Амина

Страница: 4 из 6

 — Мне нравиться твоё имя. — Руслан легко произнёс эти слова, любуясь сверкающими в слабом свете глазами девушки. Он был буквально очарован ею, вновь знакомясь с ней.

 — А мне твоё. Но ведь бессмысленно сейчас говорить друг другу комплименты. Хочешь ты мне помочь или нет, но я должна выяснить, что происходит. Руслан, я же работаю, за меня волнуется мама. Я не думаю, что лично ты каким-то образом повлиял на моё появление в этой квартире, но я в такой растерянности.

Руслану навилась прямота, с которой она говорила, а ей — внимание, с которым он слушал её. Ей больше не было страшно, и паника пропала. Она вдруг упокоилась, чувствуя внутреннюю силу сидевшего перед ней парня. Она уже была достаточно взрослой для того, чтобы не смущаться факта случайной физической близости. Кроме того, прекрасно себя зная, она подозревала, что не смогла бы этого сделать, не испытывая бешенного желания со своей стороны. Обычно пряча в себе животную страсть, она не могла её сдержать, если чувствовала, что можно, никто за это ругать не будет. А теперь она ещё думала, что никакого насилия над ней никто не совершал. И каким бы абсурдом не был внезапно наступивший склероз, он в чём-то даже облегчал ей жизнь сейчас. Она в любой момент могла прикрыться им, как щитом, просто сказать, что ничего не знает и не помнит. И поэтому, частично задурив свою совесть, свыкнувшись с нелепой ситуацией, она просто разглядывала его. Красивое лицо, внимательные, умные глаза, с бесившимися в них бесовскими огоньками, эти волосы, текущие по плечам длинными, красивыми локонами. Любая девчонка позавидовала бы таким! Они были такими необычными, как у рок-звезды. Захотелось прикоснуться у ним, проверить, жёсткие они или мягкие. Ухоженные, блестящие они завораживали, и на некоторое время даже иные мысли вылетели из головы.

Так они и молчали, познавая друг друга. Это было не тяжкое молчание, а спокойное, уверенное. Двое совершенно чужих друг другу людей сидели в этой не слишком уютной комнате и пытались понять друг друга. Весь мир сосредоточился сейчас на этой комнате, заполненный звуками закипающей воды и ровного дыхания. Амина перебирала холодными пальцами прядку волос, всё время спадавшую на глаза. Её терзало любопытство, так хотелось узнать мысли этого человека в простой одежде, свободно сидящего напротив неё. То неприятие, к которому она подготовила себя, ожидая незнакомого хозяина квартиры, куда-то пропало. Всё вдруг встало на свои места. Чужие вещи стали близкими. Немыслимые глупости, которые хотелось произнести — вполне уместными. Как будто это был сон, уже не пугающий невозможностью своей реальности. Другого города не было, как не было и желания поскорей попасть домой. Внезапно захотелось забыть о времени. Страх, которым она мучалась весь день, заключавшийся больше всего в боязни попасть в плохую историю, пахнущую криминалом, куда-то ушёл. Ей казалось, что он может доверять этому ясноглазому парню, худощавому, но сильному. Появилась уверенность, что он сможет справиться с её проблемой. Никогда в жизни она не доверилась бы никому чужому, а теперь — вот она перед ним, как на ладони. Оттаяла, ожила. Улыбается.

 — Скажи, Руслан, а как отсюда я могу попасть домой? Я не имею представления, даже какие здесь ходят поезда. У меня совершенно нет денег. Я просто сошла с ума, так мне кажется... — расстроено произнесла она. — Что делать? Я не могу же вот так, остаться у тебя. Хотя... я думаю... ты не выгонишь меня ближайшие два часа...

Сказав это, она вдруг замялась. Как будто в её словах было что-то постыдное. Сказала, и сникла, опустила глаза, уставилась на поцарапанную столешницу. Закипел чайник, Руслан выключил его и не стал заваривать чай. Он ждал, он просто не знал, что делать дальше. Он больше всего боялся женских слёз. Не пьяных или истеричных, а таких вот, горьких, тяжёлых. Если бы она сейчас заплакала, он ничего бы не смог сделать. Но она подняла глаза и измученно продолжила.

 — Понимаешь, я правда не знаю, что и как произошло на самом деле. Может, меня обкололи чем-то. Но я уверенна, что вчера в восемь вечера заснула в кресле у себя дома, а сегодня около дух часов дня проснулась здесь. Я работаю, живу с мамой, и она наверняка дёргается, куда я пропала. Но за такое время сюда можно было попасть, как я понимаю, только на самолёте. Я живу немыслимо далеко отсюда. И никогда в жизни не была дальше, чем в пятистах километрах от города, где родилась. Если ты сейчас скажешь, что тебе не нужны мои проблемы, я встану и уйду, конечно, но я всерьёз рассчитываю на тебя. И ни в коем случае не прошу у тебя денег! Сейчас возможно не только почтовым переводом их получить, но и телефонный разговор заказать за счёт того, кому звонишь! Ты проводи меня туда, откуда можно позвонить...

И она опять замолчала, на этот раз не опуская взгляд, а моля смотрела прямо в его душу. Руслана прошиб пот, он мучительно пытался поймать у себя в голове хоть какую-нибудь ничтожную мысль. Но они пробегали мимо, не считая нужным остановиться или повернуть в нужное русло. Он похлопывал пальцами по коленке, и никак не мог сосредоточиться. Ох, совсем не в планах было это явление, которое он наблюдал сейчас. Если бы то, о чём он думал утром, произошло, он бы уже лежал с ней в спальне! Но весь фокус в том, что оно-то произошло, но совсем не так, как он предполагал. И теперь эта красивая игривая кошечка почему-то просит его помочь, а не повернуться на спину...

Нет, безусловно, он не был такой сволочью, чтобы думать о девушке только как о приятном или не очень приятном партнёре, но не в его привычках было решать, остаётся она у него, или идёт домой. Как хочет сама, пусть так и поступает. А в этот раз ситуация совсем ушла из-под контроля. Последний раз он так смущался, ещё когда начинал учиться в институте. Когда девчонка, за которой он очень долго наблюдал, никогда не смотревшая даже в его сторону вдруг пришла к нему домой поздно вечером (тогда ещё он жил с родителями), попросила войти в его комнату, закрыла дверь и сделал то, чего он меньше всего ожидал в такой ситуации. Она попросила у него иголку с ниткой, объяснила, что её сейчас пятеро огромных идиотов затолкали в подъезд и разорвали юбку почти до самого верха. Единственный шанс, который у ней был, это взлететь на этаж, где жил Руслан (откуда она знала, где он живёт, история умалчивает) и позвонить в дверь. Она не плакала, не билась в истерике, не просила проводить. Она просто перевернула юбку разорванной частью вперёд и стала сшивать эти чудовищно разорванные куски ткани. А Руслан только ошарашено смотрел на её неуверенные движения.

И теперь вот опять. Невыразимо прекрасная девушка не падает в его объятия, ища в нём поддержку и понимание, а просто просит помощи. Если бы это была одна из его подруг, он конечно сразу же знал, куда бежать, кому звонить, у кого достать денег. Но Амина была незнакома ему. Приятна, очаровательна, очень сексуальна, но совершенно чужда. Кроме того, ему не особо нравились девушки с короткими волосами, такого маленького роста. Сам бы он вряд ли предложил пойти с ним, она сама... А что сама-то? Ведь она только сидела с ним на кухне, а вовсе не накинулась на него в безумном порыве. Ну и конечно, с большим трудом верилось в то, что её слова — правда. Он всю свою жизнь был реалистом, гасил в себе любые прозаические порывы. Жизнь могла быть удобной или не очень, но она не могла быть сказочной. Никакой самолёт не могу доставить её сюда.

И всё равно сомнения дали трещину в логическом построении мыслей. Действительно, она слишком легко одета для октября. И откуда у девушки, не принадлежащей элитным слоям общества мог быть такой загар. Обычный, неброский загар. И самое главное, совершенно нелепо занимаясь искусственным загаром, подставлять только лицо и руки. А это было именно так. Узкая полоска живота, открывающаяся при движении между свитером и джинсами была совсем белой, не такой как ненакрашенное лицо....  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх