Пансион любви

Страница: 2 из 8

вас. « « Как, и она тоже на осмотрах» — подумал Хобс сердце судорожно забилось. Он был ханжой, но видеть эту роскошь на гинекологи — ческом кресле ему не хотелось бы.

 — К стати, — продолжала Сольбе, — с этих ног все и началось. В 17 лет я была нескладной, угловатой девченкой, и к томуже с противным заносчивым характером, так, что мужчины мною не интересовались и вот, когда я была на краю смерти от голода, меня подобрал на улице один гос — подин. Привел к себе в дом, дал вымыться в ванной, накормил и уложил спать. Утром после завтрака он сказал:"Я не спрашиваю, как ты попала на улицу и не интересуюсь твоим прошлым. Ты не интересуешь меня, как жен — щина, но у тебя удивительно красивые ноги и это тебя спасает. Я холос — тяк, мне нужна хорошенькая горнечная. Ты будеш работать в те дни, когда у меня будут гости. Об этом дне я буду тебя заранее предупреждать, все остальное время ты можешь заниматьсясвоими делами. Денег я тебе платить не буду. я куплю тебе одежду и буду тебя кормить. Поскольку тебе де — ваться некуда, ты останешься у меня. Вот и все. Экономка покажет тебе твою комнату. « На этом разговор наш окончился и я осталась жить у не — го. Через два дня принесли мою униформу. Она до сих пор хранится у ме — ня. Я ее надела и ужаснулась, юбка была настолько коротка, что едва закрывала трусики. Месье Жуль, так звали моего хозяина, осмотрел меня и нашел форму великолепной, особенно мои ноги. Я стала обслуживать вече — ринки, которые месье Жуль устраивал каждые субботы. Мне давали поднос с мороженным или бокалами шампанского и я ходила между гостями, предлагая им освежающие напитки. Мне не позволяли надевать чулки и от этого ноги были как — то особенно обнажены. Глядя на меня, гости улыбались, пере — шептывались, а женщины презрительно отворачивались. Больше всего меня выводило то, что большинство женщин на этих вечеринках были или прости — тутками или содержантками. Однажды, разнося мороженное, я вошла в не — большую комнату с залом, где обычно курили мужчины. В ней было сумрачно и я не сразу разобрала кто в ней сидит. «Подойди ко мне, « — услышала я вдруг женский голос справа. Я обернулась, мои глаза уже привыкли к сум — раку. Красивая женщина полулежала в широком мягком кресле, странно ос — ветилась ее обнаженная, белая ляшка, а между ее ног, темным комком, торчала мужская голова. От неожиданности я опешила.

 — Ну, что же ты, дай мне мороженного» — раздраженно сказала женщина, протянув ко мне руку. Я подошла к ней подала вазочку с моро — женным, а сама во все глаза смотрела на мужчину с упоением и самозабве — нием, лежащего у бесчувственного тела женщины. Мне тоже захотелось, чтобы меня так ласкали. Я в первые в жизни почувствовала насколько я женщина и готова была предложить себя любому из мужчин в зале. Но боя — лась, что на до мной посмеются и откажут. Женщина изнывала от удоволь — ствия. Она стала двигать похотливо телом и прижимать голову мужчины к себе рукой. А он рычал и чмокал, как животное. Женщина бросила на под — нос вазочку и еще больше откиналась на спинку кресла и запрокинула го — лову, закрыла от удовольствия глаза. Пылающие, пахотью глаза мужчины, не мигая смотрели на мои ноги. Я, невольно, сделала движение бедрами, буд — то предлагая ему себя. Он вскочил, я заметила, что из его застег — нутых брюк торчит в напряжении член. Мужчина ринулся на свою партнершу и вонзил свой член в ее истерзанную поцелуями утробу. Они рычали и сто — нали, как приговоренные к смерти. Больше я не могла смотреть. Я вышла и еще несколько минут ходила, как в тумане, подчти физически чувствуя, как в мою девственную, непорочную вульву входит упругий мужской член. Я вся ушла в мечты об этом. Очевидно любовники рассказали всем о случив — шимся, потому что отношения ко мне с этого дня резко изменились. Меня перестали стесняться мужчинны, больше не шептались при мне, а женщины стали относиться как равной. Месье Жуль не отправлял меня спать после часу ночи. Я обслуживала вечеринку до тех пор пока хоть один из гостей оставался на ногах. Я поняла, что квартира эта — своеобразный дом сви — даний. Примерно через месяц после того памятного вечера месье Жуль за — шел ко мне в комнату. Я собиралась идти побродить по городу и была уже в пальто. Окинув меня критическим взглядом, он покачал головой:"Боже мой! Такие сказочные ножки и такая незаурядная фигура. Сколько тебе лет?

 — Скоро будет 18

 — Совсем еще ребенок, — со вздохом произнес он и молча уставился на меня. Потом достал какой — то странный предмет в виде треугольника, шитого из белого бархата, к одной из углов треугольника была прикрепле — на тонкая, стальная проволка, оканчивающаяся довольно толстой резиновой грушей.

 — На, — сказал месье Жуль.

 — Что это?

 — Разве ты не знаешь? — удивился он.

 — Это веер? — Он рассмеялся:"Боже какой ребенок. Это называется пика, ею прикрывают лобок. Неужели ты никогда не видела стриптиз или голореню. Неужели ты никогда не видела у женщин на картинках такие тре — угольники.

 — Видела.

 — Так, что же ты спрашиваешь?

 — Я думала они не такие, а как же ее одевать?

 — Она не одевается, а вставляется.

 — Куда? — Он в отчаянии закатил глаза.

 — Ты, что вчера родилась? Куда же еще можно воткнуть пику, чтобы треугольник был плотно прижат на лобке женщины? Конечно же во влагали — ще. Постой, постой, — спохватился он, — а ты девушка?

 — Девушка.

 — Час от часу не легче, что же мне теперь делать с тобой? Чтоже ты мне раньше не сказала? Теперь, если узнают, греха не оберешься, черт меня дернул связаться с тобой. « странно, но руганья и отчаяние его по — действовали на меня освежающе. Я забыла, что хотела наорать на него за эту дурацкую шутку. Я помолчала, спрятала пику в свой столик и вышла из комнаты. У меня бало 100 франков, которые я получила от мужчин, как ча — евые. С твердым намерением стать женщиной, я направилась в ближайший кабак. Заказав рюмку коньяка, села у стойки и стала рассматривать пуб — лику. Мои ноги, как всегда, привлекли внимание мужчин, но как только их глаза поднимались вверх, они отворачивались.

 — Прошу простить меня, — кивнул мне мужчина и вдруг ошеломлен — ный уставился на мои ноги. Несговариваясь мы вышли вместе. Я молча села в его машину и мы поехали. Управляя машину одной рукой, другой он гла — дил мои ляжки, подняв юбку, насколько это было возможно выше. Я не соп — ротивлялась.

 — Мы поедем в одно место, — сказал он. Через 20 минут мы были в небольшой, хорошо обставленной комнатке частного пансионата. Габриэль, так звали моего нового знакомого, закрыл дверь на задвижку, опустил шторы на окнах и подошел ко мне.

 — Раздевайся, мы здесь, как дома. Можешь принять ванну.

 — Я уже сегодня мылась, — сказала я и стала снимать пальто. Он помог мне раздеться и усадил к столу.

 — Хочешь выпить? — и я согласилась. И еще через пол часа я была пьяна. Он снял с меня чулки, потом раздел совсем. Я не сопротивлялась, я готова была к его ласкам. Он опустился передо мной на коленях. «Вот наконец и уменя между ног голова мужчины», с волнением подумала я, млея от нахлынувших страстей. «Поцелует ли он» — подумала я, но не смела ше — лохнуться. Он пристально рассматривал мое сокровище, поглаживая мой жи — вот руками. Он вдруг порывисто вскочил на ноги и мы оголеные стояли друг против друга, с утешение наслаждались свое наготы.

 — Иди ко мне, — прошептал он. Некоторое время мы стояли, обняв — шись, не смея двинуться, не в силах справиться с охватившей нас дрожью. Жесткий член Габриэля уперся мне в живот по ниже пупка. Ляжка Габриэля давила мне на лобок. Каждое прикосновение, каждое движение его тела ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх