Бурные оргазмы девушки с веслом

Страница: 3 из 4

кресла, чтобы сесть Петя сделал неожиданный рывок. В мгновение ока она была усажена прямо на горячий мокрый член. Тонкие ее трусики сразу промокли.

Петр стянул их до щиколоток и стал приподнимать и опускать Полинку, держа за попку, так что она запрыгала как мячик на его коленках, уцепившись за спинку переднего кресла. Почтальон на экране влезал на велосипед, падал и виновато ухмылялся, а Полинка все прыгала и прыгала, бессознательно пытаясь дотянуться носочками туфель до пола. Чуть впереди и сбоку сидели люди, упершись утомленными взглядами в экран, кресло заскрипело под Петром, Поля испугалась, рванулась в сторону...

Петя прикусил зубами короткие волосики на ее затылке и в то же мгновение облил ее ягодицы зигзагом выплеснувшейся спермы. Поля сползла на соседнее кресло...

После фильма Петр проводил Полинку до подъезда. Лифт не работал, пришлось тащить книги по лестнице на десятый этаж. Возле двери Петя взял Полю за руки, их пальцы переплелись, лица сблизились, губы соединил поцелуй. Через долгую минуту Петр отстранился, спустился к окну и стал смотреть в окно. Полина завезла коляску, переобулась, потом выглянула в коридор:

 — Ну, заходи...

В квартире был бардак. Поля заглянула в ванную, там стояли тазы, наполненные мокрым отстиранным бельем.

 — Муж перед отъездом настирал! — кивнула на тазик Полина. — Есть у него бзик: никогда не вешает белье сам, оставляет мне.

... Когда Поля проснулась, Петя нежно целовал ее в плечико. Было яркое солнечное утро.

 — Так, значит, у нас есть муж? — ворковал Петя ей на ушко, переплетая свои пальцы прядями Полининых волос.

 — Да, но он часто бывает в отъезде.

 — Это хорошо, — мурлыкал Петя, снова целуя Полину в плечико. — Я тоже, наверное, скоро женюсь. А то я испугался, когда увидел тебя.

 — Почему?

 — Ты мне очень понравилась. А я обещал одной девушке на ней жениться. Мы с ней давно встречаемся. Она пристала: ну давай поженимся, ну давай только попробуем, не понравится — разведемся. Знаешь, как ребенок у матери сиську просит...

Полинка приподнялась на локте и заглянула Пете в лицо. Он действительно был растроган — снова поцеловал ее плечо, потом еще, и еще.

Резкий телефонный звонок переполошил любовников. Поля скинула ногами одеяло и голая подбежала к аппарату.

 — Але, — хриплым голосом спросила в трубку, — а-а, это ты...

Петя понял: муж. Поля стояла, нагнувшись, задом к Петру.

Петр, ловко перевернувшись в кровати, подкрался к ней, поцеловал в попку и прижался еще нетвердым членом. Поля, отмахиваясь от Петра, продолжала телефонный разговор.

 — Ты говори, говори, продолжай, — шептал Петя, толкаясь в нее, тиская ее грудь, сжимая пальцами соски. Полина говорила как ни в чем ни бывало, рассказывала новости.

Но вот ее речь замедлилась, стала прерываться междометиями, мычанеем, голос потеплел, чаще стал раздаваться смех. Вдруг случайно вырвался стон, Полинка стала быстренько прощаться.

Петр, кусая ее за ушко, взмолился:

 — Ну подожди! Ну еще немножко! Ну чуть-чуть, милая!

Полина бросила трубку в тот момент, когда Петр мощным движением бедер загнал своего зверя до самого конца. При этом он крепко прижал к себе Полинку, стараясь губами дотянуться до ее освободившихся губ.

Потом они расстались надолго, на целую неделю. К концу недели Поля, к удивлению своему, находилась чуть ли не в смятении, когда наконец Петр позвонил.

 — Встретимся? Приезжай на Варшавскую, выпьем, у друга день рождения. Жду в

центре зала.

После дня рождения, нацеловавшись, шли пьяные к Полинкиному дому. Петя провожал, хотя сам едва держался на ногах. Дома был муж, но Петр упорно шел до самого дома, зашел в подъезд, довел Полю до дверей, вернее, вести приходилось уже его. Сел на подоконник, закрыл глаза, голова свесилась на грудь.

 — Что же с тобой делать? Как ты теперь доберешься домой?

Полина растерянно посмотрела в его безвольное лицо. Метро закрывалось через десять минут. Посомневавшись еще немного, решительно подошла к двери, очень осторожно, стараясь не звенеть ключами, открыла дверь, на цыпочках прошла по коридору.

В квартире было темно. Прошла мимо гостиной, там за стеклянными дверьми спал на диване муж. Он с Полиной давно жил в разных комнатах. Поля сняла ботинки с Петра, разулась сама и, крадучись, повела его, покорного, по коридору, мимо спящего мужа, к себе. Потом осторожно закрыла все двери.

Но в комнате они потеряли всякую осторожность. На огромном мате, расстеленном на полу, Поля уложила Петю, который, вдруг очнувшийся от полузабытья, сильным движением стащил ее с кровати, подмял под себя...

С рычанием и взвизгами они катались по мату, забыв о спящем за стенкой муже. Насладившись друг другом до изнеможения, они тотчас уснули. Полина успела перед тем забраться к себе в кровать...

Рано утром, ощутив мгновенную панику, была разбужена осторожным поскрипыванием открывающейся двери.

«Муж! Сейчас надо будет все объяснять...»

Но дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы супругу оказалась видна голова Полины с разметавшимися по подушке волосами. Убедившись, что жена дома, стараясь не потревожить ее сон, он прикрыл дверь и уехал на ра-боту.

Поля взглянула вниз на мат: Петя лежал скрючившись, натянув простыню на голову. Полина захихикала:

 — Эй ты, ебарь-террорист, чего прячешься? А ну вылезай!

Петр высунул всклокоченную голову и обвел комнату встревоженным взглядом. Он не понимал, когда и как он здесь оказался...

... В следующий раз Петя позвонил через два дня. Снова пошли посидеть к друзьям. Сидели на кухне, выпивали водочку, закусывали, болтали о всякой всячине. Полине наскучило это многочасовое сидение, и она решила от нечего делать пойти принять ванну. Пришлось не запираться, поскольку санузел был совмещенный и ребятам надо было заходить по малой нужде.

Полинка мылила голову за полупрозрачной занавеской, не обращая внимания на игривые реплики писающих мимо унитаза парней. Зашел Петр, по-хозяйски залез в ванну и присосался пьяными губами к ее мокрым соскам. Вода брызгала из душа на заигравшихся любовников, в ванной стоял пар.

Друзья соскучились ждать их на кухне. За мутным окошком над ванной послышалась возня. Вдруг форточка распахнулась и над Полиной и Петей повисли грязные ботинки. Кто-то закряхтел, просунулась стриженая голова.

 — Сейчас я к вам спрыгну! — пригрозил хриплый голос.

Один ботинок спустился ниже, медленно сползало тело, с трудом протиснувшееся в узкое отверстие. Однако в последнее мгновение дружок передумал — отступился от своего нехорошего замысла. Уперся ногой в ванну и, спрыгнув на пол, вышел вон, так и не сумев прервать затянувшийся поцелуй.

Когда наконец Петя с Полей накупались в свое удовольствие, они застали вконец осоловевшую унылую компанию за кухонным столом. Верхолаз в грязных ботинках держался за бок. Был зеленоват и бледен.

 — Кажется, ребро сломал, — разрезая толстый круг колбасы, объяснили приятели.

Друзья продолжали пить, Полина отправилась спать в дальнюю комнату.

Через час дверь с грохотом распахнулась, четверо обступили ее, закутавшуюся в простыню. Один выдергивал из-под нее простыню, другой гладил по волосам и приговаривал:

 — Чего это ты такая мокренькая?

Другие ждали. Полина цеплялась в простыню, уговаривала оставить ее в покое.

 — Да она же совсем голенькая! — воскликнул один, засунув руку ей под живот.

Петя стоял рядом.

Долго уговаривали Полину раскрыться по-хорошему. Начали терять терпение.

 — Ну хватит, она не хочет, — пресек все домогательства Петя. — Пошли еще выпьем!

Теперь ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх