Супружеские игры (окончание)

Страница: 2 из 4

в дальней комнате. Когда я легла и почти уже начала засыпать, ко мне в комнату вошел охранник хозяина. Он держал на поводке двух догов, которые, подойдя ко мне, меня обнюхали и уселись рядом с моей кроватью.

 — Александр Михайлович приказал, чтобы они вас охраняли всю ночь, — а собакам добавил, — сидеть и, охранять, — после, чего, он повернулся и вышел, закрыв за собой дверь. Собаки настороженно смотрели на меня, а я на них. Они, видя, что я не проявляю агрессии, улеглись перед кроватью. Сон ко мне после этого происшествия долго не приходил, и я уснула только под утро.

Утром ко мне вошел хозяин и предложил пойти позавтракать и прогуляться. Завтракали мы вдвоем и молча. Я ничего его не спрашивала, т. к. считала, что он должен мне все объяснить сам, а он видимо не считал нужным мне ничего объяснять. После завтрака мы прогулялись по двору дома, окруженному высоким забором и он еще раз показал мне псарню.

После экскурсии он предложил мне опять выпить, и стал объяснять суть моего визита.

 — У меня есть хобби — я люблю порно видео с животными, а проще говоря, меня заводит, когда кобель покрывает сучку, а лучше всего, если это будет женщина. Я считаю, что зоосекс — единственно реальный вид порно, за исключением еще одного, — и, увидев, как у меня расширяются от ужаса глаза, добавил, — кроме одного, но об этом я скажу вам позже. Следов от когтей кобелей не будет, т. к. для этого мы надеваем на лапы кожаные чулки, поэтому ты можешь, не беспокоится об этом. Но я хочу предупредить, что весь процесс будут снимать на видео, и поэтому ты можешь надеть какую-нибудь маску по своему выбору. Я была в шоке от услышанного, поэтому машинально осушила полстакана виски отказавшись от содовой, которую он мне хотел налить.

 — Ты должна будешь быть, готова через час, одежда там, кивнул он на шкаф в углу, — и вышел из комнаты.

Мой опыт бляди подсказывал мне, что со мной не шутят и поэтому так просто я отсюда не уйду, а поэтому я решила все воспринять так, как это есть. В шкафу я нашла набор туфель на высоком каблуке, набор лифчиков и чулок с подвязками разных размеров и целую коллекцию париков и полумасок. Пребывая в шоке, я приняла душ, накрасилась и оделась в черное белье и ярко красные туфли. На голову я натянула ярко рыжий пушистый парик. В качестве маски я выбрала себе черную полумаску с зелеными блестками.

Когда я предстала перед Александром Михайловичем, он от удивления даже присвистнул: «Хороша потаскуха!», — и добавил: « В той комнате, где ты переодевалась на столике у зеркала есть флакончик с розовой жидкостью. Это мускусные духи для привлечения кобелей. Помажь им подмышками и шею. Для надежности возбуждения кобелей протри себе между ног, бедра, промежность и жопу еще этим — это вытяжка из течки сук», — и протянул мне маленькую баночку с бурым густым раствором. Я сделала все как он сказал, хотя, честно говоря, мазать себя этим снадобьем мне было противно, особенно вытяжкой из течки, хотя эти жидкости пахли очень слабо и совсем не противно.

Я сделала так, как он мне сказал, и вышла к нему. Он, кивнув мне, направился в другую комнату, дав знак следовать за ним. В комнате, в которую мы вошли стояло несколько стульев, пара кресел, два диванчика дивана, странной угловатой формы, а в углу было оборудовано место для видео оператора. Там стоял пульт, видео камера на треноге и набор всевозможных осветительных приборов.

За пультом суетился молодой человек с густой шевелюрой и густой бородой. Мне предложили сесть на диван и немного подождать.

 — Лена, ты главное ничего не бойся, и делай то, что тебе будем подсказывать мы, вернее даже не подсказывать, т. к. съемка будет происходить без дублей и отдельного озвучивания, а будем показывать тебе плакаты, на которых будет кратко написано, что тебе нужно сейчас делать, — и Александр Михайлович показал мне несколько плакатов. На одном было написано: «раздвинь ноги», на другом плакате: «встань раком», на третьем: «хорошо, продолжай».

 — Ты главное читай, что написано и выполняй, — добавил молодой человек.

Спустя 10 минут в комнату ввели мне уже знакомого дога. Дог понюхал воздух и направился ко мне. «Съемка, начали», — громко объявил оператор. Дог приблизил свою морду ко мне начал меня обнюхивать. Его обоняние быстро уловило источник зова продолжения рода, но его глаза говорили, что перед ним не то, что он привык обычно видеть в таких случаях: перед ним не сука, а женщина. Но обоняние и животный инстинкт делали свое дело. Его ноздри стали раздуваться, и он стал тыкать мордой мне между ног.

Его язык стал орудовать у меня в промежности наполняя ее своей слюной, которая стала обильно сочиться. Я инстинктивно раздвинула ноги, облегчая ему доступ к моей пизде. Александр Михайлович знаками показывал мне, что все идет нормально. Последнее, что я видела осознанно, был плакат с надписью: «встань раком». Все остальное заволокло туманом одного огромного оргазма смешанного с болью, удовольствием и чувством полностью выебанной бабы. Вернее не выебанной, а вылизанной, т. к. дог никак не мог пристроиться ко мне и восполнял свои неудачи обильным лизанием моей пизды и жопы. Наверное, ситуация, ввиду своей нестандартности, т. к. я никак не могла уловить начальный момент контакта с членом дога и помочь ему войти в меня, затягивалась, и оператор с Александром Михайловичем стали нервничать.

В конце концов, оператору это надоело и, он, остановив съемку, приказал мне захватить член пса и крепко его удерживать. Дог, почувствовав, что его член стал двигаться в чем-то, что его крепко сжимает, начал быстро-быстро двигаться и вскоре он спустил. Струя собачей спермы была жиже, чем мужская, но с резким запахом и липкая на ощупь.

Мне дали отдохнуть минут 10 и, посовещавшись с Александром Михайловичем, оператор вышел из комнаты, ведя с собой дога. Вернулся он, довольно быстро неся что-то на тарелке покрытой белой салфеткой.

 — Ну, что Лена будем работать или будем целку ломать? — спросил он меня с ухмылкой.

 — Давай-ка Лена быстро садись, — обратился ко мне хозяин, — кивнув на кресло с подлокотниками, стоявшее в комнате.

Ничего, не понимая, я уселась в кресло. Оператор, взяв кожаные ремешки, быстро, но аккуратно привязал мне руки к подлокотникам, а ноги к ножкам кресла. Я попыталась воспротивиться насилию, но Александр Михайлович недвусмысленно прошипел: «Тише ты блядь, кричи, не кричи все равно сделаем, так как надо — за все заплачено». И я сдалась на милость сильного пола.

Обездвижив меня они перетянули мне руку выше локтя жгутом и я, наконец, увидела, что скрывалось под салфеткой. Мне стало дурно. На тарелке лежал шприц, наполненный желтоватой жидкостью. Я до ужаса боюсь уколов и поэтому шприц вызвал у меня приступ дурноты. Я побледнела и видимо потеряла на какое-то время сознание. Когда мне начали вводить содержимое шприца в вену я очнулась. Увидев это Александр Михайлович сказал: «Это для твоего расслабления. Зависимости не будет — доза маленькая, но кайф получишь, это я тебе обещаю. Моих кобелей будешь любить как мужиков».

Наркотик начал действовать не сразу. Прошло несколько минут. Все, в том числе и я, ждали. Меня отвязали. Действие охватывало меня постепенно. В начале я почувствовала легкое головокружение, потом меня стало слегка поташнивать, а после я почувствовала головокружение и стала покрываться испариной. Но, в конце концов, наркотик затуманил мое сознание, хотя скорее наоборот не затуманил, а обострил и не только сознание, но и чувства. Особенно обострил желания.

Тело мое потеряло вес, в голове стало свободно и там осталась одна единственная мысль — кто бы меня выеб. Мне хотелось трахаться. И, трахаться долго, и без остановки. Догадавшись о моем состоянии, наверно это было не так уж трудно, оператор вышел и вернулся, ведя с собой ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх