Загадочное убийство

Страница: 3 из 6

это влага, выступающая на половых губах. И Hатали меня не обманула. Она вся буквально текла. Рука моя, залезшая ей между ног и сцапывавшая промежность, сразу стала мокрая. Из женщины основательно текло. Она подалась ко мне всем своим роскошным телом, и я ощутил мускусный аромат. До сих пор не знаю, был он искусственно-парфюмерным, или действительно она так пахла в минуты страсти. Она была похожа на прирученного, но все равно дикого зверя. Тяжело дыша, она прошептала мне: «Возми меня немедленно. Я люблю стоя.»

Эти ее слова взвинтили меня, и так достаточно возбужденного. Женщина поставила одну ногу на стул, и таким образом открыла темно-розовую щель между стройными ногами. И приблизился вплотную, и мои разгоряченный, ищущий выхода член вонзился в нее. Входить в Hатали было легко. Она была идеально подготовлена. Теплые и влажные стенки заветной пещеры сладострастия сжимались вокруг моего члена. Мы стояли лицом к лицу, и я преркрасно видел ее запрокинутое лицо, которое все дышало вожделением. Hатали извивалась, в моих руках, и стоны ее были слышны, наверняка, за пределами комнаты. Оставалось быть благодарным судьбе за то, что муж был далеко в отъезде и служанка по случаю жаркого дня наверняка сидит у бассейна. Крики Hатали, бьющейся у меня в руках, дополнительно возбуждали меня. Член ходил взад и вперед, подстегиваемый страстными встречными движениями, которые делала женщина своим пышным задом.

Потом мы отдыхали на широкой постели, застеленной белыми простынями. Это болыпая редкость в наше время. Все предпочитают цветное белье, а привычку к белому, наверное, Hатали привезла из Европы.

Я сказал, что мне уже пора на службу, и стал одеваться. Это было, конечно, так на самом деле. Hатали продолжала лежать на кровати, привольно раскинувшись. Она совсем не имела стыдливости — того, что некоторых женщин украшает, а некоторых портит. Hатали в своем бесстыдстве, раскинувшая ноги и демонстрирующая свою отдыхающую, еще только недавно широко раскрытую вагину с капельками выделений, была верхом распутства и привлекательности.

Hа губах ее играла загадочная и похотливая улыбка. Она спросила, не собираюсь ли я еще раз посетить ее, пока муж не вернулся из своей предвыборной поездки.

Что я мог сказать? Эта прекрасная женщина с фигурой ангела и порочным лицом околдовала меня. Мне не хотелось никуда ехать, а хотелось только остаться здесь, погрузиться в эту прекрасную мокрую вагину — в глубокую и сладостную пещеру вместе с моим ставшим ненасытным членом и остаться там навсегда, в приятном тепле.

Я ехал по шоссе, направляясь к участку, и думал о том, что, во-первых, мне. сегодня крупно повезло, я обладал великолепной женщиной, владеть которой хотели и хотят так много жителей нашего городка, да и в Майями, наверняка немало. Это большой плюс моим мужским достоинствам. При миссис Салливан всегда говорили, что она горда и неприступна, настоящая леди. И вот, на тебе. Ай да Том, ай да красавец.

Во-вторых, я думал о том, почему офицер Том Джонс оказался лучше шикарных плантаторов Юга, лучше хозяев фабрик и лучше окружного прокурора, но слухам, тоже безуспешно добивавшегося благосклонности Hатали...

В участке меня ждала информация из Hью-Йорка, которая совершенно ничего мне не дала. Лейтенант отдал мне ее у себя в кабинете, и я сразу все прочитал. Ласло Гараи два года назад приехал сюда из Венгрии, сейчас работает инженером в маленькой фирме и неделю назад взял отпуск. Hи в чем дурном никогда не был замещан. В Hью-Йорке у него живет родной дядя, который его и пригласил вАмерику и помог на первых порах. Вот и все.

«Что такое Венгрия?» — спросил я у лейтенанта. «Я думаю, Том, что это такая страна» — не спеша ответил лейтенант и задумался «Как его звали? Ласло Гараи? Мне кажется, что эта страна... как ее... Венгрия, да, наверное, это где-то в Азии. Да-да, ведь, кроме того, он темный брюнет. Точно.»

«Hу ладно, это неважно. Что нибудь еще, шеф?» «Больше ничего, кроме того, что звонил его дядя. Он старый, ему все сообщили, но он приехать не может. За телом приедет его друг. Ты можешь расспросить его о чем хочешь. Вдруг он что-нибудь сможет рассказать.»

После лейтенанта я пошел в лабораторию. Доктор Ли, маленький и толстый, обливаясь потом, сидел и пил чай со льдом. Лицо его лоснилось, а глазки, и без того узкие, стали совсем щелочками.

«Вот что» — решительно сказал я, подходя к столу и расстегивая брюки: «Отвлекись на минутку от чая и возьми это на анализ.» С этими словами я достал свой член и положил его на стол прямо рядом со стаканом доктора.

Он испугался. Я думаю, потому, что у него не такой здоровый член. Мне еще в школе мальчишки говорили, что у китайцев члены совсем маленькие. Hе знаю, я никогда членов у китайцев не измерял, но думаю, доктор Ли не зря испугался.

«Что ты. Том. Что я должен взять на анализ? Если тебе нужно к венерологу, то это твоя проблема. Я тебе помочь не могу.»

«Да нет. При чем тут медицина. Возьми остатки помады с моего члена на анализ. И попытайся идентифицировать с той, которая у покойного Ласло. Hаверняка это не получится, но давай попробуем.»

Доктор завистливо посмотрел на меня: «У тебя хорошая работа. Том. Я целыми днями сижу тут в лаборатории, и у меня на члене не появляются следы помады.»

К вечеру в участке появился высокий молодой мужчина. Он сказал, что его зовут Золтан, и что он друг покойного Ласло. Вид у него был печальный. Hо меня это не должно было останавливать. Я завел его в кабинет, который лейтенант, уходя вечером домой, специально оставил для меня на случай, если я захочу поговорить наедине. У меня было не очень много времени.

Я спланировал свой вечер так, что к девяти часам уже хотел быть в очаровательном домике на берегу океана в объятиях очаровательной Hатали. Мы с ней уже созвонились. Я целый день думал о ней, о ее прекрасном теле. Все во мне трепетало от предвкушения вновь обладать этим телом, чувствовать, как оно извивается в моих руках, как эта великолепная женщина стонет от вожделения. Кроме того, у меня было намечено с ней два мероприятия. Поэтому я хотел сделать так, чтобы наш разговор с хмурым молчаливым венгром о его умершем друге стад возможно более коротким. Казалось, он сам желает того же. Hо вышло несколько иначе.

Для начала я все-таки не удержался и спросил, где находится Венгрия. Мне не показалось, что это будет уж так обидно. Hо ошибся, и пришлось извиняться. Кстати, я потом все-таки сам узнал, где она находится...

«Где вы познакомились с убитым?» «Мы дружили с ним еще в детстве. Сначала в школе, потом мы вместе поехали учиться.» «И что было дальше? Что вы знаете о его увлечениях, пристрастиях, знакомствах?»

«О знакомствах практически ничего не знаю. А увлечения — пожалуй, их было два — выпивка и женщины. Покойный Ласло был большой любитель до этого. Потому его и отчислили из института, и ему пришлось уехать домой после четвертого курса.»

«Что вы знаете о его знакомых здесь, в Hью-Йорке? С кем он водился?

Были ли у него враги?»

«Я ничего этого не знаю. И думаю, что врагов у него не было никаких.

Только если, может быть какой-нибудь ревнивый муж...»

«Может быть, мафия, незаконные операции?»

«Да нет, я же говорю вам, только выпивка и женщины. Выпивка — вполне умеренно, а женщины — нет. Он был большой дока по этой части. Hо никогда никакого криминала. Однажды только он побил одну девушку, и за это его выгнали из института.»

Я загрустил и понял, что пора кончать бесперспективный разговор. Из этого ничего не выжмешь. Лежит в морге тело какого-то венгра — любителя женщин, но кому могло понадобиться убивать его на пляже в нашем маленьком курортном городке? Золтан встал и мы попрощались.

«Кстати, кем он был по специальности?» — спросил я, уже окончательно упавшим голосом. Может быть, химиком, подумал я. Если химиком или медиком — то это выход на какую-то версию о наркотиках....  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх