Урок для Джейсона

Страница: 2 из 3

как железный брус и свободен от всякого давления — или я так думал. Я чувствовал, как теплый влажный мамин язык облизывает мои шары. Удивившись, я открыл глаза, чтобы посмотреть, что она делает. Язык мамы перемещался от моих шаров до кончика члена, потом крутился вокруг него. Затем ее губы обняли головку, и я удивленно увидел, как мой член вошел маме в рот. Она начала качать, двигаясь вверх-вниз по всей длине члена. Комбинация ее качания с вращением языка вокруг члена заставила мое наслаждение подняться еще выше. Я закричал, когда давление из шаров хлынуло к кончику члена, и вцепился в простыню, когда оно стало невыносимым, а почувствовав взрыв — когда что-то огромное вырвалось из кончика члена — закричал еще громче. Мама тоже кричала, когда заряд ворвался в ее рот. Огромная струя вырвалась из члена, и я с изумлением наблюдал, как мама ее глотает.

«Тебе это нравится?» — спросила мама. Я не мог ответить — я был слишком испуган и ошеломлен. Посмотрев вниз, на свой член, я увидел, что этот кусочек кожи и мускулов, синий после восхитительного маминого рта, все еще силен — даже после всего того, что мама с ним сделала. «Это была первая часть» — сказала она. «теперь — твоя очередь очередь.» — продолжила она, переворачиваясь на спину.

Ее ноги были раскрыты. «Ну, поцелуй меня там, внизу» — сказала она, показывая вниз, на черные шелковистые волосы на лобке. Своими пальцами она открыла влагалище — это красноватое отверстие любви. Другая ее рука направила мою голову. Мой рот коснулся ее плоти, и она застонала. Запах ее влагалища сокрушил меня. Контакт моих губ с ее киской вновь возбудил мои чувства. Со звуками поцелуев, который издавали мой рот и ее любовное местечко, ее стоны стали громче. К тому времени мой язык вырвался из открывшегнося рта и начал лизать вокруг красной дырочки — скользя от вершины ее киски, вниз на клитор и иногда заглядывая в отверстие. Мамины стоны сменились визгом и рычанием. «Милый, давай быстрее» — глухо сказала она.

Мой язык ускорился, внутрь-наружу в ее любовное отверстие и вверх-вниз по клитору. Обеими руками она схватила меня за затылок и сильным толчком вдавила лицом во влагалище. Ее бедра задергались вверх-вниз, и соленая жидкость заполнила мой рот, из маминого горла вырвался глубокий стон, а ее ноги замерли. Я посмотрел на нее. Ее лицо улыбалось, и по этой улыбке я понял, что она удовлетворена. Ее коричневые соски были напряжены. «Мальчик, ты уверенно меня делал» — сказала она, пытаясь восстановить дыхание. «Так держать — и другие девочки будут довольны» — сказала наконец она, уже когда дышала спокойно. «Это все?» — спросил я, стоя на коленях. «Ну, нет, это была вторая часть. Но если хочешь, можем остановиться на этом» — ответила она.

Я был настолько возбужден, что мой член пульсировал, и я мог чувствовать, как бьется кровь в его венах. Я хотел научиться большему. Кто научит меня лучше, чем моя мама?"Что еще я могу сделать?» — спросил я. « Ну, последнее — по порядку, а не по важности! — ты должен засунуть член в живот девочки. Попробуй сейчас — воткни в меня свой член» — ответила она.

До этого дня я даже представить не мог такого — моя мама хочет, чтобы я ее трахнул. Эта часть была быстрой — чего еще вы хотите от тринадцатилетнего мальчика? Я пододвинул свой член поближе к ее киске, вставил его и стал двигать взад-вперед, как она мне сказала. После двух-трех таких движений я выстрелил белым на мамин живот и волосы на лобке. Я насчитал пять струек, две больших и три поменьше. Руки мамы размазали мою сперму по всему ее телу — она наслаждалась каждой пролившейся каплей.

Так я потерял невинность. Этот день я запомнил навсегда. Такое воскресное утро лучше всякого телевидения.

В понедельник я вернулся из школы в полдень, раньше сестры, и уселся перед телевизором — смотреть MTV. Когда сестра вернулась домой, был уже час. «Привет, Джеф, где мама?» — спросила она. Я повернул голову, посмотрел на нее, и меня словно УДАРИЛО — я почувствовал, как мой член рвет трусы. Сестра была в школьной форме — белой блузке, серой юбке и красном жакете. Долгие две секунды я пристально смотрел на нее, и только ее голос пробудил меня от тинейджерских сексуальных грез:

«Эй, ты собираешься мне отвечать?»

«Ох, извини. Мама оставила записку, она вернется не раньше девяти вечера».

Джули бросила ранец на пол, повесила жакет и села рядом со мной. Я продолжал:

«Мама говорила с тобой о той ночи, в субботу?»

«Да, а с тобой?»

«Да. Что она тебе сказала?»

«Она спрашивала меня — готова ли я принимать пилюли, о мальчиках... и прочее в том же духе».

Она рассказывала мне, о каких вещах говорила ей мама — но я уже потерял интерес к ее словам, потому что заметил ее контур ее лифчика через белую полупрозрачную блузку. Я видел даже два маленьких бугорка на ее груди. Мой член вздрагивал, когда я бросал взгляд на Джули. Мои глаза остановились на ее ножках. Джули сидела лицом ко мне, положив ногу на ногу, и ноги были частично открыты. Я не знал то, что тогда произошло со мной, но я всппоминаю об этом каждый раз, когда вижу мою сестру — я наклонился, чтобы поцеловать сестру, моя левая рука скользнула по ее бедру под юбку и до ее тайного местечка. Когда мои губы прижались к ее губам, Джули, удивленная моим движением, отскочила. Единственным звуком, который она издала, был приглушенный стон удивления. Джули нежно посмотрела на меня. Я понял, что первые прикосновения ей понравились.

Я не мог дольше сдерживаться. Я обнял ее за шею правой рукой, притянул ее поближе и начал целовать ее. Она закрыла глаза, позволяя мне продолжать. Мой язык проскользнул в ее нежный рот. Моя левая рука скользила по ее грудям, лаская ее лифчик через белую ткань блузы. Ее соски, пока я потирал их, медленно набухали. Джули застонала. Ее груди становились тверже с каждой секундой, им уже было тесно в лифчикe. Со своей стороны, я был возбужден. Легко, как перышком, я вращал пальцами вокруг ее сосков, и не прерывался, пока ее грудки не напряглись, а потом расстегнул ее блузку сверху вниз и распахнул ее. Дыхание сестры стало тяжеле, когда она голой кожей почувствовала холодный воздух. Комбинация моего влажного дыхания и холодного воздуха на ее шее и груди заставила ее задрожать, ее руки и живот покрылись «гусиной кожей». Когда я начал нежно целовать ее грудь через лифчик, она опустила голову на диван. Левой рукой я освободил переднюю завязку ее лифчика. Как по волшебству, чашечки соскользнули к ее спине, открыв шелковистую кожу грудей и розовые соски.

Я поцеловал их. Сладкий вкус ее грудей и сосков у меня во рту заставил мой член резче пульсировать в штанах. Стоны Джули стал громче, когда я завращал языком вокруг ее соска. Одновременно моя левая рука, перемещаясь под юбкой, по ее бедрам достигла промежности. В ответ Джули шире раскинула ноги, так, чтобы моя рука могла свободно двигаться. Мой указательный палец ласкал ее промежность, а рука скользила по белым хлопковым трусикам. Эта комбинация заставила Джули тяжело дышать.

Указательный палец левой руки протолкнул хлопковую ткань во влагалище Джули, а рука сильнее надавила на промежность. Губы ее влагалища уступили моему пальцу, и я почувствовал перекатывающийся под ним клитор. Джули еще раз подскочила и взвизгнула. Ее правая рука вцепилась в ручку дивана, а левая — в мое колено. Я продолжал тереть пальцем ее клитор, и мои пальцы чувствовали, что ее трусики намокают.

«Джеф, что ты со мной делаешь?» — спросила она дрожащим голосом. «Тебе это нравится? Мама называет это мастурбацией» — ответил я, когда оторвал губы от ее правой груди. «Внутри мне это жутко приятно» — сказала она, сокращая слова так, чтобы они попадали в паузы между вдохами. «Ты хочешь, чтобы я перестал?» — спросил я ее. «Не знаю, я не уверена» — сказала Джули. На ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх