Падшая леди

Страница: 1 из 2

Вечер в конце лета, отпуск и восемнадцать градусов тепла на террасе снимаемой дачи. Запах ели, сосны и потухшего гриля. С сегодняшнего дня я осталась одна почти на двое суток (обе дочки уехали домой вместе с мужем). Сквозь листву деревьев в сумерках пробивается свет от незнакомых соседей, доносятся голоса, смех, звон стаканов.

Неприятно быть в трусах и бюстгальтере под легким летним платьем после трех часов в одиночестве и под солнцем, где оставшиеся белые места стали красными. Переоденемся снова, в дом, к зеркалу, все с себя долой. Видим пышную женщину лет сорока с небольшим. Размышляем: подержанная, но еще годная к употреблению или... ? Увлажняющий крем — вначале на грудь. Холодная дрожь, явное и заметное возбуждение. Быстрый переход к спине, бедрам и... ниже пупка. Тот же эффект!

Снова в платье, лучше прохладиться прогулкой к морю. Какого черта мужу нужно было уехать именно сегодня, когда мы впервые за весь отпуск могли быть предоставлены сами себе? Для начала холодный коктейль — больше, чем обычно — очень кстати, когда тебя покидают! Дает мгновенное облегчение. Затем тепло, которое расходится не там, где надо, в тех местах, которые раньше были белые, а теперь красные, а потом трансформируется в розовые картины и беззвучные движения.

Вперед, на дорожку, ведущую к пляжу, холодок под платьем между ног, где должны быть трусы. Серп луны, по-ночному белый песок, шорох волн. Ни души. Платье с себя и на песок. С разбегу в воду. Приятная прохлада — неспасающее спасение.

На второй песчаной отмели слышу голоса, доносящиеся с берега: «Смотри, что-то лежит — платье! А в нем никого? Нет, чертовски жаль. Эй, кто потерял ночную сорочку?» — «Тише, Сергей, это, может, какой-нибудь трансвестит решил помочитьея, в смысле намочиться, в воде». Громкий смех, затем долгое молчание.

Начинающийся озноб и клацанье зубами на второй песчаной отмели. «Эй... есть там кто-нибудь? Вы б-б-бы не мог-г-гли ото-о-ойти подальше, чтобы я в-в-вышла?» В ответ тишина. Приходится плыть к берегу. Глупо идти гулять почти в голом виде, купаться в море одной и так переохлаждаться. Ужасно глупо купаться без полотенца! Песок под ногами. Нога наступает на что-то острое, колени дрожат, теряю равновесие — паника на первой песчаной отмели!

Плеск воды, за которым возникают два парня — большой и поменьше — по колено в воде. Четыре руки, готовых прийти на помощь. «Мы не можем вам чем-нибудь помочь, девушка — в смысле... гм?» Из своего полулежачего, полусидячего положения, с грудью, болтающейся в воде, пересиливая боль в ноге и гордость, мямлю: «Мад-д-дам... а зовут меня Лена. Большое спасибо. Я, к-к-кажется, порезала ногу». Две услужливые руки берут меня подмышки. Встаю на одну ногу, мокрая, холодная и голая.

Беглый обзор в темноте. Большой белый медведь с бородкой, лет двадцати пяти. Наверное, Сергей. Маленький: худой и темноволосый, может, чуть помоложе? Оба в светлых шортах и пестрых рубашках с короткими рукавами.

Неудачная попытка опереться на здоровую ногу. «Вы обнимите нас за плечи, и мы вас донесем!» Попытка протеста, но ничего не попишешь... обнимаю их за плечи, Чужие руки на спине, неожиданное сцепление двух других не менее чужих рук под моими ляжками, вынос тела из моря на берег. Возвращение к платью, над которым встаю на дрожащую ногу.

«А где ваше полотенце?» Виновато пожимаю плечами, стучу зубами, дрожу коленками и всем телом. «Можете вытереться вот этим». Медведь стаскивает с себя рубашку и протягивает ее приятелю... «Иван, помоги Елене, а я ее поддержу!»

Большой теплый торс прижимается к моей мокрой, холодной спине, а две руки обнимают сзади. Мои груди лежат на волосатом предплечье. Иван вовсю растирает мне плечи, руки, ноги и... «Гм, Лена, может вы сами... это самое... ?»

Пестрая рубашка у меня в руках, Энергично растираю грудь и свободную часть живота. Начинаю чувствовать тепло, в том числе спиной и конечностями. Слегка наклонившись вперед, растираю бедра и промежность. Замечаю волнение сзади. Неужели эрекция? Что-то давит сверху на правую ягодицу.

«Ты не вытрешь мне спину, Иван?» Наполовину отвернувшись, но очень внимательный зритель: «Да, спасибо, Лена, то есть... это самое...» Еле сдерживаю смех. «Спасибо, Ванечка». Возвращает пестрое «полотенце». Поворот на одной ноге с помощью услужливых рук, одна из которых оказывается у меня на бедре, а одна под правой рукой. Интересно, что при этом половина ладони касается моей правой груди — случайно или нет?

Обе груди в контакте с огромным торсом. Неконтролируемая эрекция сосков. Продолговатый восторг под тонкими шортами Сергея весьма ощутим моим животом, активность Ивана, направленная вниз, к...

«Ай, я там обгорела!» Осторожное промокание ягодиц. Еще большее блаженство и влажное возбуждение, лучше остановиться, пока не... !"Спасибо вам обоим». «Иван, ты не поможешь мне надеть платье?»

Непроизвольное сжатие рук Сергея, нерешительность Ивана и тут же поспешный вопрос: «Как ваша нога?» Внезапная боль в забытой ноге. «Сергей — медик, а я прошел курс первой помощи, но мы не можем помочь вам здесь, Лена. Здесь слишком темно!». Оживление Сергея: «Как вы доберетесь домой? Вам далеко? Мы живем прямо здесь, наверху. У нас есть аптечка первой помощи». Пока натягивается платье, пребываю в раздумье.

«Спасибо за предложение!» Снова обнимаю их за плечи, и они несут меня на руках. Невозможно придержать платье, Иван надрывается, но не подает виду. Между елей и кустов шиповника — к неосвещенному дачному домику. «Мы снимаем его у отца Ивана», — говорит Сергей, принявший всю ношу на себя, чтобы Иван открыл дверь и зажег свет. Затем меня вносят с террасы в большую комнату, где все несет на себе печать «непринужденного холостяцкого отдыха»: магнитофон в окружении стаканов, бутылок, разбросанная одежда и песок на полу.

«Здесь есть ванная?» Оба в один голос: «Есть!» — «Я вам помогу», — добавляет Сергей. «Я справлюсь сама, только доведите меня». Отличная, выложенная кафелем ванная со всем необходимым. Писаю и промокаюсь — всюду песок. На одной ноге под теплыйщш, смываю песок, промываю рану. «Черт!...» Все равно приятно расслабляет. Трудно вытираться, стоя на одной ноге! Не менее трудно снова натянуть платье. Смотрюсь в чужое зеркало, причесываюсь чужой, не очень чистой расческой. Вполне довольна отражением в зеркале, вспоминаю слова дочерей: «Ты у нас девушка что надо!»

Возвращаюсь в уже прибранную комнату. Сильная усталость в слишком шустрой ноге, опускаюсь на большой диван. «Лена, я тут вам налил... в смысле, нам всем, подкрепиться», — говорит Иван и протягивает мне граммов сто чего-то светло-коричневого в высоком стакане.

«Это виски, — объясняет Сергей. — Надеемся, вы любите?» Оба вовсю стараются не походить на заговорщиков. «Я с удовольствием выпью, но только если вы разбавите чем-нибудь прозрачным и шипучим!» Тут же приносится и наливается совсем немножечко содовой.

«Давайте выпьем за ваше скорейшее выздоровление», — подняв свой стакан, произносит Сергей, которым уже успел переодеться в белый махровый халат. «Ваше здоровье!» Коктейль крепок, от него по всему телу расходится тепло. «Может, посмотрим больную ногу?» — говорит Иван, садится на диван, поднимает мою ногу и боком пододвигается под ней. «Так будет сподручнее. Надо, наверное, что-нибудь постелить на диван!» Иван приносит полотенце и красный ящичек для инструментов, в котором оказывается все необходимое для ремонта поврежденных конечностей, но в котором также содержится солидный запас женских тампонов и презервативов.

«У него отец холостяк», — поясняет Сергей. «Никогда бы не подумала», — отвечаю я. Подозрительно испытующий взгляд Сергея. Иван, поставивший кассету с Гленом Миллером, улыбается. «Мама ужасно его любит», — говорит он. Так мне и надо!"Он не то хотел сказать, — перебивает его Сергей, досадливо косясь на друга,...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх