Марысь

Страница: 1 из 2

Этот текст содержит описание нестандартных сексуальных сцен, которые могут оскорбить Вас или вызвать иные неприятные эмоции. Поэтому читать его или нет — исключительно на Вашей совести. Претензии по этому поводу автором не принимаются. Зато принимаются отзывы (в том числе и отрицательные) предложения о сотрудничестве, а так же предложения дружбы и кошелька по адресу orkas@mail.ru

 — Марысь! А Марыся?

 — Ну?

 — Расскажи еще чего, а?

Блики костра падают на челку, совершенно теряясь в рыжих кудрях, а потом, просочившись, стекают по лицу игривыми струйками. Трещит теплом летняя ночь, взрывается светом костер и искры разлетаются хором кузнечиков.

 — А еще сказывают, что в речце нашей потонули двое...

 — Когда???

 — Не перебивай. Давно уж, и бабушка моя еще об этом слышала... И не сами потонули, водяник их свел. Сказывают, что жил тогда на селе один парень, красивый, да видный, все девки по нему сохли. А он сох по одной, и с другими не водился. А у той девушки была мамо дюже строгая и сказала она дочке, что замуж ей пристало идти только за того, кто ей, маме, достойным покажется...

Жесткие корешки да травки в бок упираются. Это ж надо, как здорово. Ночное, лето, костер, с десяток коней за кругом света и у костра — двое. А про то, что Маруся сказчица... хмм... дык, ведь про то в селе и не знает почти никто! И ведь как все складно выходит!

 — ... Задумал тогда парень девушку ту силком увести! Ну, то дело не хитрое, взять то возьмешь, а вот удержишь ли? Что за счастье с милой после от всего света дрекольем обороняться? Вот и задумал парень...

А действительно! Вот возьму сейчас, сяду на горячего коня, и увезу Маруську на край света! А что с конями сделается? Что, первый раз что ли? Утром мужики придут, разберут коней, ну, может подивятся, что Гонтаря-пастуха не видать, дак потом у костров будут лясы точить...

 — ... и как стали они ночью перебираться через речцу, то случилась беда, яку никто и положить не мог — матушка та проснулась, чи во двор захотела, чи просто воды... Глядь — нету дочки любимой да родимой! Поначалу думала, что та тоже до витру пошла, а потом глядь — ни онучей ее, ни сарафана... И так ее обида взяла, что дочь любимая из родного дома сбежала, як с полону, что прокляла ее страшным словом и призвала на голову ее все беды. И беда стряслась — вынырнул водяник, и стал девку тянуть. Парень уж и так, и эдак, да дно скользкое, и куда ж у водяника то добычу отнять...

Нет, складно сказывает! Аж мурашки бегут... И ведь удача какая! А? Ведь иди Машка другой дорогой, пришлось бы коротать ночь в одиночестве, со звездами да лошадками. А это еще что?

В темноте раздался шумный, протяжный шлепок. Двое повернули голову, против воли вглядываясь в темноту летней ночи. Напряжение постепенно отпускало...

 — Рыба плещется, верно...

 — И то правда — засмеялась, повела узкими плечиками — а как с рушницы стрельнули, правда?

 — Правда... А то после сказок твоих страхи мерещатся...

 — Ага! Застращала девка хлопца!

 — Ты! Меня! Да я... Да я вообще

 — Ага, ага, знаем, знаем! И самый смелый, и самый...

 — А что, и самый! И не сказок боюсь...

 — А чего боишься?

Двое уже не сидят, уже стоят у костра, руки в боки, нагнулись через пламя, в глазах язычками костра чертики веселые бегают. И ведь страшно обоим, да перед друг-дружкой показать не можно...

 — А... ааа... А ничего не боюсь! И водяного твоего за бороду дерну!

 — Вот так вот прям за бороду?!

 — А хоть за что!

 — Горазд Гонтарь у костра сказки сказывать, куда моим!

 — Не веришь?

 — Ни на грошик медный!

 — А вот докажу!

 — А ну?

Гонтарь срывается в темноту, лихо по разбойничьи высвистывая и выкрикивая в темноту «Черныш, Черныш»... Через минуту объявляется верхом на неоседланном коне в кругу костра...

 — Не веришь?

 — Гонтарь, не дури, чего ты...

 — Ага! Сама испугалась! А вот пойдем, глянешь!

Вцепившись клещом в бока коня парень нагибается, и подхватывает девушку, подтягивая ее на конскую спину. Конь аж присаживается на задние ноги, но выпрямившись, разворачивается и, повинуясь движению пяток уносится в темноту. Гонтарь прижался к девушке всем телом, пытаясь одновременно удержать ее, себя, коня... И хоть скачка эта коротка — не далеко речца то, да горяча и напряженна — живые волны коня снизу, горячее тело спереди и теплый ветер в лицо... И девушка прижалась всем телом к парню — всего то и осталось от уюта костра, что ночь непроглядная, живое тепло коня и крепкие руки по бокам. И не на что опереться, кроме как на эти самые руки. И расслабленная спина прижалось к груди и девичьи ладони вцепились в предплечья...

Дикий грохот и туча брызг. Это конь на всем скаку въехал таки в реку.

 — АААААайййй!!! Сумасшедший, ты что делаешь!!! Я же сейчас вся вымокну!

Гонтарь спрыгивает с коня, и подставляет руки — Прыгай!

 — Куда? В речку?

 — Ко мне! Я удержу!

И девушка оставляет спину коня и падает на руки. Воды пока немного, по колено, но дно действительно скользкое, и пока Гонтарь бредет к берегу, Мария судорожно цепляется за его шею, задирая ноги, что бы не промокнуть.

 — Сумасшедший!

 — Маш! А вода то теплая!

 — Ну так что? Теперь меня мочить надо?

 — Извини, не хотел...

Парень выбирается на берег ставит девушку на землю и начинает ее отряхивать... Потом осторожно и ненавязчиво начинает снимать с нее платье.

 — Ты что!

 — Да пусть высохнет! А то совсем намочишь! Вода ж теплая!

 — А увидит кто?

 — Так темно же! Айда в воду!

Не так уж и темно. Обнаженное девичье тело вдруг вырывается из рук и с плеском уходит в воду, унося на плечах и волосах звездный отблеск. Парень на секунду останавливается, глядя в воду, потом тоже раздевается и кидается в реку. Вода мягко принимает разгоряченное неожиданным приключением, но совсем не возбужденное тело и трое с визгом, хохотом и ржанием плещутся в реке. Черныш заражается общим весельем, бьет копытами по воде, поднимая брызги, пока двое играют в догонялки вокруг его могучей фигуры, периодически используя спину как мостик для ныряния.

Потом конь поворачивается, и шумно отряхиваясь и фыркая, выбирается на берег. Гонтарь с Машей остаются одни. Вода речная, даже теплая, сильно холодит тело, и двое, еще минутку поплескавшись, тоже выбираются на берег. Гонтарь подходит к коню.

 — Совсем тебя загоняли, да Черныш? — руки парня в это время оглаживают мокрую шкуру коня, стряхивая бриллиантовые капли звезд на сухую траву. Конь стоит неподвижно, а тело юноши сотрясает странный озноб. Теплый ветер, высушивая воду, кажется холодным, но внутри жар, он растекается от ребер по телу, теряясь и свиваясь в жгуты, на которые нанизано тело. С другой стороны коня подходит Маруся и тоже начинает расчесывать гриву. Постепенно две фигуры перемещаются и когда рука Гонтаря ложится на спину Черныша, там уже лежит рука Маруси. Гонтарь крепко сжимает узкую девичью кисть, прижимая ее к шерсти. Но Маруся и не думает отдергивать руку. Странный озноб усиливается, и сквозь него отчетливо проступает возбуждение. Гонтарь чувствует себя неловко, но и отпускать девушку не хочется. В какой-то момент вторая рука его, которой он по-прежнему гладит коня, задевает что-то под брюхом у коня. Он всем телом прижимается к теплому боку, протягивает руку и нащупывает... Под пальцами скользят бугорки и складки кожи, ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх