Рассвет в большом городе

Страница: 8 из 12

которая делала кожу еще более розовой и нежной. Он сглотнул, и тут Линда повернулась к нему. Как Бобби показалось, она нисколько не смутилась, что поразило его, так как он всегда держал ее за дурочку, закомплексованную лицемерку. Линда продолжала натирать тело душистой розовой губкой, взглядом приглашая Бобби присоединиться к ней. Не долго думая, он все же зашел в кабинку, закрыв дверь. Он не знал, как подступиться к ней... это был человек теперь неизвестной ему натуры. Вдруг Линда нечаянно упустила мыло... Она плавно и вызывающе наклонилась, чтобы поднять его. Бобби чувствовал, как сильно напрягся его половой орган, изголодавшийся к тому времени по ласковым существам. Сколько он ни умолял Мэги, отсосать ему или дать попробовать себя в зад, она отказывала с презрением, восклицая, что не так воспитана. Изумленный необычайной прелестью Линды, Бобби понял ее намек. Он нежно, но резко, вошел в нее так, что та вскрикнула от неожиданности. Он начал двигаться ритмично и медленно, сокрушая при каждом толчке непрочно удерживающуюся в этой позе девушку. Кончив, она так же изящно поднялась и затем встала на колени, обхватив своими очень сексуальными пухлыми губками, немного обмякший инструмент Бобби. Ее рот был еще горячее воды и у Бобби мгновенно встал. Он толкал ей в глотку свой инструмент, приговаривая... «соси, соси, Линда, соси еще...»... Пара еще долго стояла под душем, ласкаясь и целуясь, а Линда держала в руках и мыла предмет, который только что брала в рот.

6

Долорес серьезно занялась еще с детства операторским бизнесом, то есть она снимала и публиковала на экране самые обыденные для нее и совсем необычные и иногда ужасающие и радующие ситуации... клиентов Барты, друзей Гэли и остальных в процессе совокупления; подвал деда, душ Линды с Бобби и ванну Мэги, наполненную тухлыми фруктами (Мэги была то ли совсем глупой, то ли суеверной, хотя это одно и тоже, и считала, что такие вещи улучшат состояние ее кожи).

Вообще, все это и другие различные садистические вещи, порнофильмы ужасов, тупые американские комедийные ситуации показывались на любимом Бартой канале «Мульти-плюс». Нет, это был вовсе не мультяшный детский канал, в духе «Спокойной ночи, малыши». Существовал он нелегально, поскольку по нему шло такое... ну, например, программа «В мире животных» — как потрошат утенка и показывают потом его органы; — Идет стадо утят в линеечку, их ведет мама-утка. Сзади следует кто-то, давя по утенку военными сапогами, словно маленькие новогодние игрушки. Поднимается камера и на экране появляется физиономия какого-то деда с седой бородой, который начинает просветлять операторов... «Если бы вы только знали, какие жестокие существа эти утки, они заклевали моего кота, который восемнадцать с половиной лет охранял зерно...» Тут встревает оператор, отталкивая деда...

 — Ладно, старик, не грузи. — Дед все продолжает болтать об утках и о том, как он их ненавидит.

Там также были приколы съемок «За кадром» — как падает камера кому-нибудь на ногу и тот начинает кричать матом. Или мультфильм «Винни Пух» — идет длинный клыкастый Винни вместе с толстым Пяточком в гости к кролику-новому русскому за пивом, припевая «Куда идем мы с Пяточком, — на мясокомбинат!» В принципе, все даже оригинально и смешно. В общем, «Мтв».

Но пока Барта проживала в психиатрической лечебнице. Тем временем Долорес жила в другой семье — с этими убогими существами.

Бобби настолько возненавидел свою жену, сравнивая ее с Линдой в постели, что подал на развод. Но не тут то было. Мэги хоть и была дурочкой, но когда дело касалось чудесного дома в прекрасном районе, из которого ее хотели выгнать, она превращалась в талантливого адвоката. Она так все организовала, что по закону никто не мог ее выставить из нынешнего места жительства, так как одну четверть всей суммы денег в него внесла именно она. Треть дома была оплачена Линдой, а остальное купил Бобби. Но по конституции Мэги присваивалась одна комната из пяти и совместное пользование предметами быта. Так им и не удалось отделаться от нее.

Спустя несколько недель такого «отдыха» приехала Гэли со своим мужем и двумя маленькими мальчиками-близнецами. Когда они родились, Гэли не хотела признавать малышей, говоря, что такие некрасивые дети ей и даром не нужны. Но ее супруг оказался добрее в этом плане и забрал ребятишек. Он сам заботился о них и кормил, в то время как Гэли по своей старой привычке разъезжала на мотоциклах и зарабатывала деньги, торгуя дурью. Пейджу никак не удавалось заставить ее хотя бы раз покормить детей, она просто-напросто не чувствовала никакой ответственности. Все это со стороны, должно быть, выглядело настолько нелепо... Как выяснилось, и она не справилась с такой сложной задачей — стать матерью. Похоже, ей этот «талант» передался по наследству. Или же, она просто не знала, как это делается, когда женщины бывают матерями, потому что сама никогда не была окружена материнской любовью. Мало того, Гэли побрилась наголо, а Пейдж имел средней длины волосы, поэтому сначала его мальчики воспринимали как мать, а Гэли — как отца.

Семью Гэли поселили в одной довольно просторной комнате. Им специально Бобби поставил огромный сексодром, зная вечную настроенность Гэли на секс. К тому же, он рассчитывал на оргии в компании Линды, Гэли и Пейджа. Так все и получилось, как он того хотел.

Они очень часто просто потрясающе проводили время и не только, когда занимались групповухой. Они слушали тяжелый рок и вообще хорошую музыку, выпивая пиво и рассказывая о своих смешных приключениях, играли в карты на раздевание, гоняли на байках, ходили в походы и на рыбалку, курили качественные сигареты и сигары, травку... Все было бы отлично, если бы не Мэги. Она явно отравляла им всю атмосферу, за что и получала время от времени.

Мэги наполняла ванну фруктами, давая им отстояться в воде с кремом для душа несколько часов. После чего она гордо залезала туда и проводила в этой тухлой среде часов пять, причем Мэги искренне думала, что это поможет от целлюлита. Странно, что ни ее, а Барту положили в больницу.

Холодильник был все время пуст, а до ближайшего продуктового магазина идти было долго. Поэтому в целях самосохранения Бобби поставил на дверцу холодильника замочек, а ключи от него раздал всем членам семьи, кроме Мэги и Шурика. Бобби знал, что если даст ключ ее сыну, то мать непременно отберет его. Но не тут то было. Утром все проснулись от страшного шума на кухне, — Мэги вскрыла замок на холодильнике, сломав дверь, и выпотрошила все продукты из него.

Как только ни пытались избавиться от нее жильцы, ее как-то даже выгнали в дождь ночью на улицу, оставив ночевать под дверью, но она влезла через окно в свою комнату. Мэги постоянно вопила, что все поведает своему адвокату, если бывший муж поднимет на нее руку. Бобби сдерживался как мог, но однажды не выдержал и дал ей оплеуху. Рассвирепевшая Мэги тут же позвонила своему адвокатишке и тот, выяснив, в чем дело, сказал, что такие дела в суде не рассматривают, ну а эта нервная разозлилась и уволила его.

 — Но ведь он меня ударил, черт возьми, вы должны рассмотреть это дело!!! — визжала она в тубку.

 — Понимаете, миссис Хьюит, это не такой величины событие, чтобы его обсуждать в суде.

 — Нет! Я этого не потерплю, вы слышите! Я такого позора не потерплю!

Ей нравился Пейдж, и она то и дело цеплялась к нему, не понимая, как раздражает его в такие моменты. В конце концов, парень не выдержал и, заведя ее в их с Гэли комнату, расстегнул ширинку и предложил отсосать, если та его и впрямь любит. Мэги разоралась и заплакала и больше никогда потом к нему не приставала. Все это и многое другое было на пленке у Долорес.

Когда надоело пребывать в дачном поселке, вернее сказать, это был не то, чтобы дачный поселок, но все-таки тут не было небоскребов и огромных дорог, по которым соскучились мотоциклисты. Поэтому ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх