Мэри

Страница: 4 из 11

до полусмерти Босс что-то крикнуть, как окровавленный, взбешенный человек оказался возле него и Порогина.

Он уже размахнулся своим оружием, чтобы размозжить черепа обоих палящих в него коллег, как вдруг Порогин, отбросив свой бестолковый пистолет, со всей животной силой примочил тяжелым сапожищем в паховую область человека-гориллы.

Это произвело сверхъестественный эффект: пешня выскочила из могучих рук нападающего, и он скорчился со страшным тигриным воем.

 — По-маленькому, маленькому, — корчась, выдавливал он из себя. Из-под огромных семейных трусов по коротким ногам извиваясь, потекла струйка крови.

 — Наручники! — крикнул задыхающимся голосом Босс.

Человек-зверь, подпрыгивая на двухметровую высоту, бросился к близстоящему сортиру. Дверь завизжала и захлопнулась за ним.

 — По цели, гранатами — пли! — рявкнул Босс, и в сортир полетело с десяток гранат.

В ночи раздались такие раскаты, что людям, упавшим на землю, показалось, будто небо обрушилось на них. Сортир разнесло в щепки, из отходной ямы волной выплеснулось дерьмо; изуродованное безжизненное тело сверхчеловека, сделав в воздухе мертвую петлю, тяжело грохнулось на землю.

 — Вот так-то, — оправляясь от стресса, пошутил Босс, — полетали и приземлились. А теперь, ребятишки, огнеметом по этой развалине! — и он ткнул пальцем в направлении дома преступника.

 — Босс, там его баба, а, может, и дети! — стараясь перекричать перепуганных соседей, выскочивших на место жестокой бойни, орали сотрудники.

 — Плевать! Я же сказал: огонь!

Из жерла огнеметов вырвалось всепожирающее пламя, и дом через несколько секунд уже полыхал, извергая огромные снопы искр. Все смешалось: вопли жертв, гул и грохот залпов. ЧАСТЬ V. МЭРИ.

Вечером Порогин смотрел на улыбающееся лицо Босса по телевизору.

О, это был великий сказочник!

 — Все путем, ребята, — как всегда бодро произнес он. Убийца пойман и уже аннулирован. На деле оказалось так: мы арестовали его ночью, спокойно, без всякого шума. Правда, ходят там всякие слухи, что, мол, стрельба, жертвы, пожары. Ничему этому не верьте. В завершение хочу сказать следующее: когда мы с товарищем Порогиным привезли этого садиста-хлюпика в отделение, он во всем нам сразу признался, стоя на коленях. Хочу сразу покаяться, ребята, хоть я человек и мягкий, а все-таки хлопнул по его ломброзианской физиономии — пощечину, ну и тут, и тут... У него не выдержало сердце. Да кто бы мог подумать!? В данный момент его труп находится в морге кафедры судебной медицины. Вот, собственно, и все, ребята, спите спокойно.

Порогин пододвинул к себе вторую бутылку водки и пробормотал: «Спокойно, как же, спокойно, — в голове его носились жуткие мысли. — Нет, нет, — говорил кто-то в нем, — Мэри жив. Кошка, эта кошка... сказала же мне кривоногая дама, что знает, в чем спрятан секрет его жизни, секрет его жизни... Вернее, она хотела сказать, но, но... не успела. Он живой, живой, там, на секционном столе морга».

 — Порогин! — грозно прозвучал в его голове голос. — Ты сегодня же должен с ним разделаться, или сейчас, или никогда.

Порогин, покачиваясь, подошел к своей супруге, которая лежала в постели и чего-то от него ждала. Но он прервал ее сладкие ожидания словами, которые опрокидывали напрочь все эротическое:

 — Где наш топор? — с трудом ворочая языком, прошамкал он.

 — Господи, что ты надумал? — вытаращила на Порогина свои черные плотоядные глаза жена.

 — Лежишь, продолжение рода, у-у, рожа! — сказал Порогин, и, криво усмехнувшись, пошел в прихожую.

За полированным ящиком лежал приличных размеров топор. Он взвесил на ладони его тяжесть, и опять услышал чей-то голос изнутри: «Или сейчас, или никогда, — он жив».

Не успела перепуганная и злая супруга обозвать его придурком и импотентом, как дверь за Порогиным, хлопнув, защелкнулась.

Держа за пазухой завернутый в мешковину топор, он резким движением слегка пораненной руки остановил такси:

 — 20 лет ВЛКСМ, кафедра судебной медицины, — выдохнул он из себя.

Водитель даже не оглянулся на него и равнодушно ударил ногой по газу.

Через пять минут машина притормозила возле старинного здания. Порогин расплатился с таксистом и направился к центральному входу в морг.

Он нажал кнопку звонка и, покачиваясь, стал ждать.

«Только держи себя в руках!» — приказывал внутренний голос.

Дверь отворилась; на заспанных физиономиях сторожа и патологоанатома проявилось удивление. Последний осведомился, что вынудило полковника пожаловать в морг в столь поздний час.

 — Сличить тело убийцы-маньяка.

 — С кем? — обескуражено разинул рот врач.

 — Да Босс сомневается, того ли мы на тот свет отправили. Короче, у нас сомнения и большие неприятности.

Выслушав все эти бредовые сентенции, добродушный врач кивнул головой и открыл дверь секционного зала.

 — Закройте за мной дверь и не мешайте работать, — прошамкал Порогин, бережно держа подмышкой топор.

Дверь за ним тотчас закрылась, и вспыхнуло несколько мощных ламп.

Порогин, как сомнамбула, не чувствуя мерзкого запаха, не замечая отвратительных трупов, лежащих где попало, направился в глубь зала, точно кто-то невидимый вел его за руку и роковому месту; он чуть было не споткнулся об эмалированное ведро с гениталиями, из которого торчала газета «Юный ленинец». Рядом на столе лежало зверски изуродованное тело Мэри.

 — Так, — сказал себе Порогин, надо расчленить тело на куски.

Он медленно извлек из мешковины топор.

Казалось, сам демон инквизиции вселился в Порогина.

И только он поднял свой топор, как почувствовал, что по его членам прошла дрожь — труп пошевелился!

Ну, конечно же, тебя не берут ни пули, ни огонь; ничего, все равно я тебя прикончу, оборотень!"Чур, меня!» — с этим восклицанием полковник метко и сильно погрузил лезвие топора в шею покойника, из которой поползла вязкая, черная кровь, и голова Мэри, сверкая глазами и шлепая губами, откатилась к эмалированному ведру. Порогин еще раз взмахнул топором, но обезглавленный труп демона, хрипя и булькая кровью, соскочил со стола и двинулся, скрючив руки, по направлению к Порогину.

 — Ну, вот и встретились, красавчик. Хотел меня уничтожить, щенок, — вырвались эти уничтожающие слова из нутра трупа.

 — Я тебе обещал, Дориан Грей, что мы еще встретимся, — вот ты мне и попался; хорошо, что моя кривоногая сучка не успела рассказать тебе секрет моей жизни, — голос шел из грудины трупа, клокоча и переливаясь в пустынном морге.

Труп Мэри все продолжал идти прямо на Порогина.

Порогин, пятясь, натыкался на секционные столы, члены его сделались ватными, топор выпал из рук. Он хотел закричать, но из его горла вырвался глухой булькающий звук. Труп прижал его вплотную к закрытой двери и холодными, липкими руками обхватил горло Порогина.

Порогин закатил глаза и увидел, как быстро над ним закружился потолок. Его дух судорожно расставался с телом, и, когда у него вывалился в крупных пузырях язык, труп разжал свои стальные объятья. Порогин — синий и бездыханный, валялся на полу морга, а с трупом Мэри происходили метаморфозы: он вдруг съежился и сделался совсем маленьким.

«Месть!» — пронесся по моргу его голос, переходящий в пронзительный, тонкий вой, похожий на кошачий.

Через некоторое время дверь в секционный зал открыли сторож и врач. Они вытаращили глаза, когда увидели прямо перед собой труп полковника Порогина. Трупа убийцы-маньяка не было, если не считать отсеченной топором его головы, валявшейся возле эмалированного ведра.

...  Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх