Евгений О (часть 2)

Страница: 1 из 26

История пятая «ДОЧКИ-МАТЕРИ» О дальнейшем пребывании в клинике рассказывать, в сущности, нечего. Евгений понемногу оправился от «стационарного лечения», все так же посещал занятия и тренинги, его так же наказывали за малейшую провинность, а сестры так же пользовались его интимными услугами. Теперь к постоянным процедурам добавились клизмы, которые ставились раз в три-четыре дня и никогда не достигали катастрофической продолжительности. Кроме того, к груди Евгения теперь были привешены металлические колечки, к которым, опять-таки в качестве наказания, могли присоединяться довольно тяжелые грузы. Это касалось и пениса, хотя проколы на коже полового органа практически не использовались.

Двух пациентов палаты за это время сменили другие. Мамочка Романа забрала свое чадо, сочтя его воспитание завершенным. А супруга Олега решилась-таки на операцию, и ее мужу-рабу предстояло стать женщиной. Прощание с соседями было кратким: пара поцелуев, объятия — они знали, что вряд ли встретятся вновь за стенами лечебницы. Новые пациенты оказались столь же оригинальными; один из них, Андрей, был до одержимости влюблен в свою старшую сестру, считавшуюся его опекуншей и, чтобы избежать инцеста, полностью подчинившей себе юношу. Здесь она собиралась вышколить братца и передать впоследствии одной из подруг для рабского использования. От Андрея этого не скрывали, но любой приказ хозяйки он готов был принять.

Евгений подумал, не ждет ли и его самого нечто подобное, захочет ли Ира иметь раба постоянно. Но эти мысли оказались неожиданно безболезненны. Воля госпожи — ее воля, исполнение которой должно быть малой платой раба за внимание и дары, принесенные ему хозяйкой. И то, что решит в его отношении Ира, будет великим счастьем независимо от содержания самого решения. Всякая мысль госпожи о рабе — счастье для него. И с раздумьями о будущем Евгений расстался.

А тем временем настал день его выписки. На левой ягодице сестра-хозяйка сделала татуировку, на которой вывела имя хозяйки и год завершения обучения. А потом в одном из подвальных помещений на его лодыжке был закреплен тоненький обруч с датой и именем хозяйки. Процедурой руководила лично доктор Радек:

 — Этот сплав очень стойкий, и ты вряд ли сможешь его распилить. Но если все же захочешь: Хотя вряд ли. Твой аттестат уже изготовлен, и он будет передан твоей хозяйке завтра. Устроим небольшое торжество.

Действительно, собрание по этому поводу оказалось незначительным: в присутствии двух свидетельниц-сестер Ира получила заверенный документ; Евгений занял свое место у ее ног на четвереньках, причем форма пациента оставалась на нем. Поводок и ошейник были аккуратно надеты, символизируя возвращение раба хозяйке. Теперь его наказаниями и поощрениями должна управлять она. Однако Ира тут же указала старшей сестре, что та может по-прежнему присматривать за ее рабом и регламентировать его поведение. Потом она обняла и поцеловала Евгения, предложила всем присутствующим выпить шампанского в связи с окончанием курса. Евгений пил из рук Иры, получая от ситуации несказанное наслаждение. Потом хозяйка простилась с ним:

 — Отсюда поедешь туда, куда мы тебе обещали. Предупреждаю, что все приказы твоей новой хозяйки будут и моими приказами. Не стоит напоминать тебе о послушании, не так ли? Вот и хорошо:

Вскоре после этого она уехала. Не прощаясь, вслед за ней удалилась и доктор Радек. Старшая сестра сделала Евгению знак встать и следовать за ней. В качестве новой одежды она протянула ему легкое ситцевое платьице, крючки которого застегнула сзади, и белые панталончики, отделанные кружевами на бедрах и поясе. Больничную одежду сестры тут же забрали, выдали еще пару новеньких сандалий полудетского фасона. Чувствуя себя неловко в непривычной одежде, Евгений поводил плечами, пытаясь привыкнуть к ней. Старшая сестра подвела его к зеркалу в коридоре и оправила платье, привела в порядок волосы, сбив их в девичью челку:

 — Ты выглядишь очень хорошо, можешь мне поверить — сама естественность и подчинение. Теперь поедем. Садись-ка в машину.

Евгений неловко спустился по входной лестнице и уселся в красивую закрытую двухместную машину. Женщина со шрамом на щеке села за руль. Перед ними отворили железные ворота, и петляющая среди холмов песчаная дорога повела вдаль. Некоторое время его теперешняя повелительница молчала, потом, отвлекшись от управления машиной, посмотрела на раба:

 — Может быть, сначала тебе не очень понравится у тети Ванды, но придется привыкнуть ко всему, чего она от тебя может потребовать. Вряд ли тебя еще будут использовать таким образом — смею заверить, очень почетным и легким. Ире эта идея очень понравилась. Предупреждаю, Ванда может быть очень жестокой: Тебе не больно сидеть?

Евгений ответил отрицательно — задний проход совершенно зажил, ягодицы тоже не болели от последней порки.

 — Это хорошо; нет, все же заботиться о тебе было приятно. Мои хлопоты тебе еще придется искупить, но позже, гораздо позже. Пока проведу небольшой инструктаж. Тетушка Ванда нуждается в рабынях, но обходится рабами, которые выступают в качестве маленьких девочек, ее дочек. Вероятно, сейчас ты будешь единственной «дочуркой». И веди себя соответственно, не забывая полученных в клинике уроков. Я приеду и проверю твои успехи. Кажется, хочешь что-то сказать?

Получив разрешение, Евгений проговорил:

 — Как я должен называть вас?

 — Ах, это: — шрам от улыбки изогнулся, став менее угрожающим и уродливым. — Можешь называть меня Мэм-саиб. Знаешь, так индийские слуги именовали хозяек. В этом имени есть некая тайна. Но мы уже подъезжаем.

Машина стояла у подъезда шикарного особняка, пребывавшего в несколько запущенном состоянии. Мэм-саиб, взяв Евгения за руку, поднялась по лестнице и постучала в дверь кольцом в форме кокетливого банта. Отворилась одна створка, и в ней предстала худая, но мускулистая женщина, поклонившаяся прибывшей:

 — Здравствуйте, мисс Джонс. — Мэм-саиб взглядом показала Евгению присесть в поклоне. — Я привезла с собой Женю, как обещала; она жаждет познакомиться с тетушкой и пожить у нее некоторое время.

 — Хорошо, — голос домоправительницы был ровным, а взгляд — оценивающим. — Я провожу девочку наверх. Вы не зайдете?

 — Приеду попозже, — Мэм-саиб чмокнула Евгения в щечку и погладила по ягодицам. — Не скучай, Женя, будь послушной девочкой!

Мисс Джонс крепко схватила Евгения-Женю за руку и провела через полупустые и пыльные комнаты на второй этаж особняка, где все было обставлено не в пример лучше. Одна из дверей вела в детскую спальню: об этом говорили обои с рисунками, обилие мягких игрушек и стоявшая в углу кровать. Но здесь было некое несоответствие: деревянные решетки по периметру ложа предполагали наличие совсем маленького ребенка, а размер кровати говорил о противоположном. Евгений догадался, кому придется здесь проводить ночи. Но мисс Джонс совершенно не обратила внимания на удивление «девочки». Она открыла огромный платяной шкаф и выбрала одежду для гостьи.

 — Девочки не должны одеваться как большие: Тебе больше подойдет вот это. Все твоего размера, специально подобрано. Переоденься сама.

Под наблюдением домоправительницы Евгений разделся и натянул на себя детские трусики с цветочками, коричневые колготки, майку и детский же сарафанчик — действительно его размера. Подведя его к зеркалу, мисс Джонс оправила поясок на сарафане и сочла туалет законченным. Где-то вдалеке прозвенел звонок:

 — Хозяйка хочет тебя увидеть. Не забудь, что вежливые девочки должны называть ее «тетушка, мэм». Поняла?

 — Да: — протянул Евгений.

 — Да, мэм! Маленькие девочки должны быть вежливы! И старайся говорить помягче, тоном повыше, иначе звучит некрасиво.

В огромном кабинете,...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх