Игорь

Страница: 11 из 15

и отдохнёшь от работы.

Ну, отдыхать так отдыхать. Выпив рюмочку коньяка, я уселся на диван, бессмысленно переключая кнопки телевизионного пульта. Голоса диктора почти не было слышно, но картинка впечатляла — упавший вертолёт, высший руководитель страны, похожий на бледную немочь, какой-то пожар.

Игорь сел рядом и сказал...

 — Деня, я почти уже здоров! Наверное, простыл где-то на разборке, но ты меня так хорошо вылечил, что я прямо такой бодрый!

 — Ну и славно... а то ночью я испугался не на шутку — лежишь как пласт и молчишь.

 — Да, точно как пласт! Деня (тут он стал говорить тише), я только хочу спросить тебя — я тебе больно не сделал? Я просто свинья, что так тебя... ну, чуть не искалечил.

 — Немного сильно горло сжал, а так — очень даже хорошо. Вот я только узнать хочу — это что за картинки в медальоне?

Парень потупился и ответил...

 — Ну, раз ты видел... вообще не хотел я никому показывать... просить у тебя фотку — ты бы не дал... вот и разрезал вашу большую фотографию... остаток выкинул... а волосы у тебя срезал, когда ты спал... вот.

 — А скажи всё-таки, почему это тебе пришло в голову? И медальон-то тяжеленный — серебро с золотом?

 — Нет, Данилка. Это платина. Медальон — почти всё, что у меня есть. Стоит он дорого, дали мне за одну серьёзную разборку. Я решил, что всё самое дорогое буду держать в одном месте и носить с собой. Но я вообще-то так считаю, что твои волосы — самое дорогое, а медальон — так, просто коробочка.

 — Это как же понимать? Почему мои волосы стали вдруг самыми дорогими?

 — Я тебе не смогу ничего объяснить. Я как чувствую — так и говорю. Будто сам не знаешь! Сам же говорил — не лезем друг к другу с расспросами!

 — Послушай, Игорь. Я ведь не лезу с расспросами, да и не хочу тебе ни на что указывать. Взрослые, слава Богу, люди. Но я не понимаю вот чего. Парень ты здоровый, мощный, на зависть всем. Почему бы тебе не подумать о подруге? У такого качка подруга должна быть, без стройной девушки ты просто не смотришься.

 — Данилка, но ведь и ты без женщины живёшь, я же знаю.

 — Обо мне речь молчит, ты сначала о себе скажи.

 — Данила, я тут тоже не могу объяснить... Говорил тебе, что была у меня подруга... да ушла к одному богатому хорьку... Я ведь денег не зашибаю столько, да вообще бедный. А просто так пилиться с бабами — я не могу, можно и заболеть дрянью какой-нибудь, и вообще... не люблю, если меня считают членом с ушами, и никаких чувств... и моя девчонка тоже — ни разу Игорьком не назвала... не поласкалась...

 — Хорошо, Игорёк, допустим... Но вот я что хочу узнать у тебя. Я-то что для тебя? Случайное приключение, наверное. Захотел облегчить свои органы — а тут подвернулся товарищ по квартире.

Игорь упавшим голосом произнёс...

 — Деня... ты и правда так думаешь?

 — Во всяком случае, есть основания.

 — Деня!!! Так ты же говорил мне, что любишь!

 — Мало ли чего я городил, Игорь. Шутка.

 — Шутка?! Ты что, шутил так? Ты что, всегда так шутишь? Ты так... ты так вот шутишь? Вот этим?!!

 — Ну, ну, чего разбушевался? Чего ты уставился на меня, как на картину?

 — Я... я ничего... ты только говоришь так, что я вообще уже не знаю, как жить, что мне дальше делать. Деня, я понимаю, что я — для тебя приключение, но вот ты для меня... короче скажу... знаешь, я когда увидел тебя, не мог никак забыть. А потом я почувствовал, что мы будем друзьями. Не знаю... я только не знаю, зачем я тогда просил сосать свой член... потом удержаться не смог. Я знаю, что нехорошо заниматься ЭТИМ. Но... так случилось. Понимаешь, я тоже хочу сказать... ты мне друг, да, конечно... но я всё думал, как ещё можно дружбу доказать... и вот вышло так... Знаешь, а ведь у меня вообще никого нет — только ты. Ты хороший человек, Данила. Ты умный, ты добрый, и я не знаю, будет кто-нибудь у меня такой же хороший... я никого не хочу больше. Вот только у нас вышел секс... но я обещаю — больше не будет такого.

Парень был взволнован не на шутку. Видимо, в душе Игоря происходили какие-то борения, и парень пока сам не находил ответа на вопрос — прав ли он, вступив в связь с мужчиной.

Я решил прояснить ситуацию и помочь Игорьку определиться.

 — Знаешь, Игорь, откровенность за откровенность. Я действительно живу без бабы. Честно говоря, в основном сдерживаюсь и забываюсь, как будто в монастыре, но всё-таки... Я общался с женщинами, и я даже могу сказать, что физически мне было приятно. Вот только после кайфа такая дрянь в душе. Я считаю, что жить ради оргазмов и удовлетворения только физической страсти недостойно. И сам себе дал слово — у меня будут интимные отношения только с тем человеком, которому я полностью доверяю. И не моя вина, что не нашлось таких женщин. Нашлись мужчины. Не скрою от тебя — были у меня мужчины-любовники, но, видишь ли, Игорёк... было их немного, случайно, и тоже не очень-то приятно... Я все отношения прекращал по собственной инициативе — просто не видел никакого будущего. А тут вот работа, деньги, книги — затянули и уже ничего не нужно мне было. Вот когда тебя встретил — словно ожил. На самом деле — мне с тобой хорошо, я не один, я с другом. А по поводу секса... ты меня тоже прости, я не сдержался.

Говоря эти фразы, я не мог не заметить, что они практически полностью повторяют слова Игорька. Те же самые мысли, только немного разные по форме выражения. Это заметил и Игорь.

 — Вот, Деня, и я думаю тоже так же, как ты. Я ещё хочу сказать — мне тоже интересно с тобой, ты умный и очень добрый. Потому и украл у тебя фотографию. Ты не сердись! Я медальон ношу всегда на шее, и он мне помогает.

 — Ладно, Игорёк, поговорили, кажется, мы откровенно... Как ты себя чувствуешь? Голова болит?

 — Нет, ничего не болит, только в ушах звенит.

 — Так всегда бывает, когда резко снижается температура. Ладно, давай поразвлекаемся, посмотрим что-нибудь по телевизору, а потом и спать. Я сегодня умаялся донельзя, хотя только бумажки перекладывал. А кстати, Игорь, у тебя какие обязанности на разборках?

 — Да никаких особо... Стою, слежу, чтобы порядок был. Иногда надо потрясти кого-нибудь, припугнуть. Но я всегда несильно трясу — только если очень борзый попадётся, так врежу разок по морде. А иногда вообще-то просто кулак покажешь — и всё в порядке.

 — Ну, твой кулак — это серьёзный аргумент.

И мы уселись перед телевизором. Демонстрировали очередную американскую стрелялку, бездарно снятую, но с симпатичными героями. Даже я засмотрелся.

Потом, однако, всё это наскучило, я вновь погрузился в любимый том Оскара Уайльда. «Над миром властвует дремота, Лежит безмолвие вокруг...» Стихи навевали грусть, я постепенно отдался во власть грёз, мечтаний, мысли летали далеко от комнаты с телевизором, обогревателем и прочей дребеденью... Мне чудились великолепный цветущий луг, синяя река, возвышающиеся в отдалении стога... и свобода, свобода... и никаких накладных, никаких фургонов... Потом я вспомнил величественные здания Лондона, галерею Тейт, куда я входил с небывалым душевным трепетом. Мюнхен, галерея Старых мастеров... Дрезден... И картины, картины... Рембрандт, Хальс, Рафаэль, Ханс Бальдунг, Альтдорфер. Волнующие полотна! Как же давно я не наслаждался высоким искусством!"Надо, надо, съездить ещё куда-нибудь... вот зимой и поеду», — раздумывал я, окончательно умиляясь и мечтательно улыбаясь.

Из раздумий меня вывел голос Игоря... «Данилка, ты спишь прямо в ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх