Поезд

Страница: 2 из 4

кто-то возился с замком купе. Наконец дверь отворилась, и в тусклом ночном освещении он увидел свою мать. Нетвердыми шагами, покачиваясь, она подошла к своей кровати и села. Несколько минут она сидела молча, пристально, глядя в его сторону. Затем она позвала его: «Билли, сынок, ты спишь?»

Он не отвечал. Билли видел, как мать несколько секунд сидела, наблюдая за ним, и ждала ответа. Наконец, мама медленно встала. Расставив ноги, балансируя в раскачивающемся купе, она принялась расстегивать свою блузку. В тусклом ночном свете Билли отчетливо видел мать, стоявшую рядом. Она была так близко, что он мог слышать шелест материала. Внезапно, он почувствовал, как его член начал твердеть, наливаясь желанием. Мать сняла блузку и бросила ее на кушетку, а затем, не останавливаясь, расстегнула свой лиф.

Билли не знал, что делать. Прежде, чем он перевел дыхание, кружевной бюстгальтер выскользнул из ее рук и упал вслед за блузкой.

Он был в шоке. Его мать стояла перед ним, голой до пояса. Он знал, что не должен смотреть, но был не в состоянии отвести глаза от ее больших раскачивающихся грудей. Они были красивы. Спелые, мягкие, колыхающиеся горы абсолютно белой плоти с большими, темными кругами ареол, и торчащими в их центре ягодами вертикальных сосков. Эти чудесные белоснежные сферы приковывали к себе взгляд, ритмично раскачиваясь в такт движения поезда.

Затем мать быстро расстегнула свою юбку. Она легко сползла вниз по ее прекрасным длинным и стройным ногам. Теперь мать была полностью обнажена. Эрекция его члена стала причинять ему боль. Боже, думал Билли какое прекрасное у нее тело. Она была великолепна в свои 47. Ее красота не была красотой восемнадцатилетних, юных девушек, которых он знал. Нет, это была нежная и округлая красота зрелой взрослой женщины. И она возбуждала его гораздо сильнее.

Мать повернулась. Теперь он мог видеть ее полные широкие ягодицы, словно прекрасные белоснежные луны, мягкие и нежные. Он еле сдержал стон сладострастия. Мать неторопливо опустилась на свою кровать и, накрывшись простыней, замерла. Билли лежал в полной прострации. Стоило ему закрыть глаза, как образ его прекрасной голой матери тут же вставал перед ним. Это было невыносимо лежать так рядом с ней, зная, что лишь тонкая ткань простыни скрывает ее вожделенное нагое тело. Прошло минут десять. Напряжение Билли достигло апогея. Несколько раз он порывался подняться, но затем замирал в стыдливой нерешительности. Наконец, он не выдержал. Голый он бесшумно выскользнул из своей постели и подошел к матери.

Его всего трясло мелкой дрожью от возбуждения, во рту пересохло, сердце бешено колотилось в груди. «Мам, ты спишь?» — позвал он ее несмело. Мать не отвечала. «Мам!» Позвал он более громко и слегка потряс ее за плечо. Никакой реакции. По ее размеренному ровному дыханию Билли понял, что она погрузилась в глубокий сон. Не мудрено она пила целый день. Слабый запах спирта, смешанный с ее сладким эротическим запахом вечерних духов стоял в воздухе. Под тонкой материей простыни мерно вздымалась и опадала ее прекрасная грудь, которую он видел нагой совсем недавно. Он мечтал, он жаждал увидеть их вновь, чтобы ничто не мешало ему любоваться и наслаждаться их неземной красотой. Трясущейся от волнения рукой он осторожно потянул на себя край ее простыни. Он замер от восторга, не веря своим глазам. Груди его матери, большие нежные холмы алебастровой плоти предстали перед ним во всей своей ослепительной красоте. Он смотрел и смотрел на них и не мог налюбоваться. Это было само совершенство! Непреодолимое чувство поцеловать их возникало в нем все сильнее и сильнее. Но что будет, если мать проснется и застанет его? Что он будет делать тогда? Нет, желание его было слишком велико, чтобы голос рассудка смог остановить Билли. Робея, он склонился над матерью и нежно и любовно поцеловал ее торчащий большой сосок. Его тело затряслось в экстазе, когда его губы ощутили мягкую и нежную упругость ягодки маминого соска. Смелея он стал втягивать ее сосок в рот захватывая все больше и больше. Мать не просыпалась. Он сосал все смелее и смелее, распаляясь все больше и тут его сердце чуть не разорвалось. Его мать зашевелилась и сладко простонала «Ухмммммм, мммммм!» ее рука мягко подтолкнула его к своей груди и он с облегчением понял, что это является поощрением. Она вновь замерла. Билли продолжил сладострастно сосать мамину грудь. Теперь это уже не были робкими неуверенными движениями новорожденного. Он сосал и ласкал ее грудь уже бесстыдно с развращенной похотью, играя губами и языком, слегка покусывая сосок зубами. Осмелев, он положил ладонь на другую грудь матери, и начал нежно сжимать и ласкать ее. Затем, он перенес свои поцелуи на нее. Дико и безумно он ласкал, целовал и облизывал груди матери, не встречая никакого сопротивления. Но уже новая бесстыдная и извращенная мысль зрела в нем. Теперь он подумал о материнской киске. Что было бы, если бы он дотронулся до нее? Одна мысль об этом заставила его содрогнуться с головы до ног, а его член бешено запульсировал от восхищения. Что может помешать ему сделать это? Мать была абсолютно беззащитна. Он стал поднимать простынь. «Господи, что он делает!» — вихрем пронеслось в его голове. Ведь она моя МАТЬ! Она родила и воспитала меня. Он чувствовал себя бесстыдным, безумным похотливым чудовищем, посягнувшем на самое святое. И все же он продолжал делать это не в силах остановиться. Он откинул простыню целиком. Мать лежала перед ним абсолютно голая. Он ясно видел ее большой выпуклый лобок, покрытый густыми темными волосами. Он положил руку между ее ног, прикасаясь пальцами к нежным роскошным шелковистым волосам, и медленно двинул ладонь вниз к скрытому бутону маминой женственности. Никогда он не ощущал такого извращенного злого вожделения. Его пальцы приближались все ближе и ближе к запретному, волшебному месту. Его сердце бешено стучало, он весь взмок, обливаясь потом. И, наконец, он почувствовал среди хаоса мягких волос горячий и нежный гребень сморщенной плоти. Неожиданно его чувствительные пальцы наткнулись на что-то твердое среди влажной мякоти. В этот момент мать сладко и протяжно застонала. Он понял, что это был ее клитор. Ее стон вернул на секунду его к реальности.

Билли замер в испуге, ожидая со страхом ее пробуждения.

Но мать больше не подавала признаков жизни. Медленно и нежно он прикоснулся дрожащими пальцами к мясистым морщинистым лепесткам маминых половых губ, охраняющих вход в ее сокровищницу. Дрожь волнения передалась от кончиков его пальцев всему телу. Билли всего трясло мелкой дрожью от волнения и возбуждения, когда он любовно ласкал шелковистую горячую плоть. Он чувствовал, как мамино лоно начало увлажняться все сильнее и сильнее. Любовная влага сочилась из самых глубин ее женственности. В воздухе разлился мускусный дразнящий аромат женщины. Его член дико запульсировал, разрываясь от желания. Указательным пальцем Билли раздвинул мякоть половых губ и стал погружать его в горячий влажный канал любви. Его палец легко исчез целиком в мамином влагалище, затем он погрузил туда второй, а следом и третий пальцы. Эластичные нежные стенки послушно растягивались, обжимая их своей бархатистой нежностью.

Он задвигал своей рукой то погружая, то вытаскивая свою руку. «О, мой малыш... о, мой милый!» — не смогла сдержать своих эмоций мать. Она стала приподнимать свою промежность вслед за рукой Билли. Он испуганно взглянул на лицо матери. О боги! Ее глаза были широко раскрыты. Она не спала! Билли замер парализованный. Видя его замешательство, мать горячо зашептала ему: «Сынок, не останавливайся, продолжай! Я хочу, чтобы ты трахнул меня! Замени мне своего отца... стань моим мужчиной. Мне так одиноко... Прошу тебя! У меня уже полгода никого не было! Будь, проклят твой отец! Билли, заставь меня забыть его, заставь меня вновь почувствовать себя женщиной!» Ошеломленный, пораженный Билли слушал горячечный шепот своей матери. Ее слова были бесстыдны и так откровенны. Они никогда бы не подумал, что она способна на ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх