Амина

Страница: 3 из 6

чистотой. А губка целомудренно лежала в углу мойки. <Прямо волшебство какое-то!> — подумала она. — <Как может быть так грязно в доме, и так чисто на кухне?>. Ну конечно, никаких цветов на подоконнике. Пустые полки в отключенном холодильнике. Зато шкафчик был напичкан всякими макаронами, кетчупами. И овощей было много. При виде еды, хоть и сырой, сразу заурчал живот. В голове было пусто совершенно, и хоть домашнее хозяйство никогда не было любимым занятием Амины, она стала не спеша перекладывать кастрюли, чистить картошку и лук.

Когда дожаривающаяся картошка томилась под крышкой, Амина расставляла флаконы в ванной. Весело улыбалась зеркалу и напевала под нос. Как ни нелепа была ситуация, она просто завораживала своей необычностью, отодвигая в немыслимую даль обыденную приевшуюся скуку. Рано или поздно придёт хозяин, выпустит её на волю, и она потащится домой, невзирая на странно переменившуюся погоду. Хорошо хоть на ней свитер, а не маечка. Слопав полсковородки картошки, она откинулась спиной к стенке и прикрыла глаза. Потом улыбнулась, вспомнив свою борьбу с трусиками, которые упорно не хотели сохнуть над конфоркой. Теперь они сушились на трубе, частично протёртой от пыли, рядом с носками и лифчиком. В джинсах на голое тело было неудобно, но даже приятно. Блестевшая от воды пепельница напомнила о том, что в мире существуют сигареты, спасающие душу от всяческих нелепостей жизни. Но, кажется, искать их просто бесполезно. Зато попытки розыска фотоальбомов увенчались успехом, и теперь Амина пялилась на незнакомые смеющиеся лица, больше обращая внимание на незнакомые здания и улицы, чем на лица. Этот дурацкий, маразматический день становился просто безумием. С ужасом Амина поняла, что находится не только в незнакомо доме, но и, похоже, городе. Ни на одной фотографии не было моря. Зато была широкая речка с незнакомой растительностью на берегу. Огромный корпус какого-то ВУЗа, ни разу не виденного Аминой. И что самое ужасное, лица повторялись не только на этих фотографиях, но и во дворе этого дома, посреди этой квартиры. И видно было, что некоторые из них сделаны в один день, по одежде широкоскулых парней и весёлых девчонок. Амина точно знала, что на расстоянии дня пути от дома нигде нельзя встретить подобную местность.

Хозяина определить не удалось, хотя Амина надеялась на интуицию. Ну не могла же она не помнить в лицо того, в кровати кого проснулась! Но сознание подсказывало неприятную правду. Шок не желал уходить. Лицо пылало, её терзал невыносимый стыд. Ведь она же должна сегодня была работать, и вообще, когда наступит вечер, что будет делать её невозмутимая мама, поняв, что ни в восемь, ни в десять, ни в двенадцать её приличное чадо не вернётся домой? А ведь именно так и будет. А если хозяин этих хором не появиться сегодня вообще? Что делать? Что? Взломать дверь у неё не хватит сил. Останется только открыть окно и орать, надеясь, что кто-нибудь её спасёт. А если это наркоманское гнездо? И сюда вечером завалит обкуренная толпа? Что тогда? По крайней мере, беду нужно встречать одетой, и она надела на себя недостающую, правда, ещё мокрую одежду.

Солнца не было видно весь день, шёл дождь не переставая. Но вечер приближался. И Амина, не включая света смотрела в окно. Она сейчас сидела в комнате, где проснулась. До того, чтобы смести пыль из углов, дело конечно, не дошло, но вещи она по крайней мере рассовала по своему усмотрению так, чтобы они по крайней мере не мозолили глаза. Тупое созерцание мокрой осени принесло определённую пользу. Она успокоилась, расслабилась и просто ждала, не думая ни о чём. И даже когда из прихожей послышался щелчок замка, она не оглянулась.

Под конец дня Руслан уже полностью убедил себя больше так не пить, или по крайней мере, закупиться продуктами посолидней орешков к следующей посиделке. Привыкнув к мысли, что случайная знакомая уже давно покинула его дом, он подошёл к двери. И, уже повернув ключ в замке два раза, он заметил, что его утренняя записка торчит в двери СНАРУЖИ! Странное предчувствие, смешанное с непонятной радостью, потянуло его рывком открыть дверь и войти внутрь. Квартира была тёмной, в сумрачном свете ещё было видно очертания вещей и мебели. Тишина и тревога чувствовалась здесь. Не включая света, он пошёл прямо в спалню. У окна сидела она, и чувствовалось напряжение в её отвёрнутой от двери фигуре.

 — Амина...

Ответом было вздрагивание плеч и тишина. Тогда он подошёл ближе.

 — Солнышко, я так рад, что ты осталась!

На повернувшемся вдруг лице застыли два бездонных колодца, полных непонимания. И вдруг так захотелось опять закружить её и бросить на кровать! Такое красивое личико, не накрашенное, милое. Но этот страшный взгляд останавливал его! Глаза сверлили его, вытягивая душу. В них бился ужас, чёрный, немой. Она осталась сидеть и только жестом показала на карман куртки, из которого выглядывала пачка. Он достал её, дал ей зажигалку и сел на кровать. Она опустила глаза, подкуривая. И до тех пор, пока сигарета не превратилась в пепел, она смотрела в пол. А потом подняла глаза и произнесла.

 — Привет... ответь мне только на один вопрос — где я? Нет, подожди, я не так спросила. Где ты меня взял? Скажи!

 — Но ты пришла ко мне сама...

И тут его осенило, что он не помнит вообще, как она появилась в его квартире. Он не открывал ей дверь, её никто не знал из друзей. Она просто оказалась в зале и протянула ему ладошку, сказав как её зовут. Откуда она попала сюда, он не только не помнит, но и не знает. Потому что вечер для него на этом закончился. Он сидел с ней в кухне, а друзья только заглядывали туда, чтобы забрать из холодильника пиво. Потом дверь опять закрывалась, и они оставались втроём. Он, Амина и бутылка водки.

 — Нет, прости, я не помню. Я просто был пьян. Делай со мной, что хочешь, но я ничего не скажу тебе. Я скотина конечно, но я правда не знаю, как ты попала сюда!

 — Ладно, но тогда скажи мне хоть как тебя зовут... И откуда ты знаешь моё имя.

 — Ты мне сама вчера сказала. Знаешь, мне нелегко тебе это говорить, но я так рад, что ты осталась тут, никуда не ушла!

 — Нет, я ничего не понимаю. Понимаешь, я не помню ничего, абсолютно. Но я же не дура, конечно, я не исключаю тот вариант, что банда идиотов обколола меня и притащила сюда, но в таком случае я вряд ли бы была в состоянии произнести своё имя...

После некоторой паузы она добавила.

 — Скажи, мы спали с тобой?

Ошарашенный Руслан молчал. Давно известный принцип, что с ума сходят поодиночке, сейчас отказывался работать. Он только тупо произнёс...

 — Меня зовут Руслан. Я тут живу. И я понимаю только одно, что я сошёл с ума. И причина этом — ты.

Амина смотрела на него, правда теперь без ужаса, взгляд смягчился, но оставался осторожным. Уже совсем стемнело, но никто из них не решался включить свет. Тогда она встала и произнесла.

 — Там на кухне картошка осталась. Пойдём, поедим...

Конечно, полсковородки остывшей картошки на двоих было мало. Но по крайней мере, за этим несколько молчаливых минут Амина хотя бы чуть-чуть расслабилась. Всё-таки, когда из одной посуды выковыриваешь кусочки, касаясь вилками друг друга, это несколько сближает. Опасаясь прямо рассматривать его лицо, Амина разглядывала руки. Широкая ладонь, розовые ногти, обычная мужская рука. Выпуклые вены на тыльной стороне говорили о силе, которая таилась в них. И что расслабляло больше всего, это непонятно откуда взявшаяся симпатия с его стороны. Кончено, если отбросить всё происшедшее, интим, определённо имевший место прошлой ночью, не мог не повлиять на положительные эмоции со стороны незнакомого Руслана. Но ведь он сам кажется, не слишком помнит происшедшее вчера.

Когда тянуть больше было невозможно, даже чайник был долит до верха и поставлен на плиту, они заговорили вновь....  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх