Домой!

Страница: 1 из 3

Второй рассказ из серии «Про Нюфу» повествует о его возвращении из армии на гражданку. Имена изменены.

Истосковавшееся по ласке тело вело себя просто подло: в промежности опять предательски и до невозможности сладко защекотал очередной подкатывающий оргазм. «Боже, как хорошо!» — думал Нюфа, вынимая натруженный пятым или седьмым актом за ночь орган.

* * *

Увольнение в запас из рядов СА («Советской Армии» — для слишком юных посетителей) так или иначе должно было свершиться. Неумолимо надвигалось оно на 20-ти летнего защитника Родины, а значит, к нему надо было грамотно подготовиться! В связи с этим еще летом под кожу детородного органа был загнан шарик из оргстекла. Боль и кровь давно закончились, а утренние эрекции приятно тешили самолюбие молодого бойца — справа под головкой вздувался внушительных размеров бугорок, розовато просвечивающий на свету. Кроме этого, надо сразу было погулять: шутка ли — два года без полноценного секса, без расслабухи, с постоянной оглядкой, без пива... Э-э!, да что там говорить!... Мастурбация приелась: надо было все время прятаться, да и фантазия без должной подпитки извне тоже подистощилась.

«В общем, так, Нюфа: приходишь, и в этот же вечер пойдем с подругой моей подруги в ресторан, понял?» — говорил сундук Серега в присутствии пускавших слюни сослуживцев. Он был земляком, (а в армии это свято), оставшимся на сверхсрочную еще полгода назад, и уже вовсю вкушавшим прелести вольницы. Большинство бойцов, хотя и завидовало его теперешнему положению, разумно считало, что «сундуком-то хорошо, но уж лучше еще пару месяцев потерпеть, а потом — все. Окончательно и бесповоротно!»

«Ну-ну, конечно!», — позерствовал Нюфа среди своих, — «А сколько ей лет? Дает?» «Лет — 22, зовут — Лена, живет в 3-х комнатной квартире одна — родители уехали в отпуск. А насчет дает-не дает — сам проверишь!»

ДЕНЬ, наконец, НАСТАЛ. Все, кто служил, помнят его в любом состоянии. Это, девушки, вам не первый поцелуй!"Давай давай, переодевайся, и — на, водки хлебни!» распоряжался Серега. «Ты — мой брат, приехал из Германии-Польши, возишь товар в Белоруссию и Россию, лады?» «Да без проблем! У-ух ты, какая крепкая! Только надо сначала цветочек купить. Зачем? Увидишь!» Нюфа, при всей своей смелости заметно (для себя) мандражил. Однако, минут через 15—20 как водка так и гражданская одежда сделали свое дело — стало легче, свободнее, появился кураж. Нюфа потихоньку вспоминал, как задорно флиртовал с девиками на гражданке, а опыт, как грится, не пропьешь!

«Хозяйка, позвольте представиться, — Нюфа!» сказал он заворчавшей, было на Сергея подруге: картинно шаркнул ногой, преподнес гвоздичку (а шо вы хотели в советские времена в декабре?) и поцеловал протянутую для пролетарского пожатия руку. «Ира», — ошарашенно произнесла та и, смущаясь своего ворчливого настроения, скоренько добавила «Мальчики, я через секунду!» «Ого! Да она бы меня сейчас съела, если бы не ты», — восхищенно сказал сундук Серега. «Валенок ты, много ли им надо?», — философски изрек Нюфа «Вот потом, как привыкнут — посложнее будет, а это — ерунда».

Первый успех вдохновил, и «Остапа понесло». С неудержимым напором он всю дорогу до квартиры подруги рассказывал Ирине про свою работу водителя-дальнобойщика, вставляя словечки типа «кунг, пше прошам, 40 тонн, марш-бросок и т. д.» Сергей шел справа и, выкатив от удивления глаза, показывал за спиной Ирины другу большой палец! Не ведал он, что в жилах молодого человека течет кровь истинного аристократа, генетического гуляки, неутомимого повесы и знатного женского угодника.

Кавалерийским наскоком он познакомился и с Еленой, добавив к своей тираде коленопреклоненное вручение второй гвоздики. Окрылило его также то, что Лена была очень симпатичной, высокой, в теле, блондинкой, с большими внимательными и умными глазами.

Пока она одевалась к ресторану, сели на кухне и продолжили. Нюфа сыпал анекдотами, комплиментами обеим дамам (и Сергею), говорил сумасбродные тосты, потребовал гитару и пел (что, если Вы читали «Гоги и «Браво», он делал неплохо). За всей этой круговертью, желанием понравиться и не быть отвергнутым Нюфа и не заметил, как добился желаемого — «внимательные и умные глаза» Елены необратимо претерпевали некоторую метаморфозу. По дороге в ресторан этого небольшого белорусского городка пары шли раздельно.

«: Единственное — не хочется сегодня идти в свой кунг и спать с коллегой. У него тут подруга. Опять приведет в машину», — сказал он. Последующее ошарашило и одновременно вдохнуло новую жизнь в его завлекательный порыв: «А разве ты не у меня останешься?», — просто и естественно спросила Лена, как будто это было само собой разумеющимся!"Ну что ж, если не потесню:», — изо всех сил постарался НЕ закричать от радости Нюфа.

Последующее помнится урывками: ресторанный столик, еда и питье, песня «Яблоки на снегу», повторенная раз 25 для какого-то кавказца, бывшие однополчане не выдавшие Нюфу, и сквозь зубы отвечавшие на его издевательские вопросы тира «Ну как служба? А вот когда я служил!...», бесконечные танцы:

* * *

А истосковавшееся по женщине тело, не слушая приказов мозга опять заставляло вздрагивать от очередного наслаждения и проваливаться в короткий, неровный сон...

Проснувшись Нюфа мог чувствовать только пять точек на своем теле — локти (2 ш), колени (2 ш) и член (1 ш). Он посмотрел на руки — сплошные ссадины, колени — тоже. А что же с членом? — на его гордости, шарике, тоже виднелся свежий кровоподтек. «Ого, чё это я?», — только подумал Нюфа, как к постели неуклюжей походкой подошла свежая, счастливая Лена. «С добрым утром, милый. Хочешь пива? Я принесу тебе его в ванну.» Это был не сон! Горячая вода расслабляла и снимала боль с разодранных грубой диванной тканью участков кожи. «Как это было?», — спросил он девушку «Надеюсь, я не был груб?», — помнил-то все происшедшее он плоховато. «Да нет, все хорошо, милый, только вот не знаю, когда теперь смогу снова заниматься любовью — внизу все горит! Но так сладко!... Со мной никогда такого не было: Я: Вообще-то вчера был: мой первый раз. А ты — мой первый мужчина.» Нюфа ушел под воду, чтобы свыкнуться с этой новостью. «Сегодня и подправим», — сказал он. «Клин клином вышибают.» «А сколько раз мы вчера любились? Я помню 12». «:!!!??!!... Так оно и есть». Наступал новый день:

Самое интересное началось позже вечером, когда Лена переборола в себе страх и медленно решилась сесть на Нюфин орган. (Сам Нюфа лежал на спине, поскольку из-за ссадин другая позиция ему было противопоказана). Основная трудность состояла в том, чтобы пропустить внутрь шарик — и ей и ему этот процесс доставлял определенные трудности. Зато когда он проскальзывал — дело шло. Нюфа, выяснив, что его любовница была девушкой и что предпочла его, бродягу, 100% супружеской партии (молодому офицеру) как заправский мастер учил ее (и откуда что взялось!) чувствовать собственное тело, наслаждаться ощущением заполненности, управлять оргазмом (который, как вы, дорогой читатель, знаете, чаще всего находится именно в голове, а не в головке!)

День и вечер второго дня провели за вполне трезвым исследованием друг друга и своих ощущений друг в друге. Оргазмов почти не было, зато был кайф от влажных горячих губ партнерши на яичках и члене. Был соленый, терпкий, непередаваемо возбуждающий вкус ее киски на губах, ощущение языком твердого клитора, дрожь тела в сладостной истоме. Оба учились быстро.

Было и еще кое что: Сергей с утра ушел на службу, а его Ирина ждала вечернего совместного похода в кабачок. Пока Нюфа с Леной были в спальне родителей, Ира готовила еду, слушала музыку, и часто проходила мимо полу-прикрытых дверей, как бы случайно заглядывая внутрь. Лена и Нюфа заметили это, но не старались изменить ситуацию. Дело в том, что Нюфе просто нравилось ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх