Сумка сладостей

Страница: 1 из 6

Аня поежилась, холодный, жгучий ветер дул прямо в лицо. Но делать было не чего. Она взяла за руку сестренку, и тяжело вдохнув, вышла из хлева во двор. В свои пятнадцать с небольшим лет, Анна поведала многое. Когда, полгода назад, умерла их мама, они остались вдвоем с младшей сестренкой, которой едва исполнилось восемь. Хозяин, сразу выгнал их из маленькой комнатушки, в которой они жили. Ещё раньше, когда была жива мама и папа, Анна с сестренкой Мартой, были счастливы в своей жизни. Но после обвала в шахте, где отца придавило, обрушившейся кровлей, в их жизни начались сплошные неудачи. Через месяц болезни, отец умер, мать пошла работать, но денег не хватало. И тогда она стала брать для стирки, бельё. Денег всё равно не хватало. Но можно было свести концы с концами. Летом всё было ни чего, а зимой, на морозе. Короче говоря, мать, Анны, заболела. Неделю провалялась в горячке, и померла, оставив двух девочек, на целом свете одних. Девочки стали бродяжничать и попрошайничать. Работник, с Анны, был плохой. Маленький рост, хилый вид, да и возраст. О сестренке и говорить не приходиться. На ночь их пускали в хлев, сердобольные крестьяне, и потом, только молились, глядя вслед, уходящей паре.

Две маленькие девочки взявшись за руки, медленно двигались по сельской дороге, сгибаясь под напорами зимнего ветра. А что крестьянам было делать, у них были свои дети и их надо было кормить, а еды как водится было мало, а попрошаек много.

Морозный и сильный ветер, дул с необычной силой. Марта всё время кашляла, сегодня ночью, её всю трясло и голова была не обычно горячей. Анна, поежившись, сняла с себя шерстяной платок, оставшийся после, матери. Укутав сестренку, они двинулись дальше. Слабость накатывала на Анну, сказывался голод. Она уже не чувствовала ветра, и единственной мыслью было, как бы не выпустить руку Марты. Вдалеке показалась карета, запряженная четверткой лошадей. Анна посторонилась и сошла на обочину. Она знала, что таким лучше не попадаться, на глаза. Но когда карета поравнялась с ними, она вдруг остановилась, и хорошо одетая дама, открыв дверь, крикнула, что-то кучеру. Кучер, спешно слез, и подхватив девочек, и укутал их в шубу, и сразу же усадил в карету. Перед глазами Анны всё поплыло, тепло и приятная истома растеклась по телу, и она сразу потеряла сознание. Снилась их маленькая комнатенка, и мама с папой, которые весело пели, сидя за столом, а на столе стояла большая миска, с дымящейся кашей, и на очаге, кипел котелок, с её любимой похлебкой, из чечевицы. Мать мешала ложкой в котелке и весело, что-то говорила Анне. Анна протянула руку, чтоб дотронуться до матери, но комната вдруг стала исчезать, и девочка закричала, зовя мать, но комната растворялась на глазах, и наконец пропала совсем. От собственного крика, девочка проснулась. Анна открыла глаза, она лежала на большой кровати, укутанная, теплым пледом. Вся комната была богато уставлена, вазы на подставках, большой и пушистый ковер устилал пол комнаты, красивые картины весели на стенах, гардины из дорогой материи, свешивались с потолка, и весело потрескивал камин, в углу. Анна приподнялась на локтях. В кресле напротив сидел старый седой господин и курил трубку. Увидев, что Анна проснулась, господин позвонил в колокольчик, и тотчас же в комнату вошла строгого вида, женщина, в строгом костюме, это была служанка барона. Но это Анна выяснит позже, а пока женщина принесла новую одежду и стала одевать девочку. Анна находилась в оцепенении, так как не могла понять, что происходит. И только когда служанка одела девочку, Анна первой нарушала молчание, требуя объяснение:

 — Добрый день ваша милость. Вы так милостивы к нам, но скажите как вас зовут, и где моя сестренка.

 — Для начала. Давай познакомимся. Меня зовут барон Дирак. Ты можешь называть меня либо господин Жанн, либо ваша милость. Твоя сестренка находится в соседней комнате. За ней присмотрят. Ну и как тебя зовут малышка, сколько тебе лет, сколько лет твоей сестре. Где ваши родители. — стал расспрашивать бедняжку барон.

Анна осмелев, всё рассказала, не забыв упомянув, и об том, что они с сестренкой круглые сироты. Барон сидел в кресле и пыхтел трубкой. Он внимательно слушал Анну. Наконец девочка закончила и барон тогда спросил Анну:

 — Бедняжка Анна, не хотела бы ты пожить у меня в замке. Временно, конечно. Пока твоя сестренка поправится. Потом если тебе понравится ты можешь остаться. О тебе будет беспокоится моя кузина. Если ты будешь её слушаться, и выполнять всё её распоряжения, тебе будет хорошо. Если на тебя будут нарекания мы расстанемся. Ты согласна. И не бойся. Пока сестренка не выздороветь, мы тебя не отпустим. Сейчас тобой займутся.

 — Спасибо ваша милость. Я очень признательна вам. Не беспокойтесь мы будем послушными. Я всё буду выполнять. Я уже всё могу делать по дому. — с поклоном сказала Анна.

 — Нет работать по дому тебе не придется. Если ты останешься с сестренкой, у тебя будет другая обязанность. Но о ней ты узнаешь позднее. А пока отдыхай и набирайся сил. Но сначала тебя выкупают. И причешут. Ну а теперь я должен уйти. Прощай милая девочка.

 — До свидания ваша милость. — Анна снова поклонилась барону.

Барон вышел и тотчас, строгая служанка, повела её в другую, соседнею комнату. Там посредине комнаты, на резных ножках, стояла большая ванна, вся комната была в зеркалах. И пол был покрыт, белой плиткой. В ванной уже была налита вода, и пар клубами поднимался от неё. Служанка раздела девочку. Анна впервые стояла абсолютно голая, перед незнакомой женщиной. И она стыдливо закрыла руками срамоту. Маленькие, едва начавшиеся созревать груди едва выделялись на худом теле девочки. Ребра и впалый живот, вот, что было хорошо видно на теле девочки. Пушок реденьких волос, покрывал её девичий лобок. Служанка силой усадила Анну в ванну. Дома, когда была жива мать, Анна мылась в деревянной корыте, в котором мать, так же стирала и бельё. Служанка стала лить на девочку пахучие жидкости, которые приятно пахли. От них в воде сразу стала образовываться пена. Анна сидела и млела. Ей было очень приятно, теперь она уже не стеснялась эту старую служанку. Но она не знала, что за ней наблюдают две пары глаз. Через специальное отверстие в зеркалах, барон и его кузина, а это были они, с интересом наблюдали на происходящем. Первым, нарушила молчание кузина Виктория:

 — Ну и как тебе этот экземпляр, братец.

 — Да она интересна сложена. Если у нас всё получится. Это будет великолепная козочка. А её сестричка, даже получше будет. — барон оторвался от глазка, и уселся в кресло.

 — Милая сестренка. Ты в очередной раз превзошла самому себя. И где ты их находишь только. — продолжил барон.

 — Ой братец, да их полно, бродит. Просто, эти попались мне случайно. Ты знаешь братец, давай уговор. Я беру старшую. А тебе останется младшая. Потом, когда мы их воспитаем, по отдельности, попробуем использовать в наших собраниях. Ты согласен. — Виктория стояла и потягивала красное вино из бокала, сделанного в виде фаллоса, из серебра, инкрустированного камнями и золотом, по краям бокала.

Барон засмеялся и взял бокал со столик, а он был сделан в виде цветка, который выходил из женского влагалища. Весь бокал, был изготовлен из чистого золота, и тоже инкрустирован камнями.

 — Надо отдать должное, ты всегда делаешь выбор в свою пользу. Но я тебе признателен за то, что ты отдаешь мне совершенно не раскрытый бутон. Надеюсь ты обучишь всему свою воспитанницу. Ведь я как помнится помог тебе впервые познать все прелести секса в десять лет. — потягивая вино, сказал барон.

 — Ты просто шалун был, в то время. Разве я смогла устоять перед искушением. И потом, когда ты вошел ко мне в спальню, я почти уже созрела, от твоих рассказов. Не беспокойся я обучу всему тому, что умею сама. И нам поверь моему слову, не придется краснеть ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх