Рассвет в большом городе

Страница: 12 из 12

что они лишние.

Все эти люди как раз таки были пофигистами в этом плане. Они просто пользовались ресурсами, пользовались деньгами, сделанными на отравлении человечества и природы, продолжая жить своей жизнью и не задумываясь, как много нас связывает с остальным миром, на который они, как и многие, махнули рукой. Но два человека выделялись среди них. Падра и Долорес не были эгоистами по отношению к окружающим, окончив педагогический институт, они стали полноправными владелицами одной из самых престижных школ, заместили директора и завуча. В их школе воспитывались дети Гэли и ее подруги, чья дочь начинала свою «карьеру» точно по стопам Барты. Дети практически всех друзей, приобретенных ими в течение жизни, учились в их заведении. Авторитет Долорес в обществе очень повысился, теперь ее уважали все.

Она все-таки не пошла тогда в полицию, пообещав матери, что это останется между ними. Такую сцену надо было заснять. Барта падала на колени перед столько лет подряд избиваемой ею же дочерью, моля не идти в милицию.

 — Разве ты не видишь, дочь, в кого я превратилась?! — рыдала она, — разве ты не почувствовала за все это время, что я мучаюсь, что я никогда не счастлива? Неужели ты этого так и не поняла!

 — Нет, ты всегда была черства, мама. Ты всегда кричала на меня, била меня. Ты ни...

 — Да, я не любила тебя! Точнее, не понимала этого. Понимаешь, я завидовала тебе, потому что ты совсем другой человек, ты — это не я.

 — Конечно, и, слава Богу.

 — Долорес, я же все-таки человек! Да, я пала так низко, как еще никто, наверно, не пал. Но я же способна чувствовать. Ты не представляешь, тебе просто не понять того, что мне пришлось пережить! Ты когда-нибудь была одинока, дочь? Хоть когда-нибудь? — Барта сорвала голос.

 — Да... когда, например, ты запирала меня в чулане, и я лишалась общения с Падрой на несколько дней. Когда чувствовала, что у меня никого нет, кроме тебя, но ты не в счет. Когда знала, что мне никто не поможет, и положиться можно было только на себя.

 — И все-таки ты на меня похожа. Но у тебя была Падра.

 — У тебя была я, Гэли. Но ты этого не понимала, ты ненавидела нас.

Взамен на это она обещала раз и навсегда оставить Долорес в покое, больше никогда не издеваться над ней. Странно, но свое обещание она сдержала.

Долорес и Гэли как-то навестили Барту. Когда они вошли в ее двухкомнатную квартиру, в которую ее поселили после выселения из старой, то ужаснулись. Мало того, что квартира была чрезмерно тесной, в ней еще и воняло, как в сарае. Везде была пыль с грязью слоем в приличную книжку, и повсюду валялись разбросанные старые и не очень предметы одежды и просто разное барахло. Хозяйка дома с торжественностью крысиного короля возвышалась на дряхлой кровати с бутылкой водки и пультом от маленького телевизора в руках. Она лениво посасывала спиртное, переключая с одного тупого сериала на другой, просматривая все, даже рекламу. Барта необыкновенно потолстела и подурнела еще больше, так, что чуть ли не разучилась ходить или членораздельно говорить. В ее глазах больше не было заметно того слабого азарта, с которым она собиралась на репетиции или того душевного блеска, с которым она появлялась на экране. Она ведь исполняла не только посредственные роли, но иногда и главные. «Dances of the queen». Сколько чувств и эмоций выливалось только на репетициях! А какое же было приятное удивление, обнаружить свои снимки на обложке элитного журнала после премьеры в категории «лучшие роли»! И все это теперь прошло, все затоптано, раздавлено, как будто ничего и не было. Барта теперь не могла даже плакать — слезы, как и прочая влага, были высушены из организма сигаретами и алкоголем. А, может, просто сил не хватало на слезы. По словам соседей, она никогда не выходила на улицу и как-то ее нашли в бессознательном состоянии на грязном полу. Принялись обзванивать всех родственников и знакомых, но никто не согласился ей помочь хотя бы чем-то. Тогда скучающие соседи поместили ее в бесплатную лечебницу, выйдя из которой, бывшая эстрадная певица получила анализы, уведомляющие о печальном результате... ей осталось жить еще в среднем три года (тогда ей уже было около 54). И все же соседи ошибались. Порой, спозаранку, бывшая звезда выползала на грязный маленький балкон, чтобы увидеть восход солнца. Она еще с детства любила наблюдать рассвет и закат. Немая красота. Божественная, неземная красота, видеть, как сквозь облака что-то огненно-красное, словно гигантский тлеющий костер, освещает долины, лес, реки, моря, дороги, дома. Все это она наблюдала с похмелья, чрез обкуренные, уже не влажные глаза, воспринимала обспиртованными мозгами, ощущала подтянутой кожей, чувствовала еле бьющимся сердцем. Земля не заслуживает этой красоты. Точнее не Земля не заслуживает, это люди не достойны видеть этого.

Долорес, хоть и ненавидела мать всю жизнь, но все-таки предложила ей переехать в дом для престарелых, на что озлобленная Барта запустила в нее бутылку. Гэли тоже было начала предлагать ей другой вариант проведения последних дней, но и та была отправлена на три веселых буквы. Как оказалось, Барта задолжала такую сумму, которую и вслух-то не назовешь. Ей пришлось продать две дачи, дом, пару лимузинов и квартиру, чтобы расплатиться со всеми долгами. Оставался только один вопрос, кому она так задолжала? Может, своей юности?

Она ошиблась, но сама не понимала этого.

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

наверх