Искушения взрослой жизни. Часть I. Ольга

Страница: 3 из 3

стоял очень близко. Ольга мочилась, не издавая никаких слышимых посторонних звуков. Не было слышно ни малейшего шороха одежды, казалось, она не дышала и вся устремилась в серебряную солоноватую струю между своих ног.

Похоже, ей сразу удалось полностью расслабить мышцы, надежно запиравшие до этого её женский, широкий мочеточник. Моча шумным потоком устремилась на пол. Ольга мочилась не меньше минуты.

Первую половину — секунд тридцать — напор струи неожиданно менялся. Казалось, молодая женщина самоотверженно борется за живучесть своего мочевого пузыря, изливая из него опасную жидкость.

В самом начале мочеиспускания, основным был шум жидкости, изливающейся на бетонный пол под большим напором. Моча шипела и пенилась. Новые и новые порции женской урины уже попадали в стихийно образовавшуюся лужу, и звук стал более «мокрым» — бурлящим.

Когда первые стаканы были исторгнуты из Ольги (прошли лишь секунды), она, похоже, напрягла мышцы живота, сжав мочевой пузырь и придав струе дополнительный напор. Её мочеточник издал отчетливый «фф-сс-ык» и к шипению прибавился свистящий звук, как если бы у Ольги в промежность была вмонтирована свистулька.

Свист то усиливался, то ослабевал, — уставая, женщина переставала сдавливать мочевой пузырь. При этом, похоже, менялось и направление струи, так как при меньшем напоре мочеиспускание сопровождалось гораздо большим количеством сочных капающих звуков, в то время, как, напрягаясь, Ольга начинала свиристеть и «резать» бетонный пол мощной направленной струей.

Прошло уже больше пол — минуты. Блондинка в очередной раз напряглась, и поток мочи звонко «фссыкнув» вдруг прекратился. Я отчетливо услышал, как в лужу упали несколько отставших от общей компании капель. Одновременно, Ольга с облегчением выдохнула «уф-ф!».

«Всё?» — пронеслось в моей голове, но через секунду поток возобновился. Звук его поразительно изменился, казалось, наверху присела другая женщина. Долгое время моча текла из Ольгиной промежности спокойным широким потоком, практически без напряжения и эмоций. В какой-то момент постоянный поток сменился частым прерывистым капанием.

Казалось, истерзанный напряжением мочевой пузырь моей сотрудницы обессилено сочится остатками урины. Думаю, в этот момент женщина уже наслаждалась блаженными секундами, спавшего наконец, лихорадочного и мучительного напряжения в промежности, сопровождавшего последний час её жизни.

Неожиданно, сочение прервалось. Ольга одарила бетонный пол двумя короткими звонкими выбрызгами и затихла. С начала этого мокрого фейерверка прошла минута. Праздник был закончен.

Вероятно, некоторое время она ещё манипулировала мышцами промежности, не будучи уверенной в том, что её мочевой пузырь приведен в естественное удовлетворенное состояние. При этом из щели молодой женщины в лужу упали несколько последних капель.

На верхней площадке раздались два уже знакомых щелчка — это звонко щелкнула косточка в коленке. Ольга совершала последние пассы, характерные для пописавшей женщины, — она, умело приседая, стряхивала остатки мочи с влажной вульвы и с волос на половых губах. Наверняка в её сумочке были припасены салфетки на случай неожиданного посещения туалета, но сумка в этот момент находилась у меня в руках.

В следующее мгновение с ольгиной площадки донеслось мягкое еле слышное шуршание — женщина надевала трусики. Я услышал короткий шлепок резинки — Ольга поправляла только что надетые трусы, чтобы они не забивались во влажную после мочеиспускания срамную щель.

Следующий неспешный и деловитый шуршащий звук оповестил о том, что Ольга натянула колготки. Далее с шумным шорохом, характерным для чистой одежды была опущена юбка. Ольга сделала два неуверенных шага — очевидно, она обходила лужу, которую только что напрудила.

В следующий момент я услышал уверенный и радостный стук Ольгиных каблучков по лестнице — она направлялась вниз. Я спешно развернулся к ней навстречу — она не должна была увидеть меня, стоящего столбом. С другой стороны, объяснения тому, как я угадал, что она именно в этот момент закончит мочиться (ведь не прошло и минуты после того, как Ольга справилась с последними каплями) у меня не было.

Мы сошлись на середине пролета ведущего на ольгину площадку. Я был возбужден до предела. Плохо соображая, что делаю, я положил ладонь на то место, где пару минут назад выпячивался переполненный мочой животик блондинки. Рука скользнула вниз. Я ощутил под жесткой шерстью узкой юбки аккуратно упакованный в трусики и колготки мягкий лобок.

«Ты как?» — задал я идиотский вопрос. «Очень хорошо!» — ответила она серьезно, и твердо взявшись своими маленькими пальчиками за мою руку, убрала её со своего лобка.

Я понимал, что уподобляюсь несчастным извращенцам — фетишистам, которые охотятся за грязным женским бельем, но ничего не мог с собой поделать.

«Ты подожди меня внизу. Мне тоже надо. Я недолго» — сказал я. «Хорошо» — ответила она и решительно направилась вниз по лестнице к выходу.

На ватных ногах я поднялся до конца пролета на площадку. Как я уже говорил, на площадке до этого было абсолютно чисто и сухо. На полу была лишь пара разводов штукатурки, оставшихся после ремонта. Сейчас всё изменилось. Прямо посередине площадки стояла лужа. Её ЛУЖА. Пол, на первый взгляд казавшийся ровным, имел, как оказалось, ощутимое углубление в центре, поэтому ольгина моча не растеклась и не стекла куда-либо в угол, а вся осталась стоять на площадке. При этом мочи было столько, что она заняла всю площадку.

Лужа имела грушевидную форму. Неширокая «попка груши», очевидно, возникла непосредственно между ногами женщины. Сюда вытекал финальный ручей, сюда же попадали параллельные струи с меньшим напором, вытекавшие в «неправильных» направлениях вниз по ольгиной промежности, половым губам, попадая на влажный от мочи анус.

Основная же масса мочи находилась в «голове груши», которая как раз и приходилась на центр площадки. Края груши имели ровную, соответствующую углублению в полу кромку. Присмотревшись, я увидел вокруг большей части лужи мириады мелких брызг. Похоже, привычно манипулируя положением тела, Ольга умело направила свой фонтан, так что струя мочи била не вертикально вниз — прямо между ног, а под значительным углом, чтобы не забрызгать туфли и низ колготок. Место соприкосновения основной струи с бетоном была смещено вперед от ольгиной промежности. При этом фонтан, под большим давлением ударяясь в пол, производил массу брызг.

На поверхности широкой части лужи неподвижно и победно плавали, постепенно уменьшаясь, пенные островки. Пивная моча Ольги сбилась в пену.

Я присел на корточки над лужей. «Господи, если бы они знали, чем я тут занимаюсь! Серьезным ведь мужиком слыву» — с грустью подумал я.

В следующий момент я опустил три пальца в самое глубокое место лужи. Пальцы почувствовали ласковое тепло, царящее внутри Ольги. Я поднес мокрые пальцы к носу. Жидкость издавала чуть заметный мускусный запах. Я тронул пальцы языком. По вкусу Ольгина моча напоминала жесткую воду из деревенского колодца. Кроме того, я отчетливо ощутил легкий, едва заметный, солоноватый привкус. Почки блондинки старательно отфильтровали ударную дозу пива, направив в мочевой пузырь, а затем и на бетонный пол почти что дистиллированную воду.

Я не делал попыток отлить, хотя и было чем. Член в результате всех этих потрясений был как каменный и неприступно стоял в позиции «вертикально вверх».

Когда я спустился вниз, пальцы уже почти высохли. Здесь меня ждала довольная Ольга. Она радостно принялась щебетать о чем-то мало меня в ту минуту интересовавшем. Мы вернулись к скамейке, чтобы присоединиться к остальной компании.

Чуваки к этому моменту выполнили очередной заход за пивом и уже были достаточно пьяны. Пора было заканчивать вечеринку, о чём я и объявил окружающим. Парни высказали шуточное возмущение по тому поводу, что «тебе повезло, а всем остальным тоже хочется». Несмотря на пивные пары у меня в голове, в этот момент я уже отчетливо понимал, что свой выбор Ольга уже сделала.

Дальнейшее развитие событий было практически предрешено. В течение двух последующих недель мы были с Ольгой неразлучны. Мы пили пиво вдвоем, гуляли, очень много разговаривали.

В одно из последующих воскресений она пригласила меня к себе домой, где я и имел удовольствие убедиться в том, что Ольга действительно натуральная блондинка, предложенным ей же способом.

Наши отношения продолжались четыре года. При этом каждый год четвертого июня мы обязательно отмечали наш «день рождения» — День Рождения наших отношений. Это стало почти традицией — мы пили много пива в многолюдных кварталах старого города. После достижения необходимой кондиции мы прятались где-нибудь на лестнице, и Ольга торжественно совершала «праздничное мочеиспускание» в моём присутствии. Сразу после этого мы занимались любовью. Эти минуты я запомню навсегда. Для меня до сих пор нет ничего более возбуждающего, чем влажное влагалище только что поссавшей женщины.

Как я уже сказал, мы были вместе четыре года, после чего она собралась замуж, и мы были вынуждены прекратились наши отношения.

Я часто спрашиваю себя, что же случилось тогда четвертого июня 96-го года в парке перед ТЮЗом? Как эта молодая женщина могла так безошибочно, определенно, и в то же время, без единого слова дать мне понять, что предпочла меня остальным мужчинам?

С одной стороны, все, что она сделала, это всего лишь пригласила меня «посторожить», в то время, как сама справляла малую нужду. С другой стороны, она умело совершила беспрецедентный акт соблазнения без единого слова или даже намека на секс.

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх