Игорь

Страница: 4 из 15

очень трудно — как будто какая-то заноза, сидящая в груди, мучит меня и периодически заставляет задерживать дыхание, потому что на вдохе в груди чувствуется боль и словно уколы сотней игл.

В спортзале я не видел Игоря, точного адреса его не знал, в общем, связи никакой. По-прежнему я восседал в кресле, наливал минеральную воду и разглядывал поганый двор с гнилыми машинами.

Однажды на моём столе тренькнул телефон, и наш охранник прохрипел в трубку... «Даниил, Вас ждёт какой-то мужик у входа».

В дверях стоял незнакомый мне парень, похожий на драного страуса. «Вы Даниил? Я от Игоря. Он лежит в больнице, попросил меня зайти к вам в офис. Если можете, навестите его. Областная больница, хирургия, палата 208».

Сказал — и ушёл, волоча голенастые ноги. Даже не представился.

Я замер. Что за события произошли? Не люблю гадать. Собрался сразу, купил фруктики, бананчики и прочую обязательную для больницы ересь и поехал, бросив работу, в больницу, знакомую мне по институтским годам.

Напялив несвежий халат в справочном отделении, еле попав в рукава, поднялся на второй этаж. Вошёл в шестиместную палату, у окна на кровати сразу увидел Игоря. Голова забинтована, но не чрезмерно. Значит, особых ужасов не случилось.

 — Игорь, здравствуй! Что с тобой?

 — Данила, вот здорово, что пришёл! Я так тебя хотел увидеть, ко мне ведь никто не ходит, скука здесь. Я помешал тебе?

 — Что ты, нет. Да что случилось-то?

 — Подрались на разборке. Вот, врезали по голове, разбили бровь, сломали ребро, по почкам дали... Садись, Данил, а? Посиди немного?

Сел я на табуретку, отчего старый халат разошелся по шву. Вспомнив, что сам врач, откинул одеяло в кургузом пододеяльнике, посмотрел на забинтованную грудную клетку Игоря, на какие-то наклейки из марли на животе, перевёл взгляд на голову парня, обмотанную так, будто медсестра хотела повязать ему чалму, но в самом начале священнодействия вдруг бросила это дело.

Неожиданно для себя я стал дышать глубже и чаще, во рту пересохло, рука с краем одеяла задрожала. Ещё через полминуты меня толкнул в грудь острый и жаркий приступ жалости.

 — Игорёк, детка... Как же так? Что ж вы там не поделили? — выговаривал я банальные и бесполезные слова. — Больно, наверное, детонька...

 — Да нет, Данилка, — шептал Игорь, — лучше уже... Но я вспомнил тебя, захотел увидеть... попросил одного чудика сходить к тебе в офис. Я ж ни телефона твоего не знаю, ни квартиры...

 — Игорь, маленький мой, — во мне уже вовсю разворачивалось позабытое давно чувство жалости, — хорошо, что позвал меня... я ничего не понял сначала — как это ты можешь быть в больнице, вот, купил всяких тут штук по дороге...

Дрожащими руками я путался в пластиковых пакетах, вынимал апельсины, бананы, яблоки, минеральную воду, выкладывал всё это на тумбочку.

Игорь от моих бессвязных слов и дрожащих рук совсем потерялся.

 — Деня, да я... ты что ж... зачем всё это?

 — Игорёк, мальчик, деточка, кушай, я побуду здесь, — вполголоса бормотал я, чувствуя, что напоминаю старую бабульку, причитающую над сиротой.

Игорь, видимо, ошалел окончательно. Он взял банан, пихнул его нечищеным в рот, потом отложил, схватил яблоко, куснул его, тоже отложил в сторону. Потом, сжав зубы, сел на кровати, рукой притянул мою голову и поцеловал меня в щёку.

 — Деня, не могу я больше тут, — шепнул на ухо, — ты же можешь меня увезти на машине, вечером?

Парень произнес это просительно и жалобно.

Я обалдело сидел на табуретке, щека после губ Игорька запылала.

 — Игорь, если хочешь, я поговорю с врачами, заберу тебя, но только это не дело — убегать из больницы не долечившись. И куда везти тебя?

 — В квартиру, знаешь хрущовку, два дома от твоего? Там я комнату снимаю, там и отлежусь. А здесь только потолок разглядывать.

Мы совсем забыли о других пациентах палаты. На соседних койках беспокойно захрюкали бомжеватого вида мужики.

 — Игорь, я приеду сегодня вечером.

Поднявшись со стула, двинулся к заведующему отделением — Василию Карповичу Гуськову, честному старику, преподававшему нам травматологию.

Как и ожидалось, больница с великой радостью спихнула пациента на мои руки, взяв предварительно расписку о снятии всякой ответственности с персонала отделения. Игорь быстренько накарябал подпись, медленными шагами направился к выходу. В джипе я устроил его полулёжа на переднее сиденье.

 — Деня, спасибо. Извини, что привязался к тебе, но уж сил не было лежать.

 — Поехали, — сказал я. — Там посмотрим, как лечить тебя.

Джип рассекал лужи, как и в первую нашу встречу.

 — Вот что, герой, — веско произнёс я, — мы сейчас едем ко мне, я уступаю тебе свою кровать, сам ложусь на диван, предварительно ты моешься, переодеваешься в чистое и лежишь у меня сколько будет надо. Кормить тебя буду трижды в день, обеспечу видеофильмами, в общем, поболеешь цивильно.

Парень уставился на меня широко открытыми глазами. Я видел в зеркальце, как Игорь разинул рот, закрыл его, шмыгнул носом. Потом вдруг скривился, кулаками стал вытирать побежавшие слёзы.

 — Хватит, Игорь, плакать, — серьёзно и мрачно произнёс я, — а то сегодня ты весь лимит взрослого мужика на слёзы исчерпаешь.

Парень отвернулся и молчал всю оставшуюся дорогу до моего дома.

Нет нужды описывать дальнейшее. Через час чистый и сияющий, как екатерининский рубль Игорь лежал на моей широкой кровати, опершись на две большие подушки, наряженные в наволочки с изображением леопарда (качество ткани — банального ситца — низкое, но я люблю оригинальность). Укрытый огромным одеялом, он блаженно пялился в телевизор и не переставая повторял...

 — Книг у тебя, Данилка, книг! Вот ты почему такой умный!

 — А ты значит тупой?

 — Я-то? Я вообще дурак! Мне и в детдоме говорили... «Тебя надо в школу для дебилов».

Оригинальная педагогика.

Через неделю все повязки с Игоря были сняты, сам он залоснился от мясной пищи и сгущённого молока, которое поглощал по банке в день. А через десять дней сказал...

 — Данилка, я твой должник. Всё до копейки отдам!

 — Ты считал копейки, что ли?

 — Нет! Не считал! Сколько скажешь — столько и верну денег!

Я решил пресечь дискуссию в самом начале.

 — Вот что, товарищ мой. Я, во-первых, нормальный человек и брать деньги за дружескую помощь не буду. Во-вторых, я не нуждаюсь в деньгах — по крайней мере, сейчас. В-третьих, опять же по-дружески предлагаю тебе переехать ко мне. С меня пища, с тебя оплата моей квартиры. Водить баб не разрешу. Колбасись с ними в сторожке на своём рабочем месте.

Лицо Игоря вытянулось, глаза вытаращились, бобрик вздыбился.

 — Ты серьёзно? Ты... ты серь-ёз-но?

 — Я серьёзно. Я вообще шучу плоско и редко.

 — Да зачем я тебе, Даниил? Я бомж! А ты вон какой парень!

 — Какой я парень?

 — Крутой, обеспеченный! На что я сдался тебе? Я говорю-то коряво, а в книге вижу фигу! У меня голова пустая совсем!

 — Не твоё горе — твоя голова, — мрачно и веско сказал я. — А вот твою болтовню о бомже, фиге и книге прощаю тебе на первый раз. Не твоё дело также и моё образование, и моя работа. От книг человек, кстати, не умнеет. Ум — он или есть, или его нет. Я хочу, чтобы у меня был друг и товарищ, а поэтому предлагаю тебе дружбу и помощь. Надо будет — попрошу помощи у тебя.

 — Данил, прости. Если ты предлагаешь мне дружбу — я согласен. Я встану на ноги ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх