Искушения взрослой жизни. Часть II. Юрист

Страница: 2 из 3

по одежде — малярши. У них, похоже, близилось обеденное время, и они решили, что называется, «вымыть ручки». Обе невысокие, румяные. Обеим около тридцати. Одна была потолще, другая постройнее. Протиснувшись мимо меня они направились прямиком к кабинкам. «Тут нельзя курить» — смущенно хихикнув, пискнула коренастая. Почти одновременно женщины захлопнули за собой тонкие двери кабинок. Одна за другой неловко защелкнули замки. В одной из кабинок с шумом было опущено сидение стульчака. После этого я услышал довольно продолжительное деловитое копошение в обеих кабинках. Чтобы заголить задницы, маляршам пришлось расстегнуть немало пуговиц. Слышалось сопение, то и дело кто-то из них задевал локтями перегородки кабинок. В какой-то момент я отчетливо услышал, что в одной из кабинок копошение прекратилось и одновременно раздался негромкий скрип — малярша уселась на стульчак. Через пару мгновений я услышал шум несильной струи, направленной прямиком в воду в сливном отверстии. Через пару секунд к первой присоединилась вторая. Вторая женщина, похоже, хотела писать гораздо сильнее, так как пизда её низко засвистела и зашипела, будто жалуясь на избыток давления в мочевом пузыре, а в сток унитаза хлынул целый поток бурлящей жидкости. К сожалению, мочевой пузырь первой малярши был почти пуст. Секунд через десять она стихла совсем и принялась натягивать штаны. Я не стал дожидаться, пока они закончат, и покинул курилку.

ЮРИСТ

Случай, о котором я хочу рассказать, произошел осенью. Было унылое пасмурное утро. По работе возникли проблемы, и я, перебирая возможные варианты решения, в задумчивости стоял в нашем общем туалете и использовал его по общепринятому назначению — я курил.

На площади туалета бок о бок одна к другой размещались четыре кабинки. У самого входа были две раковины. Узенький, «г» — образный коридорчик от входа вел мимо кабинок и упирался в глухую стенку. С противоположной от кабинок стороны коридорчика располагались три нешироких окна.

Я стоял напротив среднего окна, опершись на подоконник. За моей спиной располагались кабинки. В кабинках томились без употребления чистые унитазы.

Было около десяти утра. К этому времени многие отделы уже заканчивали свой утренний чай и приступали к монотонной работе.

Вдруг на лестнице, ведущей к двери туалета раздалось звонкое цокание женских каблучков. Звук приближался к двери. «Наверняка, кто-то из юристов идет мыть посуду». Надо сказать, что нашими соседями по этажу были юристы. Юридический отдел состоял преимущественно из женщин. Были у них в отделе пара молоденьких девчушек. Остальные женщины были старше.

Дверь туалета открылась, и я увидел женщину. Действительно, это была сотрудница соседнего юридического отдела.

Необходимо коротко рассказать о ней. Сразу скажу, — эта женщина всегда производила на меня впечатление. Именно так я представлял себе эталон «зрелой» женщины — эдакой бизнес-леди. Имени её я не помню. Вероятно, ей было около сорока. Она была среднего роста — стройная. Узкое ухоженное лицо, с резко прорисованными скулами и большим аккуратно подкрашенным темно бордовой помадой ртом. Слегка длинноватый нос с горбинкой. Умелый макияж не скрывал двух вертикальных ямок-морщинок на её щеках. Они становились особенно заметны, когда юрист улыбалась.

Думаю, в молодости эта женщина была объектом вожделения очень многих мужчин, но и в свои сорок несла бесспорные следы былой красоты. Волосы её были средней длины, крашены светлыми и более темными прядками и были уложены в аккуратную лакированную гриву. Длинные безукоризненно ухоженные кисти рук, пальцы и шея женщины несли на себе следы возраста, но пока, это определенно лишь придавало ей шарм.

Я часто встречался с этой женщиной, проходя по коридорам здания и в столовой. Мы даже здоровались. Как правило, она ходила в компании сослуживцев и неизменно оказывалась в центре их внимания. Она смеялась и говорила слегка хрипловатым голосом, однако я не замечал, чтобы она курила. Фигура женщины была, на мой взгляд, почти идеальной для её возраста. Неширокие плечи, тонкие руки и талия, округлый, осязаемо проступающий под юбкой зад.

В этот раз на ней была светлая юбка до колен и тонкий белый свитер, под которым возвышалась небольшая, хорошо очерченная грудь, поддерживаемая лифчиком. На ногах её были темные колготки и высокие обтягивающие сапоги на тонких шпильках. Часто она не меняла обувь на работе.

О ней говорили, что она очень опытный юрист, с большим стажем, авторитетом и зарплатой.

Я повернул голову в её сторону и увидел, что в руках юриста нет чайной посуды. Более того, в её правой руке был крепко зажат кусочек какой-то бумаги.

«Ну вот, очередная зассыха-неудачница, да ещё и с подтиркой», — рассеянно подумал я.

Женщина на мгновение остановилась. На лице её отразилось сомнение. «Чего здесь сомневаться», — подумал я — «ступай через этаж в женский сортир». Я только что закурил и не собирался прекращать это дело, не докурив до конца, только потому, что эксперт юридического отдела захотела в туалет.

В следующее мгновение она повернулась к двери. «Уходит, подумал я».

Однако, женщина повела себя абсолютно не так, как я ожидал. Она сделала шаг к выходной двери, тремя свободными пальцами правой руки (в которой была зажата бумажка) взялась за ручку, плотно прикрыв дверь, а правой рукой повернула замок, блокирующий дверь.

«Чертовщина какая-то!» — подумал я. «Неужели она всё же решила поссать? А как же моё присутствие!?». Я был почти возмущен.

В это время юрист уже размашисто направлялась к кабинкам. Лицо её теперь не выражало ни малейшего сомнения. Она уверенно дернула ручку второй, ближней ко мне, кабинки и вошла внутрь. Дело принимало совершенно неожиданный оборот.

«Почему она выбрала ближнюю ко мне кабинку?», — подумал я, и сразу ответил сам себе: «какая, хрен, разница, — в этом туалете, все равно, слышно каждый звук».

Я перестал затягиваться сигаретой. Волнение моё нарастало. В полутора метрах от меня деловая женщина без комплексов привычно готовилась писать. После того, как юрист закрыла за собой дверку кабинки и щелкнула замком («спасибо, что хоть дверь закрыла», — подумал я), она оказалась спиной к унитазу. Я услышал пару негромких, торопливых шажков, после чего два почти симметричных шороха сопроводили задирание юбки и стягивание колготок и трусов. Через мгновение отчетливо скрипнула петля стульчака — женщина, всей своей округлой сексапильной задницей, уселась на унитаз.

Надо сказать, что, несмотря на то, что в туалете очень редко справляли нужду, мыли его полностью, каждый день, как и любой другой туалет. Поэтому юрист могла не бояться замочить жопу чьей-то мочой.

Следующим действием должно было начаться собственно мочеиспускание.

Вообще, манера справлять малую нужду в общественном месте здорово характеризует женщину. Мне, безусловно, импонируют леди, которые действуют в таких ситуациях под лозунгом «как могу, так и ссу». Это естественно, а, следовательно, непредосудительно. Однако, в арсенале взрослых опытных женщин есть масса приемов, которые дают им возможность частично или полностью скрыть возбуждающий и, как они часто считают, неприличный шум мочеиспускания. Простейшим приемом является неполное расслабление мышц, запирающих урину в мочевом пузыре. При этом мочеиспускание может растянуться на довольно продолжительное время. Кроме того, звуки такого вялого и осторожного справления нужды все равно слышны. При этом кажется, что женщина старательно сочится в унитаз, но, что-то мешает жидкости вырываться свободным потоком из её мочеточника.

Есть и ещё более изощренный способ мочится «тихо». При этом женщина, сидя на унитазе, должна выбрать такое положение тела, при котором струя мочи попадает на боковую стенку унитаза касательно, под очень маленьким углом. При этом женщина сидит на унитазе на одной из половинок попы, приподняв над ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх