Выбор

Страница: 1 из 2

Да что случилось?! Чего распибикались?! А?! Подумаешь, прозевала переключения светофора! Да и кто не прозевает в 6 утра в выходной, когда все нормальные люди ещё спят, отходя после трудовой недели. Задумалась! Замечталась!

 — Придурок! — только и успеваю услышать от проносящейся мимо девицы в кабриолете. Одариваю её своей ослепительной улыбкой. Ну конечно придурок, а что она ещё могла сказать на что-то в мужской рубашке с очень короткой стрижкой, на фоне которой мои слегка оттопыренные ушки смотрятся очень даже смешно. Может догнать и попросить телефончик? Эх, соблазн очень велик, но у меня другие планы. Я везу Нюрку т. е отвожу её домой хозяйке. Начинают наплывать воспоминания, как чокнутый мотоциклист, попав под впередиидущую машину перелетев через неё и застрял прямо у меня на лобовом стекле. До сих пор не могу отделаться от этого не с чем не сравнимого ощущения страха перемешенного с дисориентацией. Единственное, что я помню это то, что кто-то крикнул

 — Говори! Говори с ним пока не приедет скорая! И я пыталась! А вы когда-нибудь пытались разговаривать с кем — то, кто был размазан по вашей машине? Всё было, как в страшном сне и тогда я хотела только одного. Проснуться!

То малое, что мне удалось узнать это то, что мотоциклиста, а точнее мотоциклистку зовут Оксана, то, что она живёт совершенно одна ни родителей, ни родственников, ни семьи, и то, что она очень переживала и просила меня кормить её кошку. Я конечно со всем соглашалась и продолжала задавать и задавать вопросы пока не приехала скорая.

Только потом, когда я стала навещать Ксанку в больнице, т. к. все-таки взяла на себя обязанности временного кормильца её кошки, мне удалось узнать о ней больше! В тот злосчастный год, как она с женой попала в аварию и после этого случая спасли только Оксанку. Она совсем потеряла чувство самосохранения. И свою необузданную любовь к женскому полу переключила на технику. Гоночные машины, спортивные мотоциклы, горные велосипеды. Она переехала в Европу, сняла небольшой домик в деревушке высоко в горах, куда даже автобус не поднимался и начала свою отшельническую жизнь. Да и после того как её подшили и поставили на ноги она жалела только об одном. Её было жалко свой мотоцикл.

Увидела она его где — то в Альпийской деревне на витрине магазина. Как она говорит, влюбилась сразу и тут же решила, что он будет принадлежать ей. Но так как банкомат выдавал не больше 1000 в день, а за её старый мотоцикл давали не так много денег. Она сняла самую лучшую комнату, в единственном отеле, в которой даже не было, ни телевизора, ни душевой и просидела в нём больше недели т. к. чек владелец магазина не брал.

У нас было много общего...

Мы обе любили женщин, обе любили технику и большие скорости, просто обожали горы, а физические нагрузки для нас были вообще как наркотик! Я приезжала к Ксанки, мы садились на горные велосипеды брали палатку, немного еды и пропадали в горах на все выходные. Я даже как-то пыталась прислушаться к себе, не влюбилась ли я в неё, ведь спать в одной палатке пусть в разных спальных мешках, но всё-таки под одной крышей. Но нет, мы были просто друзья и чем больше я это осознавала, тем больше мне это начинало нравиться. Кому же захочется иметь такую сумасшедшую жену, как Ксанка (про себя в этом случае я скромно промолчу) постоянно думать из какого ущелья её спасатели вытащат и по каким больницам ее, потом искать. Нет уж спасибо у меня нервы не железные. Когда мне месяц назад позвонили и сказали, что Ксанка опять попала в больницу, я сорвалась с работы и ехала с твёрдым намереньем её отругать, но, увидев как она мирно спит под всеми этими проводами и капельницами передумала. Ну что ты можешь поделать, когда она сама себя не бережет. Мои размышления прервал Ксанкин голос

 — Ругаться будешь?!! — 

 — Ха, вот ещё! Жена ругаться будет! Я тебе фруктов привезла и Нюрку к себе заберу, совсем ты о кошке не думаешь.

 — Ну что Нюрок догоним девушку? — говорю я, перестраиваясь на автобан. Нюрок, так ласково называла её только я, а Оксанка всё время фыркала и говорила

 — Ты её ещё шнурком назови!

Кошка досталась Ксанки вместе с домом. Дом был заброшенный, хозяева не жили в нём уже давно и когда Ксанка обходила свои новоприобретённые владения, заглянула в подвал то оттуда выскочило что-то непонятно ужасно напуганное и забилось под диван. Кошку Оксана приручила, дала ей имя и что самое главное отмыла её до прекрасного дымчато-голубого цвета. Никто не знает, как Нюрка оказалась в подвале и как долго она там просидела в темноте, ясно только одно она терпеть не может замкнутые пространства. Так что про специальную клетку для перевоза кошек можно было забыть сразу. Да и зачем травмировать и без того расшатанную Нюркину психику. Думаю, она меня полюбила! Ксанка то же почувствовала это и страшно ревновала, называя её предательницей и грозя опять закрыть в подвале. От этих слов Нюрка прыгала мне на колени и пыталась залесть ко мне под рубашку, начинала громко мурлыкать. Оксанка, видя такое громко фыркала и гордо покидала комнату оставляя нас наедине. Вот и сейчас Нюрка устроившись на спинке водительского сиденья мирно положа голову мне на правое плечё, тем самым, мешая переключать передачи, следила за дорогой. Ей это очень нравилось. Она всегда старалась выбрать такое место, откуда была бы видна дорога и только один раз, когда она болела, и я везла её в к врачу она согласилась спокойно полежать на пассажирском сиденье.

 — Ну что? Нюр? Заедим в магазин купим чего-нибудь? Ты же знаешь у Ксанки вечно пустой холодильник. А хлеб вообще не заводится. Нюрка видя в окне знакомый супермаркет, начала метаться по заднему сиденью, определенно радуясь скорой встречи с хозяйкой, а может свежей рыбке, которую я всегда покупаю ей, когда мы вдвоём едим закупаться. И вот мы счастливые с полными сумками продуктов стоим перед Оксанкиной дверью Нюрка в нетерпении трётся об мои ноги и хочет уже, наконец, получить свою рыбёшку, а я никак не могу найти ключи от входной двери. Всё мы вошли. Кошка сразу же принялась поглощать рыбу, а я занялась распаковкой и заносом оставшихся вещей. Ксанку будить было жалко. Да и выходной она раньше 11 не встанет. Так что я могу, смело хозяйничать на кухне. Глядя на сытую Нюрку, которая довольно развалилась на подоконнике, я поняла, что тоже проголодалась. Надо растолкать продукты по холодильнику и сварить кофе. Может запах свежее сваренного кофе вытащит засоню из спальни. Холодильник! Он полный! Нет, ну не такой полный, как показывают в мультиках, что как только мультяшка его открывает всё вываливается, но он полный для Оксанкиного холодильника. Не переставая удивляться неизвестно откуда взявшимися продуктами и пытаясь найти место для новокупленных я распаковала сумки.

Ничего не может быть лучше свежесваренного кофе со свежей булочкой из пекарне намазанной нескромным слоем клубничного джема. Жизнь прекрасна!

Ну, вот и Ксанка встала. Нюрка услышав скрип двери и спускающиеся по лестнице шаги сначала дёрнулась встречать хозяйку, а потом передумала и, прыгнув ко мне на колени смешно втянув в себя шею, замерла и стала наблюдать. То, что к нам спускалось, было совсем не похоже на Ксанку. Хотя тапки и рубашка на девушке принадлежали Оксане, но были явно ей велики. И когда это милое создание, сладко потянувшись, увидела нас с Нюркой, сидящих на кухне и мирно завтракавших то сон прошёл у неё мгновенно.

 — Привет! Завтракать будешь? — спросила я, но встать так и не смогла. Мешала Нюрка, которая при моей попытке встать прижалась ко мне ещё плотнее, зато девушка сделала шаг назад и начала разглядывать кухню в поисках колюще — режущих предметов самообороны.

 — Ты откуда такая пугливая? — Спрашиваю я вставая.

 — Ich verstehe kein Wort! — произносит она, отступая ещё на шаг назад.

Блин ещё и по-русски ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх