Записки современной московской дамы. Часть IV. Про Женю, Женечку и плюшевого зайца

Страница: 5 из 5

с которыми насильственным над собой образом ей придется делить бытовые и не только интимности, этого он понять никогда не сможет. Тут Женечка неоригинален. Дома я могла бы сказать что-то вроде: «Папа, отстань от меня с этой икрой, иначе я ее всю выброшу в окно», а тут буду молча слушать причитания по поводу дороговизны и расточительности и копить в себе отрицательную энергию.

 — Как работалось? — Женечка был явно в добром расположении духа.

 — Как обычно — скучища.

 — Уходи ты из этого агентства. Реклама — это явно не твое.

 — Интересная мысль. Я, честно говоря, не знаю, что мое. Да и уходить, я думаю, надо не «от», а «к».

 — Вот и просидишь там до пенсии.

 — Пенсии у нас с тобой, Женечка, не будет, судя по официальной зарплате, из которой идут отчисления в пенсионный фонд. В старости мы будем нищие.

 — Ладно, давай кушать. Пенсия скоро, надо успеть наесться впрок. — Женечка водрузил финальный блин на натюрмортную горку подобных же, и поставил чайник.

Вообще-то, я люблю пищу, которая дорого стоит и считается деликатесом, но к с красной икре весьма холодна. Обижать Женечку не хотелось, потому пришлось затолкать в себя два блина, чувствуя, как на зубах лопаются склизкие рыбьи яйца, брызгая вязким содержимым и обволакивая, как болотная жижа, невинные сладкие блинчики.

После ужина мы трахались прямо на кухне, на жестком маленьком коврике у стола, куда меня завалил пылкий Женечка с необузданным, после блинов желанием. Я подметала волосами хлебные крошки, сжимала ногами Женечку и теплые ласковые волны тихого блаженства пробегали по моему телу от пяток к голове, вымывая мысли о нищенской старости, о Женьке и о грядущих неприятностях совместной жизни с родителями.

***

 — А что ты сделаешь, если узнаешь, что я тебе изменяю?

 — Я вызову его на дуэль.

 — Нет, я имею ввиду, ты меня бросишь или нет?

 — А ты что, собралась мне изменить? — Женя набычился, от чего его физиономия приобрела немного нелепый вид. Слишком уж неестественны для него, вечного весельчака и души компании, такие гримасы.

 — Нет, конечно. — Странно, вру и даже угрызений совести нет.

 — А почему спрашиваешь?

 — Так, просто интересно.

 — Ты смотри мне. — Женя состроил грозное лицо. — Не вздумай.

 — Ты тоже смотри мне. Есть такая мудрая мысль: если ты трахаешь чью-то жену, то помни, что в этот момент кто-то может трахать твою.

Женя засмеялся и, нагнувшись ко мне, почти по-дружески чмокнул в щечку. Все-таки он очень самоуверенный человек. Но, рядом с ним мне беззаботно и тепло, как на пляже. Я удобно устроилась у стенки, за женечкиной спиной, с журналом, который стянула из его сумки. Это был новый «Плейбой»; мой будущий муж ежемесячно приносил свежие номера с работы.

Женечка болел за футбол, время от времени поворачиваясь ко мне и увлеченно комментируя события, я ему поддакивала, с открытого балкона шла приятная вечерняя прохлада. Из бабушкиных часов выехала облезлая деревянная кукушка и сообщила, что до конца ненавистного матча осталось всего минут двадцать. Я мысленно пообещала кукушке подкрасить клюв карандашом для век, купленным за страшные деньги. Девки в «Плейбое» подобрались неудачные, с какой-то милитаристской темой. Из журнала выпала маленькая фотография.

С фотографии на меня смотрела чудесная пара — высокий худощавый юноша с развевающейся на ветру шевелюрой офигительных черных волос и коротко стриженная рыжая девушка с одухотворенным лицом. Молодой человек обнимал девушку за плечи, да, собственно, правильнее было бы сказать за грудь. На фотографии стояла дата — прошлые выходные. В юноше я признала своего Женю.

***

Женька сидел напротив, попивал пиво, и щуря один глаз от солнца, смотрел на меня. По его лицу бегал солнечный лучик. Лето, все же, установилось теплое и ласковое без весеннего холода и изнуряющей жары. Мы сидели за столиком с витыми ногами в открытой кафешке, что у станции метро Площадь Ногина.

 — Однако, ты строга. — наконец сказал Женька. — Мужик перед тобой так унижался, а ты, стрвь, не простила.

 — Я же еще и стрвь! Ты б его раньше пожалел, когда ко мне на чаек напросился.

 — Ну, ладно, ладно, не кипятись.

 — Ты когда на Катьке женишься?

 — Никогда.

 — Почему это? Чем она тебя не устраивает?

 — Всем устраивает. Но я на ней не женюсь, это я понял сразу.

Женька прищурил глаз, пытаясь разглядеть мою физиономию сквозь солнечного зайца.

 — Вот на тебе, может и женился бы. — Он взял мою руку в ладони и спрятал ее от себя.

Что-то следовало ответить. Поблагодарить за оказанное доверие и сказать, что я думаю, что мы действительно могли бы составить неплохую пару. И это не было бы ложью, я действительно так чувствую. И морально-этическая сторона, а именно, отношение Катьки к этому факту не было бы решающим. В таких вопросах, если быть честным, увы, никто никогда не принимает решения исходя из морально-этических догм. Да и к тому же, я теперь свободна, а Женька не чувствует себя связанным обязательствами. Но: я ничего не сказала. Не знаю, почему. Наверное, это называется «не судьба».

 — Мне пора. — Прервал Женька наше обоюдное молчание.

 — Пока.

 — Интересный ты человек. Прежде чем убрать свою руку из чужих ладоней, обязательно их пожмешь.

 — Ты меня идеализируешь.

 — Нисколько. — Женька наклонился за сумкой. — Я тебе позвоню.

 — Позвони.

 — Я тебе завтра вечером позвоню.

Женечка, собравшийся уже уходить, притормозил.

 — Конечно, позвони.

 — После восьми?

 — После восьми.

 — Ты будешь дома?

 — Помнишь моего плюшевого зайца? Если меня не будет, то он возьмет трубку.

Я улыбнулась и отгородила свои глаза темными очками.

Женечка помахал рукой и зашагал в сторону метро.

Я откинулась на плетеную железную спинку стула, сняла очки и осмотрелась. Кафешка была довольно мила, мои новые, цвета беж туфли, купленные себе же в подарок после нервного потрясения с неудавшимся браком, выглядели сногсшибательно, за столиком напротив сидел невысокий, коротко стриженный молодой человек и читал моего любимого Довлатова. Завтра начальник слезно обещал выплатить зарплату, из-под стола возникла пушистая лупоглазая кошка и, заурчав, потерлась головой о мои голые красивые ноги. Я вдруг потянулась, изогнув спину и запрокинув назад руки. Обычно я себе такие вольности в общественных местах запрещаю. Но сейчас мне было наплевать, потому что я чувствовала, что у меня все хорошо, я молода, умна, образованна и сексуальна. И уверена в себе, потому что у меня все получится. Особенно в таких туфлях. А Женечка? Значит, тоже не судьба. Ну что я могу поделать, если не получилось простить? Ну, не получилось! Изменить получилось, а простить не получилось, и не собираюсь я тратить свои лучшие годы на обдумывание, почему так, и что за великая психологическая тайна в этом зарыта.

 — Девушка, Вы забыли очки на столике.

Коротко стриженый юноша, отложив книгу, уже шел ко мне, протягивая очки и улыбаясь.

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх