Записки современной московской дамы. Часть IV. Про Женю, Женечку и плюшевого зайца

Страница: 1 из 5

 — Ну и покажи мне своего будущего мужа. — сказал Женька

Я приподнялась над диваном, дотянулась рукой до древнего, почти антикварного серванта и вытащила фотографию, которая занимала почетное место между стеклами.

Женька принялся серьезно ее рассматривать, морща лоб, отчего его лицо приобрело такое выражение, как будто он решает сложную задачу на толчке.

 — Дохлый какой-то: — Наконец выдал он — Ты же говорила, что любишь больших мужчин.

 — Сам ты дохлый. Я где-то читала, что у каждой женщины в подсознании живет образ ее отца, как идеального партнера.

 — Да, я тоже много всякой дряни читал

 — Ой, какие мы умные, какие начитанные. Ничего, что я здесь голая?

 — Ничего, ничего. Я много всякой дряни видел.

Я немедленно вскочила, дабы красиво удалиться. Но, ввиду того, что я лежала у стенки, то скакать мне предстояло через весь диван и через большого Женьку, а потому, он без труда поймал меня за ногу, отчего я шмякнулась на его широкую грудь, чуть не проехавшись носом по ковру. Красивый уход оскорбленной дивы серьезно смазался.

Женька затащил меня на диван и придушил подушкой. Я куснула его за палец, вырвалась, но была вновь поймана за ногу при попытке пересечь лежащее на пути тело.

Под руку попался ушастый плюшевый заяц, подаренный мне на день рождение еще в общаге и путешествующий теперь со мной по Москве. Зайцем я и треснула Женьку по лбу.

 — А ты, между прочим, его видел. И не надо делать вид, что не узнаешь.

 — Быть того не может.

 — Помнишь, когда вы с Катькой пришли в первый раз? Помнишь, парня, который сидел на балконе, когда ты мне лекцию по астрономии читал? Так вот, это был он.

 — Не помню. Не помню, что б кто-то сидел на балконе. А уж разговаривать с тобой о звездах, по-моему, никому не придет в голову.

Еще удар зайцем.

 — А что ты будешь делать, если он сейчас придет? — Пугаю я Женьку.

 — Я не гордый, я и с балкона спрыгну.

 — Ты и не храбрый, тут первый этаж.

 — Ах, так. Хорошо. Я не шевельнусь, даже трусы не одену. Проходи, скажу, тезка, давай знакомиться. Общая тема для разговора у нас уже есть.

Проблема состояла в том, что Женька считался официальным другом моей университетской подружки Катьки. Как говорится, не одна была бутылка выпита вместе и не одна ночь потрачена на беседы о том, какие мужики сволочи и какая женская дружба сильная вещь. Осложнялась же проблема тем, что я собралась замуж. В районном московской загсе лежало заявление, из которого следовало, что некий молодой человек, по иронии судьбы — тоже Женя, и я, желают сочетаться законным браком.

 — А ты, что будешь делать, если Катька зайдет в гости по старой привычке?

 — Я? Ну ты, милый, задачи ставишь. Не знаю, наверно, провалюсь под землю. Или тоже брошусь с балкона, только заберусь повыше.

 — Интересно, как это будет выглядеть. Ты поднимешься на последний, девятый этаж, позвонишь в дверь к незнакомым людям, тебе откроют с вопросом, что вы, девушка, хотите, а ты молча проследуешь через квартиру, на глазах у изумленных хозяев начнешь отдирать заклеенную на зиму балконную дверь.

 — Нет. Я культурно попрошу у них разрешения броситься с их балкона.

 — А они скажут, да — да, пожалуйста, конечно, проходите. Можете посмотреть журналы, пока наш дедушка отклеит балконную дверь.

 — А с чего ты взял, что они еще не отодрали дверь? На улице июнь.

 — А с чего ты взяла, что они ее отодрали? И вообще, что ты имеешь ввиду под словом «отодрали»?

 — Ой, какой ты нудный! Боже, какой ты нудный!

Женька наклоняется надо мной, его широкие плечи бывшего профессионального спортсмена закрывают мне весь потолок и я не успеваю, как это часто бывает, поймать мысль о том, что люстру бы надо протереть влажной тряпкой.

 — Да, я нудный. Да, такой я нудный. — Шепчет он, целуя меня в шею именно так, как я люблю. — И я буду тебя сейчас нудно трахать

Удивительно, как некоторые индивидуумы мужеского полу умеют обслюнявить всю шею, не доставив при этом никакого удовольствия. Нет, Женька не такой. Женька — отличный любовник. С ним хорошо, он умный и все понимает.

 — Если ты будешь делать это нудно, я усну.

 — Ради бога. — шепчет Женька. — Я буду представлять, что занимаюсь некрофилией.

Я глажу его плечи, которые сейчас заслоняют от меня мир, опускаю ладони по рельефному торсу и забираюсь руками под простынь, которой мы укрыты в честь жаркого московского лета.

Господи, за что же ему бог дал такое тело! Оно настолько гармонично сложен, что пока он принимает душ в моем крохотном, так называемом санузле, я всегда усаживаюсь на крышку унитаза, и подобрав коленки к подбородку, смотрю. Женька ржет, пошло просит потереть спинку, брызгается мыльной мочалкой, но я не поддаюсь на провокации. Сижу в старенькой футболке с рисованными кошками, как правило, еще без трусов — и смотрю.

Женька красив весь, я имею ввиду, что у него красивый, пропорциональный член. Это не шутки, мужские достоинства тоже бывают разные — красивые и не очень, трогательные и смешные, солидные и легкомысленные. Это совершенно не имеет значения в процессе любовного акта, но с эстетической точки зрения радует, как произведения искусства, выполненные самой природой. Не помню, кто и с чего вдруг сказал, что женщины любят ушами, а мужчины глазами. Любой наезд на уши, а особенно фразу «я тебя люблю», сказанную в первую же ночь близости, я не переношу на физиологическом уровне. Я даже прекратила отношения, собственно, так и не начав их, с одним, может быть очень неплохим человеком, после такого реверанса с его стороны. Картинки же впечатываются в мой мозг, как длинные ногти в растаявшую на солнце шоколадную плитку. Дело не в абсолютной красоте. Просто, я люблю глазами, я вижу красоту и сексуальность в довольно обыденных вещах, в том, как мужчина двигается, в выражении лица, когда читает, в том, как спадают на лоб его волосы, когда он наклоняется. Женька, к примеру, крайне сексуально протирает лобовое стекло своего «Москвича». Несколько раз он подвозил меня до работы с заездом на заправку, где протирал тряпкой окна. Простое такое действо. Вы, дорогие читательницы, никогда не обращали внимания на то, как ваш муж или любовник это делает. Посмотрите, а вдруг это не только мой «пунктик», вдруг вы, приглядевшись, захотите своего постылого мужа прямо на заправке. Мужчина, как правило, не подозревает, что вы за ним наблюдаете, потому физиономия у него в момент вытирания стекла крайне серьезна, даже брови сдвинуты к переносице, взгляд проходит сквозь женщину, сидящую в это время на переднем сидении автомобиля, не задерживаясь. Может быть, это все очень глупо, но я нахожу сию картину крайне будоражащей воображение и странно сексуальной.

Женька целует мне шею, плечи и шершавой ладонью гладит живот, бедра и ноги, кажется, стараясь запомнить руками форму моего тела. Ироничное, немного высокомерное выражение постепенно уходит с его лица, взгляд перестает фокусироваться на деталях. Когда желание возрастает, другие человеческие ощущения теряют остроту и значимость.

Я выгибаюсь навстречу его руке, слыша собственное дыхание в воцарившейся вдруг тишине. Женька прижимается небритой щекой к моей груди и начинает, как кот тереться о нее. Почему глупые женщины не любят легкую мужскую небритость? Это же так эротично и так возбуждающе действует на кожу. И еще, конечно, хорошая мужская шевелюра. Это моя слабость.

Я запускаю пальцы в Женькины волосы, где они немедленно теряются и исчезают.

 — У тебя есть сердце. — Он чуть приподнимает голову и я вижу его лицо: его темные добрые глаза, его чуть ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх