Совращенные

Страница: 1 из 2

Мне как раз исполнилось 18 лет, когда мне повезло и после окончания школы я поступила в чужом большом городе в университет. Мои Родители остались жить в Мюнхене, а я теперь обосновывалась в Гамбурге — абсолютно незнакомом мне городе, — оказавшись полностью отрезанной от всех своих друзей и своей привычной жизни. Мой друг сам решил со мной распрощаться, когда узнал, что я собираюсь учиться в другом городе. Поэтому мне очень повезло, когда в первый же день пребывания в Гамбурге я познакомилась с весьма приятной девушкой Моникой. Она была красавицей и имела много ухожоров, но не находила с ними удовольствия и просто динамила парней. Проболтав и продурачясь с ней целый день, мы разведали обстановку в университете. Так как её родители жили в пригороде Гамбурга, она могла жить в своем доме. Я завидовала ей из-за этого дико, и была в полном восторге от её предложения остаться переночевать у неё дома на следующей неделе: её родители будут в отъезде, и мы вдвоем сможем провести прекрасный, спокойный уикенд.

В конце недели после лекций я собрала все свои вещи и мы отправились в путь. Это оказался большущий дом похожий на замок. Я была поражена им, и была не в силе не отпустить ей пару, относящихся к дому комплиментов. Она гордо улыбнулась и сказала, что её отец богатый бизнесмен, собственно так же как и мать, — не пасла задних: входила в состав правления какой-то крупной фирмы. Во дворе дома у них даже был бассейн-джакузи, а потому как на дворе стояла жара, то мы решили сперва расслабиться охладиться. Прыгнули мы туда просто голенькими — дома никого не было. Моника даже принесла из погреба бутылку вина — и вот так голышом, потягивая из бокалов вино, мы наслаждались кипящей пузырями водой. Вскоре, разогревшись и наружно и внутренне, мы начали дурачиться и резвиться как школьницы младших классов. Но вот что то призошло: улыбаясь она подошла ко мне так близко, что я могла чувствовать её дыхание и легонько прикоснулась своими губами моих. Таким ходом событий я была абсолютно ошарашена. Она всё еще улыбалась.

«Не нравится?», спрасила она лукаво.

«Ну... так чтобы... нет!», сказала я заикаясь.

Неожиданно мне стало совсем жарко. Я не знаю то ли это было вино, то ли ситуация, то ли и то и другое. Моника ипользовала мою нерешительность, что бы снова меня поцеловать, и мы слились в горячем французском поцелуе. Пока наши языки играли друг с другом, её рука опытно поглаживала мою нежную грудь, ласкала соски пока они не стали совсем прямыми и твердыми.

У меня внутри становилось все горячей, и я просто не могла сдерживаться, даже если бы я и хотела. Это был мой первый интимный контакт с девушкой, но у меня складывалось такое ощущение, что мы уже вместе вечно.

«Сделай их твердыми!», сказала она, когда мы наконец прервали наш поцелуй, и я наклонила голову к её небольшой и упругой грудке, начиная полизывать нежнорозовые соски, пока они не стали такими же твердыми как и мои. Грудь Моники была маленькой и ваглядела как у 15-ти летней девочки, однако соски удивительно выступали вперед. Так наслаждались мы нашими нежностями, когда Мони поднялась и села на край бассейна, широко расставив и свесив ноги в воду, тем самым показывая мне свои бритые половые губы. Над щелочкой правда она оставила немного волос, которые выдали в ней настоящую блондинку. Как загипнотизированная я опустила свою голову вниз, и начала полизывать её напухшие и горячие половые губки, постепенно погружаясь языком в её влажное влагалище. Она была лакомой; я удивилась как это я до сих пор не попробовала такой вещи! С наслаждением я лизала и сосала её губки, играла языком с её клитором, который стал как одеревенелый и почти целиком выглядывал из своего убежища. Моника стонала все сильнее, крепко удерживая меня за волосы и не давая мне возможности перевести дух.

«Это так классно... я знала с самого начала, что ты ещё ТА штучка!», ликовала она. До того момента я думала, что довольно хорошо понимаю природу людей, но как сильно я ошибалась! Она кончила с громкими криками, а её вульва бесконтрольно вздрагивала. Счастливой она соскользнула в воду и указала мне, что теперь моя очередь занять место на бортике бассейна. Я послушно раздвинула ноги и показала ей мою полностью заросшую черными волосами киску. Моему бывшему парню очень нравилось если я не брилась у меня была полностью покрытая волосами киса, так что бы даже когда я была в трусиках некоторые волоски выходили за их края. Похоже, это особо завело и Монику: она раздвинула двумя пальцами одной руки мои налившиеся кровью губки и начала безудержно вылизывать все закоулки моей кисы. Так меня, честно признаться, еще никто не ублажал. Постоянно она вытягивала мне то губки, то соски, причиняя мне легкую слакую боль, отправляющюю меня в неизведанные сферы блаженства. Я была в полуобморочном состоянии, когда наконец и я, громко крича, кончила. Я нырнула мягко обратно в воду, где мы опять немного понежничали, обмениваясь глубокими поцелуями. Мы и не заметили, что за нашими любовными играми кто-то наблюдет. У Моники был брат, ему было 16. Он услышал наши громкие крики и из окна на первом этаже наблюдал за нами.

На следующий день кто-то дожен был отвезти его в школу в город, и, так как Моника не имела особого желания, она попросила меня. Мы уже выехали из населённого пункта, когда я поняла, что что-то неладно.

«Сверни здесь!», неожиданно сказал он.

«Как так... это же только просёлочная дорога?», спросила я озадаченно.

«Пожалуйста, остановись... мне нужно с тобой поговорить!», сказал он требовательно.

Я свернула в лес и остановила машину.

«Я вчера наблюдал за вами!», сказал он лукаво и ухмыльнулся.

«Нас... когда?», спросила я сбитая с толку.

«В бассейне, где вы подлизывали друг дружке!», прямо сказал он.

«Ну... знаешь... это было так... эээ... и что?», заикаясь спросила я.

«Если ты мне сделаешь так же, я ничего не расскажу родителям о вас!», давил он.

«Это шантаж...», закричала я на него.

«Ладно, но тогда ты никогда не сможешь вернуться к нам домой и снова увидеть Монику!», угрожающе возразил он.

Еще после некоторой перепалки я поняла, что у меня не осталось больше никаких аргументов в свою пользу, и я поддалась судьбе, потому что совсем не хотелось терять только любовь Моники.

Мы вышли из машины. Я стала на колени у его ног, а он спиной опирался о крыло машины. Его молодой член был не особо большой, и я без труда смогла целиком заглотить его по самые яйца. Я как могла обрабатывала языком и губами его хозяйство, а мой нос полностью тонул в его густых черных волосах, когда его член полностью был у меня во рту. Рукой я перебирала его не по годам большие волосатые яйца, в которых созревала сперма готовая хлынуть на мое лицо. Когда я почувствовала, что она на подходе, я вытащила его член изо рта и продолжала дорабатывать его рукой. Через пару секунд он брызнул своей горячей вязкой жидкостью мне на лицо.

«O, Боже... кому бы я только рассказал... Ты ваглядишь просто супер с моей спермой на лице!», простонал он в экстазе.

«Ты никому об этом не расскажешь... ты слышишь. Никому... с этим покончено!», сказала я совсем напряженно, и мы отправились в город.

Вернувшись обротно в особняк, я познакомилась с родителями Моники. Её мать предложила мне чашечку кофе, пока Моники не было дома. После я решила пробежаться по дому и осмотреть все комнаты. Неожиданно в бильярдной я встретила отца Моники. Он взял меня за руку и сделал невнятное предложение. Я думала, что мне послышалось:

«Ты на самом деле красавица... такая хорошенькая... и конечно отличная хуесоска!», сказал он насмешливо.

Боже, неужели здесь всё так пахабно.

«Но херр Шмитц... пожалуйста... отпустите меня... что подумает ваша жена?», сказала я и попыталась оттолкнуться, но он безжалостно удерживал меня.

«А она... она никогда не заходит в эту комнату!», сказал он и бросил меня на бильярдный ...

 Читать дальше →
Показать комментарии
наверх