Любовь, которую хочешь ты

Страница: 1 из 3

Машина останавливается, Алексей заходит с моей стороны и открывает дверь. Надо же, как трепетно ухаживают за нашим величеством! Берегут нас, недобрых, лелеют! Не переживай, ты все получишь сполна — моему слову можно верить.

Когда дверь в квартиру закрывается, Леша становится передо мной на колени. За последний месяц у него появилась такая вот дурная привычка — бухаться на пол, как только мы останемся одни. Не хватало еще, чтобы он начал так же вести себя на улице. Не люблю подобные жесты, очень не люблю.

 — Встань! Я не просила тебя соблюдать ритуалы для рабов!

Я говорю спокойно, но строго.

 — Ирма, Вы для меня Госпожа, Вы — моя Хозяйка, — отвечает Алексей, по-прежнему стоя на коленях.

Я в ответ отпираю только что закрытый замок, распахиваю дверь:

 — Ты, видимо, хочешь уйти?

 — Нет, не прогоняйте меня! Я сделаю все, что Вы скажете! — Алеша тут же вскакивает, перехватывает мою руку.

Ну что с ним делать? Сейчас он ведет себя как свободный человек — спорит, неповиновение показывает; но, с другой стороны, он готов теперь пройти через все (сколько там по канонам?) девять кругов ада только за то, что ослушался моего вопроса-приказа. Эх, Леша, Леша...

 — Тогда веди себя нормально.

 — Как Вам будет угодно, фрау!

Нет, все же трудно с ним. Морщусь недовольно. Что самое печальное — все это он делает искренне. А, может, развлечься, поиграть по полной программе, побыть его Хозяйкой? Why, собственно, not? Разнообразие — штука полезная. Значит, так и порешим: фрау Ирма сегодня рабовладелица. Хмыкнув про себя, отправляюсь на кухню.

 — Для начала я собираюсь выпить чаю с лимоном. Намек ясен? — обращаюсь я к Алексею.

 — Так точно, фрау! — с готовностью отвечает парнишка. Быстро ставит чайник, готовит заварку, вопросительно смотрит: здесь подавать чай или в гостиной? Поняв немой вопрос, говорю:

 — Сервировать перед телевизором. А вот с лимоном не торопись. И принеси сюда маленькое полотенце.

После того как чашки, сахар и прочее оказались на столике в гостиной, жестом подзываю к себе Алексея.

 — Встань на четвереньки. Да, прямо тут. — Кладу ему на голову свернутое полотенце, а сверху ставлю тарелочку с цитрусом. — Стой и жди.

Я ухожу на несколько минут и возвращаюсь уже в форме. Высокие сапоги, короткая черная юбка, серая рубашка с непонятными погонами и, конечно же, стек. Не могла не наградить с. 3ебя хоть чем-нибудь, поэтому на груди поблескивает медалька «Ударник соц. труда». По пути улыбаюсь своему отражению в зеркале. (Ага, ударник, еще какой ударник!)

 — А теперь заключительный этап сервировки. Твоя задача: проползти на четвереньках до столика, не уронив тарелки. Уронишь — пожалеешь, что родился на этот свет. Постарайся не быть слишком медлительным. Ты меня понял?

 — Да, фрау! — восторженно отвечает Алексей.

 — Тогда шнель!

Леша ползет медленно, поскольку конструкция на его голове не особо удобная. При неловком движении полотенце запросто может соскользнуть. Подбадриваю его первым на сегодня ударом стека:

 — Ты нынче просто эстонская гончая. Идеально подходишь для охоты на раненых улиток. Пошевеливайся! — Еще пара ударов, и пацану приходится замереть и перевести дыхание, чтобы не уронить ношу.

 — Я стараюсь, фрау... — отвечает он печально.

 — Э-э-э... Да ты не гончая, ты прямо-таки борзая! Еще и перечишь мне?!

Улыбка в этот раз получается совсем злой. Ха! А что он хотел? Игра вошла в такое русло, что нежности от меня ждать не стоит.

 — Простите меня... — доносится из-под полотенца.

 — Прощение возможно только после чего? — недобро спрашиваю у него я.

 — После наказания! — рапортует Леша.

Нет, но каким восторженным тоном он это произносит! Не перевелись еще мазохисты на земле питерской...

 — Да, после него самого! Поэтому сейчас ты очень аккуратно ляжешь на ковер и стянешь джинсы с трусами до колен. Не снимая с головы тарелки! Если я не рассержусь на тебя, получишь всего десять стеков. Выполнять!

Алексей начинает извиваться как змей — непросто снять брюки в положении лежа, с поднятой вверх головой: малейшее неловкое движение — и тарелочка моментально шлепнется на пол.

 — Живее, не заставляй меня ждать, солнышко!

Я развлекаюсь, глядя на его манипуляции. Потом подхожу вплотную и рассматриваю получившуюся картинку. Следы от первых касаний стека почти незаметны, просто розовые полосочки. Ничего, сейчас к ним прибавится красных!

Стоп! Чего-то явно не хватает. Хм... А ну-ка...

Я приказываю Алексею протянуть руки вдоль туловища. Он выполняет. Ему приходится лежать в очень неудобной позе: подбородок не имеет опоры, шея скоро начнет затекать, а уж держать удар в такой позиции... Я ему не завидую!

 — Ну что же, приказы выполнил сносно, поэтому получишь только обещанные десять стеков. Но! Если лимон с твоего черепа свалится, отсчет придется начинать сначала!

Я улыбаюсь одним уголком рта — выдержать назначенное и не дернуться, не уронить блюдце он не сможет ни при каких обстоятельствах. Делаю первый из десятка взмах. Бить неудобно, вся сила приходится на самый кончик орудия, поэтому удар автоматически получается с оттяжкой. От второго удара Леша чуть-чуть вздрагивает, под полотенцем не видно его лица, но слышно, как он коротко мычит на высокой ноте. Третий. Алексей дергается сильнее, мычание становится более громким. Четвертый наношу сразу за предыдущим, так, что парнишка не успевает к нему приготовиться. Снова мычание, теперь оно звучит так: м-м-М!! Леша вздрагивает слишком сильно, и полотенце соскальзывает с его головы.

 — Молодец! Ты думаешь, я собираюсь положить в чай то, что валялось на полу?

 — Не думаю, фрау. Мне нарезать новый лимон?

 — Само собой, пупсик. Но это не все... — отвечаю ему тоном людоеда, просидевшего месяц на вегетарианской диете. — Сперва тебе придется сжевать раскиданное. Я добрая, поэтому полотенце и фамильный фарфор есть не обязательно, а вот эти желтые кружочки — должен. Напакостил — убирай, майн либер киндер. — Это снова с улыбочкой.

 — Как прикажете, фрау. Мне можно встать?

 — Нельзя! — Произношу я и начинаю наблюдать, как Леша поглощает лимон. Ничего страшного в этом нет. Ковер чистый, а в означенном продукте питания масса витамина «С», кстати, способствующего заживлению ран, что весьма ценно, так как порку придется начать сначала, с цифры один. После того как примерно половина лимона оказывается съеденной, обращаюсь к Алексею:

 — Не увлекайся, дорогуша. Понимаю, вкусно, но пора и честь знать. Тарелочку в исходное положение, битте, а вот полотенце отложи. Продолжим, сладкий мой.

Леша долго возится. Выполнить мое новое требование очень непросто. Не знаю, на что он надеется, потому что даже в полной неподвижности блюдце постоянно соскальзывает, а уж во время экзекуции остаться неподвижным я Алексею точно не дам — использую для этого все свое умение. Мысленно ухмыляясь, удобнее перекладываю стек в руке. Наконец, Алеша замирает с высоко поднятой головой.

 — Да, кстати, ты еще должен будешь считать, — мило добавляю я и наношу удар.

 — Раз, — тихо и очень спокойно отсчитывает Леша.

 — Что-то мне не слышно, что ты сказал, дорогуша, — отвечаю я ему, делая новый замах стеком.

 — Два! — Это больше похоже на всхлип. Тарелочка снова падает.

 — Приятного аппетита, мин херц!

Я смеюсь, стоя над Лешкой и наблюдая,...

 Читать дальше →
Показать комментарии
наверх