Бурные оргазмы девушки с веслом

Страница: 2 из 4

раз Петя позвонил через два дня. Снова пошли посидеть к друзьям. Сидели на кухне, выпивали водочку, закусывали, болтали о всякой всячине. Полине наскучило это многочасовое сидение, и она решила от нечего делать пойти принять ванну. Пришлось не запираться, поскольку санузел был совмещенный и ребятам надо было заходить по малой нужде.

Полинка мылила голову за полупрозрачной занавеской, не обращая внимания на игривые реплики писающих мимо унитаза парней. Зашел Петр, по-хозяйски залез в ванну и присосался пьяными губами к ее мокрым соскам. Вода брызгала из душа на заигравшихся любовников, в ванной стоял пар.

Друзья соскучились ждать их на кухне. За мутным окошком над ванной послышалась возня. Вдруг форточка распахнулась и над Полиной и Петей повисли грязные ботинки. Кто-то закряхтел, просунулась стриженая голова.

 — Сейчас я к вам спрыгну! — пригрозил хриплый голос.

Один ботинок спустился ниже, медленно сползало тело, с трудом протиснувшееся в узкое отверстие. Однако в последнее мгновение дружок передумал — отступился от своего нехорошего замысла. Уперся ногой в ванну и, спрыгнув на пол, вышел вон, так и не сумев прервать затянувшийся поцелуй.

Когда наконец Петя с Полей накупались в свое удовольствие, они застали вконец осоловевшую унылую компанию за кухонным столом. Верхолаз в грязных ботинках держался за бок. Был зеленоват и бледен.

 — Кажется, ребро сломал, — разрезая толстый круг колбасы, объяснили приятели.

Друзья продолжали пить, Полина отправилась спать в дальнюю комнату.

Через час дверь с грохотом распахнулась, четверо обступили ее, закутавшуюся в простыню. Один выдергивал из-под нее простыню, другой гладил по волосам и приговаривал:

 — Чего это ты такая мокренькая?

Другие ждали. Полина цеплялась в простыню, уговаривала оставить ее в покое.

 — Да она же совсем голенькая! — воскликнул один, засунув руку ей под живот.

Петя стоял рядом.

Долго уговаривали Полину раскрыться по-хорошему. Начали терять терпение.

 — Ну хватит, она не хочет, — пресек все домогательства Петя. — Пошли еще выпьем!

Теперь Полине не спалось. Она хоть и закрылась на крючок, но ждала гостей.

И точно: пришли, ломились, звали пьяными голосами, сорвали шпингалет, оказалось, их двое. Петя и тот, со сломанным ребром, спали, а эти помнили про Полину и пришли пожелать ей «спокойной ночи».

Содрали-таки простыню. Поля лежала, обхватив подушку, спиной к гостям, а те гладили дрожащими руками ее тело, волосы, лопотали бессвязное.

 — Ну пожалуйста, ну не надо! — умоляла их Полина. — Вы сейчас можете сделать со мной все, что захотите. Но я вас прошу, не надо!

Вдруг один из ребят расплакался от умиления. Он сидел и капал теплыми слезами на Полинкину спину.

 — Ну что я могу поделать, когда она говорит такое! Девочка моя! — поцеловал ей плечико, всхлипнул. — Мы уходим...

И поволок вяло сопротивляющегося друга прочь из комнаты. Все уснули.

После этого случая Поля долго не отвечала на Петины звонки. Но соскучилась, передумала. И в один из будних дней разрешила приехать в гости.

С порога зацеловал, схватил в охапку.

 — Знаешь, что я сейчас с тобою буду делать? — зашептал в ухо.

Полина засмеялась.

Уронил на кровать, начал расстегивать, потом задрал на ней рубашку, стал целовать открывшийся живот. Потом — красный, тяжело дышащий — содрал лишнюю одежду, вскочил, схватил Полю за щиколотки, поднял вверх. Полина завизжала, хватаясь руками за ноги

Петра...

А он уже обхватил ее лодыжки одной рукой, а другой вправляет член — капающий, скользкий.

Кровь прилила к голове Поли. Беспомощно припав к волосатым Петиным ногам, она скользила вверх-вниз, но скоро руки Петра ослабели, и оба опустились на пол, так что Петя попал членом прямо Полине в рот и начал вводить его неглубоко. При этом раздавалось смешное чмоканье на выходе.

Сам же он уткнулся носом во влажную мякоть и лизал яростно — с урчанием и покусыванием, — пока не почувствовал сильный зажим члена между языком и небом во рту Полины.

Тогда он с силой протолкнул его глубже. Почувствовал конвульсивные движения горла, сладкий спазм, приподнялся и вылил из набухшего хуя на язык и губы Поли.

Она кончила чуть раньше, и теперь любовники лежали, раскинувшись на полу, наслаждаясь любовной паузой.

На кухне они напились чаю и балдели,

куря.

В окно светило яркое солнце. Петя встал, подошел к зеркалу, выбрал среди тюбиков помаду поярче, протянул Полине:

 — На, покрась губы!

 — Зачем?

 — Ну пожалуйста.

Поля старательно намазалась, затем Петя заставил ее сильно накрасить глаза, выбрал еще один тюбик помады:

 — Теперь покрась мне...

И подставил губы.

Полина, смеясь, накрасила, наложила румянец на щеки. И Петр стал удивительно похож на женщину. Он полюбовался собой, стоя у зеркала голый.

 — Мешает... — указал на болтающуюся между ног колбасу.

Взял шнурок, обмотал вокруг головки, просунул член назад между ног к ягодицам и закрепил шнурок сзади, обвязав вокруг пояса, так что впереди оказался почти что женский треугольник лобка, а член спрятался внизу между ног.

Зрелище было презабавное, Петя корчил томные гримасы и строил глазки. Полина приблизилась к нему крашеными губами, и они слиплись в поцелуе, размазав помаду во-

круг губ.

 — У тебя нет какой-нибудь свечки? — поинтересовался Петя.

Бурные оргазмы девушки с веслом

Было жарко и скучно. Полинка весь день проторчала на углу Сретенки и Сретенского тупика возле обувного магазина, вяло торгуя книжками с лотка, — теперь она свою торговлю сворачивала.

Возник какой-то длинноволосый парень, напросился проводить. В тупичке ей захотелось пописать. Поля направилась к полуразрушенному дому, дернула на себя дверь, оттуда выкатился пакет из-под молока и еще что-то скатилось с кучи мусора, заполнявшей помещение чуть не до потолка.

 — Постой здесь, я сейчас...

Полина ступила на мусор и прикрыла за собой дверь. Сняла трусы, пописала, задев струей щиколотку, натянула обратно, оглянулась.

Потом приоткрыла дверь:

 — Эй, ты, зайди-ка сюда, посмотри, что здесь творится.

Парень зашел.

 — Тебя как зовут?

 — Петя.

 — А я Полина...

Она опустилась на колени прямо возле приоткрытой двери, выше по мусору взобраться было бы трудно. Расстегнула ширинку его брюк...

Эта мусорная куча, вонь, неплотно закрывающаяся дверь, шаги и разговор людей, проходящих мимо, и само это нелепое знакомство неожиданно и сильно возбудили Полю.

Член был мягкий, Полина высвободила его из трусов и жадно прижалась губами, языком. От неосторожных движений дверь приоткрывалась, Петя придерживал ее рукой, Полина долго в упоении возилась в его трусах, но орган был нетверд. Полина, не добившись быстрого результата, расстроилась, поднялась, посмотрела Пете в лицо:

 — Не хочешь?

 — Не могу. Здесь неприятно. Дверь открыта, кто угодно может заглянуть...

Полина разочарованно отряхнула перепачканные коленки. Петя застегнулся.

 — Ну тогда пошли...

Улица сразу обдала их жарой, шумом машин, выхлопными газами. Шли к метро молча. Петр вез коляску с книгами. Петя по ходу разговора предложил сходить в кино. С этой коляской и притащились к кинотеатру «Москва»...

Фильм был про почтальона, Луи де Фюнес почему-то не смешил, а только раздражал.

Поля почувствовала руку на своем колене. Она не реагировала. Петя встал и ушел в конец зала. Через пару минут Поля последовала за ним. Когда она в темноте ощупывала спинку ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх