Валенсия

Страница: 23 из 27

делали ее очень грациозной и респектабельной. В черных, блстящих, как вороненая сталь, волосах была приколота свежая алая роза. Девушка была удивительно хороша и я, позабыв о фрау пиммер, невольно залюбовался ею.

Фрау Пиммер удивленно и растерянно топталась на месте, глядя на нас обоих и не зная, что делать. Потом, спохватившись, ушла, пожелав нам спокойной ночи.

Проводив фрау Пиммер взглядом, девушка подошла ко мне и, ткнув пальчиком в кончик носа, игриво произнесла:

 — Здравствуй пупсик! Это ты здесь живешь?

 — Да.

 — Тебе здесь нравится?

 — Мне нравится, что ты здесь.

Она села на мои колени и стала ласково теребить волосы.

 — А кто эта тетя? — спросила она.

 — Хозяйка дома.

 — Это ее дом?

 — Да.

 — А где твой дом?

 — Я снимаю у хозяйки эти две комнаты и значит, это мой дом.

 — А она больше не придет?

 — Кто? Хозяйка? Нет, ей здесь больше нечего делать. Она пошла спать.

Меня забавлял этот детский разговор, и я с удовольствием отвечал на ее наивные вопросы, ласково тиская маленькое упругое тело под тонкой тканью.

 — Ой, сколько у тебя книг! — удивленно воскликнула она, — а сказки есть?

 — Зачем тебе сказки?

 — Я очень люблю сказки. Когда я в прошлый раз была у мужчины, он читал мне сказку про белоснежку. У нее было сразу семь гномов, маленьких старичков.

 — А у кого ты была в прошлый раз?

 — У такого милого старичка. Он все время меня целовал и говорил: «Ну вот, деточка, а теперь будем дальше читать...» Такой смешной старичек. Почитай и ты мне сказку.

 — Зачем тебе сказка? Ты уже не маленькая.

 — Это платье у меня не маленькое, а сама я еще маленькая, мне ведь только 14 лет, и я не знаю, зачем меня так одели.

Только теперь я обратил внимание на ее кукольно-детское личико, пухлые, чуть надутые губки и тонкие черточки бровей.

 — Так вот почему она такая миниатюрная, — подумал я. Что же мне теперь с ней делать? Читать ей сказки всю ночь? Но это же глупо.

 — Послушай, — сказал я, — тебе все мужчины только читают сказки?

 — Нет, сказки читал только один старичок, другие мужчины всякие глупости рассказывали и щипались. А мне противно, когда они щиплются.

 — Фу, черт! — подумал я. — вот еще напасть, зачем мне этот ребенок?

 — Ну, ладно, — сказал я, — будем тоже читать сказки, раз тебе не нравится, когда тебя щиплют.

 — Ты не будешь щипаться?

 — Не буду.

 — Ты хороший, я тебя люблю.

Легко подняв девочку на руки, я перенес ее на диван и взял один из томиков «1000 и одной ночи», открыл его, чтобы прочесть ей сказку о страшном одноглазом циклопе, но она вдруг меня остановила:

 — Подожди, я сниму туфли, — она слезла с дивана и прошлась по комнате, глядя на себя в зеркало. — Послушай, я правда похожа на женщину? — спросила она, лукаво прищурив один глаз.

 — Ну как тебе сказать, внешне похожа, по одежде, а так во всем остальном — мало.

 — А почему?

 — Потому что ты еще не женщина.

 — А что такое женщина? Что, я родилась не женщиной?

Мне надоели эти глупые разговоры и я с раздражением сказал:

 — Давай прочитаем сказку и будем спать.

 — Спать? Фи, как неинтересно. Я не хочу спать.

 — Ну, тогда я сам буду спать, — я разделся до трусов и лег спать. Пока я снимал одежду, девочка с любопытством наблюдала за мной и тихонько прищелкивала языком.

 — А ты красивый! — сказала она, когда я лег в кровать.

 — Что ты в этом понимаешь?

 — А вот и понимаю, — обиженно ответила она, — я все понимаю, ты не думай!

 — И что же ты понимаешь?

 — А то, что тебе со мной скучно, что тебе хочется меня потрогать. Да?

Я не ответил, молча любуясь чудесной девочкой. Она стояла напротив, облокотившись о спинку кресла и грациозно выгнув свой тонкий изящный стан, смотрела на меня сквозь сетку длинных пушистых ресниц. Сейчас в ней почти ничего не осталось детского, это была вполне совершенная маленькая женщина. Я встал с кровати и подошел к ней. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Она сама прижалась к моей груди лицом и прошептала:

 — У! Какой ты большой и хороший, поцелуй меня.

Я поднял ее на руки и слегка дотронулся до ее мягких горячих губ.

 — Еще, — чуть слышно выдохнула она. Я поцеловал ее более страстно. Девочка встрепенулась и закрыла глаза. Я стал покрывать ее лицо и открытые плечи неистовыми поцелуями. Девочка начала от удовольствия вздрагивать.

 — С тобой хорошо, — выдохнула она едва слышно, когда я на минуту остановился, чтобы перевести дух, — хочешь, я тоже разденусь?

 — Конечно, хочу, — с робостью воскликнул я и опустил ее на пол.

 — Только ты отвернись.

 — Зачем?

 — Ну, так, отвернись, ну пожалуйста.

Я отвернулся, напряженно вслушиваясь.

Щелкнула застежка, прошуршало платье, она прошла по комнате.

 — Подожди, еще нельзя, — предупредила она мою попытку обернуться.

 — Еще нельзя... Нельзя. Теперь можно.

Я обернулся. Передо мной, лукаво улыбаясь, гордая сознанием своей неотразимой красоты и привлекательности, стояла игрушечная женщина. Ее нельзя было назвать девочкой — это была женщина. Все в ней было совершенно и прекрасно. Длинные черные волосы на белоснежной коже плеч, упругие полушария хорошо развитых грудей с крошечными темными сосками, тонкая изящная талия, пухлый, едва покрытый пушком лобок с розоватыми набухшими губками, длинные стройные ноги в туфельках на очень высоком каблуке и красивые, еще по-детски тоненькие руки в перчатках. О! Разве можно словами воссоздать хотя бы крошечку того, что представилось моему взору. Я оцепенел, очарованный девочкой, не в силах оторвать от нее глаз.

 — Ну, а теперь ты сними свои трусики, — конфузясь, пролепетала она.

Я пришел в себя. Немедленно сняв трусы, я осторожно подошел к ней. Я еще не представлял себе, что буду делать с этой наивной, но шаловливой девочкой-женщиной, но меня влекло к ней, как магнитом. Она прижалась ко мне всем телом, трепеща от возбуждения. Ее проворные пальчики нежно играли с моим напряженным членом. Эта игра привела ее в неописуемый восторг. Я обнял девочку за плечи и жадно шарил руками по ее горячему нежному телу с неистовым желанием. Но возбуждение быстро росло. Мне все труднее и труднее было сдерживать свое безумное желание овладеть этим малым существом.

А она, беспечно и радостно щебеча какой-то вздор, играла с моим членом, то поглаживая его пальчиком, то теребя из стороны в сторону, терла его головкой соски своих грудей, и даже несколько раз поцеловала его, сладко причмокнув от удовольствия.

 — Давай ляжем, — предложил я прерывающимся от волнения голосом.

Она молча, с удивлением посмотрела на меня, кивнула головой и с разбегу бросилась на кровать.

 — Как здесь мягко! — воскликнула она, прыгая на матрасе.

 — Я с краю, лезь туда.

Когда я лег, она снова завладела моим членом, все чаще и чаще покрывая его поцелуями.

 — Дай я посмотрю на тебя, — попросил я у нее.

 — Смотри, разве я не даю?

 — Я хочу всю тебя видеть.

 — Глупый, я и ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх