Любовь матери

Страница: 3 из 3

раскалённые тавра в груди другой женщины. Бред! Ради чего! Зачем! Но я не могла уже остановить ни Аду, ни себя, процесс пошёл. Вот тавра уже накалились добела, и Ада с дьявольским выражением лица подносит два клейма к груди перепуганной женщины.

 — Отвернись, — говорит Ада. Мать с трудом отворачивает голову, зная, что как только отвернется её пронзит страшная боль.

Даже сквозь кляп сдавленный крик матери наверняка услышали все наши соседи. Этот крик звучал у меня в голове еще очень долго, после того как всё было кончено. Когда Ада ушла я не выдержала и с рёвом кинулась к лежащей на диване матери.

 — Прости,:прости меня мама: я не хотела, — сквозь слёзы говорю я.

Глаза матери увлажнились.

 — Ты не виновата: ведь я могла отказаться: — устало сказала она.

 — Да: но ты не отказалась. Почему?!

 — Этого хотела Ада:

Ада! Ада!!! Неужели мать и впрямь сделает все, что та захочет.

 — Скажи, а правда что если она захочет то может убить тебя, и ты не будешь возражать?

 — Не знаю: может быть:

От этих слов мне стало не по себе.

Как то раз мы затопили соседку снизу, а это была очень сварливая баба, ну и конечно она пришла ругаться к матери. Я была в комнате слушала ход ссоры когда меня возбудила одна мысль. В самый разгар их ней перепалки я подошла к ним.

 — Ты виновата Мама. Тетя Зина вы правы. Тебя нужно наказать. Подставь щёки тёти Зине, пусть она даст тебе две пощечины.

Сама тётя Зина, совершенно ошалевшая, смотрела и на меня и на мать. Мать, которая ещё не разу напрямую ни выполняла, ни одного моего приказа тоже не знала как реагировать. Я испытующе посмотрела ей в глаза. Так мы все втроём довольно долго пялились друг на друга. Неожиданно мать устало отступила, отведя взгляд и вытянув шею.

 — Тётя Зина смелее! Накажите эту сучку!

Но тётя Зина только усиленно хлопала глазами.

 — Тогда я сама.

Я дала матери две сильнейших оплеухи, так что у неё брызнули слёзы.

 — А теперь опустись на колени и проси прощения.

Мать как всегда постаралась элегантно встать на колени, после чего тихим голосом проговорила:

 — Простите меня Зина. Я очень виновата.

 — Хорошо. А теперь возьми ведро с тряпкой и иди убирать квартиру тёти Зины.

Когда мать пришла, её глаза были красные, видно было, что она плакала. За то время пока её не было, я вкратце объяснила соседке ситуацию. Моему восторгу не было предела, когда тётя Зина встретила пришедшую из её квартиры мать со словами:

 — Ах ты, извращённая паскуда! Значит, любишь боль! Сейчас я тебе устрою.

Тётя Зина начала рукой бить мать по лицу. Я остановила её.

 — Нет, тётя Зина, давайте я дам вам ремень, и вы отлупите её по заднице.

Тетя Зина оказалась очень жестока, она била мать пока я сама её не остановила. В дальнейшем она согласилась навещать нашу квартиру, для того чтобы пороть и унижать свою соседку.

Ада тоже была несказанно рада появлению нового игрока в своих играх.

Тётя Зина быстро освоилась со своей новой ролью, и мы с Адой уже вскоре наблюдали как мать, похоже, с явным отвращением лизала тёти Зине толстую задницу и поросшее чёрными волосами влагалище.

Через три месяца как я узнала мамину тайну, в её судьбе наметились значительные перемены. Я не знала или Аде всё это наскучило или действительно ей понадобились деньги. Так или иначе, но она намеривалась продать мать. Я не стала возражать против этого. Когда Ада спросила об этом мать, то та умоляла её остаться с ней. Но в конечном итоге Ада как всегда выбила у неё согласие.

Я присутствовала при процессе продажи. Это было нечто! Ада выбрала покупателя из множества претендентов. Конечно наиболее извращённого мужика. Я знаю только его имя Виктор. Ада показывала ему мать как товар. Он смотрел её тело, гениталии. Как вещь. Сначала они прошлись по её биографии:

 — Сколько ей лет?

 — 38-мь, — отвечала Ада.

 — Во сколько вышла замуж?

 — В 20-ть, — подсказала я.

 — Во сколько родила?

 — В 21-н, — опять подсказывала я.

Затем шёл осмотр её тела. Мать голой со скрепленными над головой руками стояла перед диваном, где сидел покупатель и Ада. Виктор пальцами проникал в её лоно и анус. От удовольствия он аж причмокивал. Мужику пришлись по душе клейма. Ада сказала, что он тоже может поставить свои инициалы, например, между лобком и пупком, или на бёдра матери. Он заявил, что обязательно пометит её. Они обсуждали мать в самых грязных выражениях и подробностях:

 — Как у неё пизда? — спрашивал Виктор, — Спирали нет? А то я хочу ебать её без презика.

 — Нет, нету, — Отвечала Ада, — но проблем нет, поставите сами.

 — А течёт быстро?

 — О да! Просто сучка, какая то.

 — Ну, а пытки. Иглами увлекались?

 — Нет. Я порола её через день, пожалуй, и всё.

 — Я люблю иглы. Если буду протыкать насквозь её сиськи вы не возражаете?

 — Да нет, конечно. Но только в меру и осторожно. Хотя нет, всё по вашему усмотрению.

При этом диалоге мать замерла. А я, наверное, с радостью предвкушала то, что ждет её у этого мужика.

Когда процесс продажи вплотную подошёл к концу. Виктор ещё раз решил озвучить условие сделки.

 — Срок продажи — навсегда.

 — Правильно. С возможностью навещать её в любое удобное для вас время.

При этих словах глаза матери увлажнились. Она слышала это в первый раз.

Видя жалостливую мину на лице своей рабыни Ада постаралась приободрить её:

 — Не волнуйся, я буду часто навещать тебя. Веришь мне?

Мать только кивнула.

 — Ограничений нет. Правильно? — продолжал Виктор.

 — Да. Кроме причинения тяжких увечий. И всё же желательно делать всё на добровольной основе.

 — Это будет зависеть всё от неё. Но думаю, мы поладим. Затем мы вдвоем с Адой пересчитывали деньги. Это было 70-ть тысяч баксов. Оплата происходила в двух частях. Ещё 50-т Виктор должен заплатить через месяц. С Адой мы договорились деньги разделить поровну.

После того как новый хозяин перевёз мать жить к себе, я видела её за последний год всего один раз. Примерно через два месяца после её переезда. У неё уже стояли новые клейма. Мужик решил поставить их опять на ягодицы, только они были крупнее, и были поставлены выше первых. Это были инициалы — «ВК». Также он сменил бляху в промежности, заменив её на более тяжёлую и крупную естественно со своей надписью. Сразу что бросалось в глаза это её синяя грудь. Вероятно, это было у Виктора любимое место для своих забав в теле купленной им рабыни. Ада за всё это время навещала свою пассию чуть больше меня — три раза. А я после того как мы уладили все финансовые вопросы, Аду не видела вобще.

По глазам матери я поняла: она несчастлива с Виктором. Счастлива она была только с Адой. Но я не очень расстроилась. Неожиданно я поняла: чувство к матери как к родному и близкому человеку у меня больше нет.

Автор будет рад отзывам по адресу:indeica@yandex.ru

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

наверх