Рассвет в большом городе

Страница: 4 из 12

Лилу в ее трехэтажном белом особняке, доме мэра их города.

Шикарный белый лимузин подъехал к дому Барты, и все сели в него, причем так, что Барта развалилась, как королева, на заднем сиденье, а Долорес приютилась где-то в углу. Впереди дорога довольно длительная — три часа до дворца мэра, поэтому Барта решила немного вздремнуть.

Подъезжая к дворцу, люди в лимузине лицезреют высоченный каменный забор, обвитый колючей проволокой, а на въезде стоит охрана, проверяющая документы посетителей. Тут же есть и видеофон, так что Барта по старой доброй привычке может перекинуться пару словами с подругой. На въезде, улыбаясь, их встречают эти подлые лицемеры охранники, безупречно одетые в черное, каждый с рацией и с таким важным видом, как будто их миссия — следить за проезжающими — есть наиважнейшая и наипрестижнейшая профессия в мире. Какие же дворняшки, если призадуматься. Ведь они улыбаются тебе, а сами втайне ненавидят лютой ненавистью. И здороваются они с тобой только на территории дворца. А если ты испортил отношения с Лилой или Ллойдом и прекратил хотя бы на время навещать пару, они тебя хрен пропустят. Вытолкают «аутсайт», обматерив и все.

Лила встретила их на лестнице в одном красном пеньюаре с золотистой накидкой. «Она ведет себя так, будто она жена не мера, а короля» — подумала Барта. Дав приказ охранникам пропустить певицу с детьми, Лила радостно приветствовала гостей. Долорес не любила Лилу, — она была подругой ее ненавистной матери. Девочке пришлось самой тащить свои чемоданы, в то время как маме и сестре помогли в этом прислуги. Изнутри особняк выглядит шикарно... потолки высотой примерно шесть метров от зеркального пола хранят под собой огромную толщу воздуха, а напротив центральной двери располагается широкая лестница, укрытая, как положено, красным ковром, которая ведет на второй этаж. Войдя в здание, Долорес только и раскрыла рот, не в силах выговорить ни слова. Лила с Бартой и матерью Падры о чем-то жизнерадостно болтали... после стольких месяцев разлуки накопилось множество свежих сплетен о высшем обществе.

 — Ты слышала про Мэри? — с небывалым интересом воскликнула Лила.

 — Ааа!... Дак значит, ее выкинули прямо на порог при всех?

 — Ну! Ты не представляешь себе, какой это был позор!

 — Нет, ну ведь это же был ее собственный дом, как можно... ну что ж, не надо было изображать Христа на виду у всех.

Они засмеялись.

Наконец, Лила сочла нужным распределить гостей по комнатам, причем делала она это всегда следующим образом... двум подругам, соответственно доставались две самые лучшие просторные комнаты для гостей, а Долорес она отправляла... «на третьем этаже, мимо балконной двери, два раза завернешь налево, потом коридор и направо, поднимаешься, налево, там чердак — ваша с Падрой комната».

Долорес была в восторге от чердака, он оказался едва ли не больше комнаты Гэли. Правда, тут было довольно жутковато, и мебель не первой свежести, отсутствие телевизора и туалета давали о себе знать. Но что поделаешь, это Барта специально попросила Лилу не беспокоиться о комнате для младшей дочери.

В замке Лилы очень легко запутаться, иногда даже слуги путали коридоры. Долорес постоянно блуждала по этим лабиринтам и думала... «Ну зачем Лила построила такой туннель?», ведь мэрша была с фантазией и специально заказала такой запутанный дом под предлогом «От воров»

На заднем дворе находился громадный глубокий бассейн, в середине которого был небольшой островок с фонтаном. Во время одной из вечеринок с шампанским и шашлыками, лидерами которой были Гэли и Лила, Долорес взяла надувную лодку и вместе с Падрой поплыла на островок. Люди в шикарных нарядах, интеллектуалы, блин, веселились от души, распивая красное вино и поедая сыр. Все были так увлечены праздником, что никто не замечал, как две девочки кричали на острове. Высадившись на сушу, они с ужасом обнаружили, что были там не одни. Гэли с Пейджем занимались любовью под пальмой. Заметив маленьких, Гэли сначала запустила в них камень, а потом забрала лодку и отчалила на берег. Что-либо говорить ей было бесполезно, если она задумала кинуть их там на ночь, то это непоправимо.

 — Какая же все-таки она стерва, — сказала Долорес, крича что-то вдогонку сестре.

 — Да ладно, сейчас мы заберемся на фонтан и позовем кого-нибудь.

Однако все было не так просто... с фонтана непрерывно лилась вода, и залезть на него было нереально. По берегу ходили подвыпившие и веселые, беззаботные люди, которым было абсолютно все равно; громко играла музыка, и если присмотреться, то за деревьями можно было различить дерущихся из-за денег людей. Тогда Падра залезла Долорес на плечи и принялась кричать...

 — Эй, кто-нибудь! Вытащите нас отсюда! Мы на фонтане, мы здесь!!!

Никто из гостей не замечал их, все попытки достучаться до людей оставляли желать лучшего. Это напоминало, когда тебя не понимают и, кажется, ты говоришь на другом языке, так, что тебя никто не слушает. Падра не сдавалась. Ее брат, проходя мимо по берегу, увидел кричащих и только усмехнулся.

 — Ну, пожалуйста, Глэм! Помоги нам, скажи Лиле, что мы здесь.

Глэм залился смехом. Можно подумать, что Лиле сейчас больше делать нечего, чем заниматься ими. Кому они вообще нужны, две неудачницы, которые постоянно попадают в разные истории. Он и не думал идти сейчас искать где-то Лилу, что бы помочь этим дурочкам. Лучше пойти выпить еще шампанского.

 — Ночуйте здесь. — Ехидно посоветовал он.

Падра слезла с шеи подруги. Пришлось им и правда там ночевать. Они пристроились под пальмой, глядя в небо.

 — Как думаешь, нас хоть завтра заберут отсюда? — Спросила Долорес, казалось, уже потеряв надежду.

 — Послезавтра моя мама уезжает, вот будет прикольно, если мы тут останемся?

Повернувшись на бок, Падра заснула, а Долорес продолжала смотреть на звезды. Иногда они многое говорят.

Около двух часов ночи их разбудил пьяный крик Гэли, высовывающейся из окна.

 — Так она и упасть запросто может. — Сказала Падра.

 — Эй, сволочи, какого черта никто мне не подливает водки?! — визжала Гэли, и Долорес показалось, что она перегнулась через окно слишком сильно...

Тут она заметила островок и сестру на нем.

 — А вы-то чего тут делаете? — Истерически смеясь, прокричала байкерша.

 — Это же ты нас здесь оставила! — гневно ответила ей Долорес, удивляясь глупости Гэли.

 — Чего ты гонишь? Я вас вообще первый раз здесь вижу! — пьяная байкерша скрылась в окне.

Теперь они Робинзоны Крузо. Но наутро Барта решила искупаться и хотела потопить Долорес, скинув ее в воду. Тогда Падра вытащила подругу, сказав Барте, что это было не смешно. Но потом пришла Лила и позвала Барту кушать и тут она заметила девочек.

Гэли с бандой часто ездили на байках в горы около дачи, или вообще катались по стране, у них было свое убежище. Вскоре Гэли стала главой банды — заменила старого рокера Тода. Она к тому времени уже успела переспать со всеми членами банды. И знаете, что самое смешное? Ей дали кличку «Горячая задница»!

 — Кто упадет, тот лох! — перепрыгивая на байке реку, взывала предводительница.

Рядом с горой, которую исколесили байкеры, расположились Долорес и Падра, чтобы отдохнуть от повседневной каторги.

 — Опять они тут! — заволновалась Долорес. — если Гэли меня увидит, мне конец!

 — Да не волнуйся ты. Они сейчас уедут.

 — Нет, я знаю, так уже было.

 — А что, если устроить им ловушку?

 — А нам не влетит?

Падра посмотрела на подругу с укором.

 — Трусиха!

 — Нет!

 — Тогда пошли!...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх