрешаю себя провожать. А у тебя такая прелесть словно в шкатулочке в трусиках лежит! Леночка, покажи!

Маринка снова не выдержала и нащупала в изголовье кровати кнопочку маленького ночника. Леночка лежала рядом в смятении.

 — Мариночка, может не надо? — спросила она робко.

 — Леночка, я только посмотрю! — убедительно заверила Марина и Леночка, вновь приподняв край ночнушки, приспустила на этот раз лишь немного трусики.

Марина приспустила Леночке трусики немного дальше и положив ладони Леночке на талию стала рассматривать Леночкин пенис.

 — Леночка, можно я потрогаю, тебе не будет больно? — Марина протянула пальчики к пенису, не дожидаясь ответа на провокационно-сдвоенный вопрос. Двумя пальчиками она осторожно сжала нежную розовую плоть продолговатого бочонка и легко погладила его от верхушки до самого кончика. Леночка смущенно приотвернулась, а её малыш вдруг предательски вздрогнул у Марины в руках, выдавая нескромные чувства зарождающиеся внутри теплеющего Леночкиного животика.

 — Он... встаёт? — от изумления Марина широко раскрыла глаза. — Леночка, он у тебя встаёт?!

От столь фривольного вопроса Леночка неровно задышала, а малыш её окончательно вышел из повиновения и превратился в довольно крепенький молодецкий хуй. До размеров чудо-богатырей он может слегка и не дотягивал, но тогда из них об этом ещё никто не знал.

 — Ох! — выдохнула Марина. — Настоящий!

Леночка же под властью тёплых волн, бивших упруго в живот, хоть и всё так же приотвернувшись, но откровенно продемонстрировала всё полное достоинство своего малыша. Крепко зажав в кулачок ствол своего кудрявого пенька, она оттянула другой ладошкой до предела яйца, и выпустила наружу шариковидную малиновую золупу.

 — Леночка, я начинаю стесняться тебя! — сказала полушёпотом Марина, убирая ладошки от Леночкиного тела и наслаждаясь зрелищем в упор. Но Леночка сразу пугливо отдёрнула ладошки от своего головатого братца и его размеры на глазах стали сокращаться. Леночка сама стеснялась больше всех... Она натянула трусики и почти забилась в уголок, но Марина тепло протянула к ней руки и спустила с неё трусики до самого конца, а потом спустила трусики с себя.

 — Леночка, ты просто прелесть. И самое необычайное существо на свете! Ты любимая подружка моя навсегда и я тебя никому не отдам! А всю ночь я хочу чувствовать тепло твоих ножек на своих...

Леночка и Марина засыпали в во всего лишь первую ночь своего знакомства по уши влюблёнными друг в друга...

* * *

После этого они просто с трудом могли обходиться друг без друга. Марина почти каждый вечер стала заходить в гости к Леночке, а Леночка даже несколько раз отважилась прийти в гости в общежитие к Марине, несмотря на то, что была напугана явно преувеличенными на тот момент слухами о царящих в общежитиях раблезианских нравах. Секса в стране не было, размножался народ исключительно почкованием и при обострении демографической ситуации планово увеличивались посевные площади капусты. Леночкино «совершенство» не сильно беспокоило обоих, они часто и надолго забывали о нём вовсе. Но периодически вопрос вставал аж ребром.

Как-то купаясь с Леночкой вдвоём в душе у Леночки дома по случаю обычно-трёхдневного отключения горячей воды в общежитии Марина взяла Леночкин член в руку и слегка пожимая спросила...

 — Леночка, да как же ты с таким богатством в жизни пряталась? Ведь он же у тебя с самого начала был?

Леночка тут же смутилась, а член в крепкой мокрой ладошке Марины слегка надулся.

 — Сначала, — рассказывала Леночка уже завернувшись в халатик за вечерним чаем, — меня считали мальчиком. Когда я родилась. Но я мальчиком не чувствовала себя никогда. Меня наряжали в рубашки и шорты, но когда я один раз пошла в общую баню с отцом в мужское отделение у меня случился нервный приступ. Никто не мог понять что со мной и объясняли всё какой-то тонкой нервной организацией. Мне очень повезло в детстве и родители были нежны со мной несмотря на то, что я никак не воплощала собой мечту отца о сыне-военном, мой отец был капитаном дальнего плавания, а сына почему-то хотел лётчика. И непременно военного лётчика-испытателя. Испытатель из меня получился видишь какой. Я сыном себя просто представить себя не могла. Чем больше мне становилось лет, тем сильнее и сильнее давала знать себя во мне девочка. С детским садиком меня Бог миловал и я не была затираемым мальчиком, а просто была всегда очень наверное тихим ребёнком. В школе уже было немного сложнее, но первые годы всё было ещё относительно спокойно. Страшное случилось в двенадцать лет, когда я обнаружила, что у меня начинает наливаться грудь. И тут навалилось всё сразу — и все мои девичьи повадки, и затираемые извне тайные помыслы, и самое главное моя давно уже довлеющая единственно женская натура. В один миг я осознала, что я девочка, которой в спешке пришили что-то не то туда куда девочкам ничего не пришивают. Ужасная перспектива просто потрясла меня. Играть в мальчика я больше не могла, скрывать себя становилось всё труднее и труднее и я часто по ночам просыпалась в холодном поту от мысли о том, что я чем-то себя выдала. И я убежала из дому!

 — Ты? — Марина широко открыла от удивления глаза. — Ты, Леночка, убежала из дому?

 — И очень изощрённо, как я теперь понимаю, в отличии от наших пацанов-второгодников, которые убегали из дому по три раза в год и были непременно снимаемы милицией на первом же железнодорожном переезде. Видимо инстинкт самосохранения заставил мозг работать с необычайной для подростка изворотливостью. Дома я втайне от родителей приготовила себе платье и оставив письмо в котором просила не волноваться за меня ни в коем случае, потому что я обязательно через пять лет вернусь, оставив письмо под тетрадками на столе, ушла утром в школу. Искать меня кинулись только вечером, по приходу с работы, а я к тому времени была уже далеко. На районных автобусах я уже настоящей девочкой добралась до соседней области и, определив по станционной карте место, ушла в самую глухую деревню, в которой жил мой родной дедушка. Мы приезжали к нему раньше в детстве с мамой и папой и мы очень подружились с ним ещё тогда. Только дедушке могла я рассказать, какое чудовище из меня получилось вместо боевого военного лётчика. Дедушка был добрый и очень родной и он понял меня. Иногда мне кажется даже, что ему абсолютно всё равно, кто у него есть — внук или внучка, он любил своё родное существо невзирая совсем ни на что. С дедушкой мы договорились, что он укроет меня от всех и в школу в деревне я уже пошла как девочка. Как я узнала потом, дедушка сразу всё-таки ездил втайне от меня к родителям и успокоил их на предмет существования у него их сокровища. Но относительно причин моего поступка он не проронил ни слова и очень жёстко рекомендовал родителям временно оставить ребёнка в покое, ввиду серьёзности повода мной руководившего. Так я стала собой.

Леночка улыбнулась.

 — А как же потом? Всегда в тайне?

 — Всегда, — сказала Леночка. — Очень тугие трусики и избегание всех видов пляжей и раздевалок. Может поэтому и плавать не научилась, хоть я и так воды боюсь. В бассейне я тогда оказалась почти под угрозой ...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх