Калифорнийские ночи

Страница: 6 из 17

грушу, я впилась зубками в мягкую душистую плоть. Из предбанника в зал, опираясь руками о стенку, пошатываясь от усталости и опьянения, показался Поль. Я думала, что он ляжет спать, что и сама собиралась сделать. Но увидев меня, Поль не дал мне спокойно доесть грушу. Что-то не членораздельно мыча, как бык, он заставил меня нагнуться вперёд и сзади ввел свой слегка напрягший член. Я, удивляясь стойкости Поля, уперлась руками в стол и расставила ноги. Я долго не могла возбудиться, так как была перенасыщена. Но Поль долго не мог кончить, всё вводил и выводил своё член в моё опухшие от бесчисленных актов влагалище. Постепенно я механически возбудилась и, когда я почувствовала подёргивание в оргазме члена Поля у себя во влагалище, у меня был не продолжительный слабо-острый оргазм. Поль тут же у стола упал на пол и сразу заснул.

Я еле дошла до дивана и упала на него, мечтая о спокойном сне. Я уже стала засыпать, как кто-то на меня навалился. С трудом разомкнув глаза я увидела Дика. Он, тяжело дыша мне в ухо, прошептал, что не в состоянии больше терпеть, и ввел в моё измученное влагалище свой член. Дик, целый вечер и ночь со стороны наблюдая за оргией, неимоверно был возбужден. Я обычно очень любила заниматься сексом с Диком, но на этот раз, когда он закончил, залив мою промежность потоком своего семени, я уже крепко спала.

Через несколько часов, утром, нас разбудил Дик. Эстер, Диана и я, разбитые и уставшие, встали, приняли душ, оделись и не попрощавшись со спящими кавалерами, покачиваясь при ходьбе от усталости, вышли на улицу. Дик рассадил нас на сидениях своего джипа и повёз по домам. Диане в машине стало плохо. Бледную и обессилен-ную её стало тошнить. Она, не привыкшая к такому разгулу, была еле жива. Дик дал ей какую то тонизирующую таблетку и вскоре ей стало лучше.

Диана с честью выдержала испытание и стала неразлучной участницей наших встреч.

Калифорнийские ночи — 4.

В конце учебного года в колледже выпускные экзамены доставили мне много хлопот. Я не могла сдать эк-замен по математике. Этот предмет был мои самым нелюбимым и в результате все экзамены я, хоть и с трудом, но сдала, а этот никак. Дважды я ходила на переэкзаменовку и два раза учитель по математике мистер Тост ставил мне неудовлетворительно. Я была в отчаянии. Мне грозило остаться в колледже на повторный год. Мистер Тост был уже не молод, хотя был подтянут и строен. Ему было уже за пятьдесят и волосы его были снежно седыми. Он был очень спокойный, но очень требовательный учитель. У меня была последняя третья попытка сдать ненавистную математику. День экзамена приближался и я всё больше унывала, понимая, что экзамен мне не сдать.

Дик, узнав о моей печали, посоветовал: «Трейси, не надо отчаиваться. Математик мужчина, вот ты ему отдайся и нет проблемы».

Я, грустно улыбнувшись, ответила: «Этого старого «сухаря» не одна женщина не сможет соблазнить. Он кроме своих цифр ничего не замечает. Да и наверно он уже и не сможет. Все-таки возраст. Он совсем уже старичок».

Но эта мысль крепко запала мне в голову. Всё взвесив, я решила попытаться соблазнить математика. Дру-гого способа закончить колледж у меня не было. В воскресенье за день до экзамена, одевшись очень обдуманно, я отправилась домой к мистеру Тосту. Он жил недалеко от колледжа и я пошла пешком. Был прекрасный теплый весенний день. На мне была одета очень короткая юбка белого цвета, полностью открывавшая уже успевшие заго-реть мои стройные ноги, и белая из тончайшей полупрозрачной материи блузка, завязанная узлом на животе. Через большой открытый отворот при ходьбе из проема блузки выпрыгивали мои девичьи груди. На ногах у меня были белые босоножки с оплёткой ремешками на высоком тонком каблуке. На плече болталась белая сумочка в которой я несла злополучную экзаменационную книжку. В тёплый воскресный день на улице было множество гуляющих и мне было приятно ощущать на себе провожающие восторженные взгляды встречных мужчин. Эти взгляды давали мне заряд решимости.

Мистер Тост был вдовец и жил в доме, где жило большинство преподавателей нашего колледжа. Открыв дверь, он удивлённо смотрел на меня сквозь дымчатые очки. Его взгляд серых глаз был строг. Я, скромно поздоро-вавшись, взволновано сказала: «Мистер Тост, здравствуйте. Я пришла вас попросить, чтобы вы помогли мне перед завтрашним экзаменом разобраться в нескольких вопросах».

Мистер Тост сухо пригласил меня в квартиру. Войдя в кабинет, он сел в кресло и рукой предложил мне сесть на диван. Я, быстро осмотрев его холостяцкую квартиру, уселась напротив его. Короткая юбка поползла вверх, ещё больше обнажив ноги, но этого мне было мало и я закинула ногу на ногу. Из-под задранной юбки была заметна узкая полоска моих белых трусиков. Мистер Тост потупившимся взглядом уставился на мои ноги. Опом-нившись, он быстро отвёл взгляд и спросил: «Какие именно вопросы вы не понимаете?»

Я спросила первое, что пришло мне на ум. Поправив рукой волосы, я, как бы случайно, сдвинула на бок отворот блузки, так чтобы мой розовый сосок груди слегка выглядывал наружу. Мистер Тост, не отрывая взгляда от моей груди, начал объяснять мой вопрос. Голос его был взволнован.

«Действует!» — радостно подумала я. Не слушая его, я судорожно соображала, что мне предпринять дальше.

«Мистер Тост!» — прервала его я, решив действовать напролом: «Поставьте мне зачет по математике и я ваша!»

Математик сначала онемел, но потом, взяв себя в руки, строгим голосом сказал: «Как вам не стыдно? За кого вы меня принимаете? Уходите!»

Я не знала, что мне делать, хотя видела, что мистера Тост волнуют мои женские прелести. Я решила дове-сти дело до конца. Удивляясь своей решительной дерзости, я начала игру. Притворившись очень огорченной и расстроенной, я сказала, что мне дурно и попросила стакан воды. Когда рассерженный мистер Тост вышел из каби-нета, я вскочила с дивана и стала быстро стаскивать с себя одежду. Через несколько секунд, когда мистер Тост вошел в комнату со стаканом воды в руке, я уже стаскивала с себя белые трусики. На мне остались только белые босоножки, которые я не успела снять. Математик остолбенел, стакан с водой в руке задрожал. Я, не давая ему времени опомниться, подскочила к нему и, присев на колени, начала ловко расстёгивать его брюки. Мистер Тост попытался отстранить меня, но его уже слегка напряженный член был у меня зажат в кулачке. Это был последний шанс и я, не теряя время, поглотила головку члена и стала умело его сосать. Тело мистера Тоста ослабло, он пре-кратил попытки отстраниться. Я поняла, что математик у меня в руках, то есть во рту.

Стакан выскользнул из его руки и облил холодной водой мою обнаженную спину. Несмотря на холодный душ, я, не отрываясь, сосала его член, приложив всё свое умение, покусывая нежную кожу зубками, щекоча кончи-ком своего язычка. Член мужчины у меня во рту стал стремительно крепчать и увеличиваться. Мистер Тост стал учащенно сильно дышать. Он выдернул из моего рта свой блестящей слюной член и за плечи приподнял меня на ноги. Обняв меня, он впился своими тонкими губами в мои губы. Я, делая вид, что тоже очень возбуждена, пылко отвечала на его поцелуи. Математик взял меня и бережно понёс в спальню на своих трясущихся от возбуждения и тяжести моего тела руках. При этом он нежно целовал меня в лицо. Я в душе посмеивалась над его нежностью. В этот момент я вспомнила о старых фильмах, где галантные кавалеры носили своих дам на руках. Положив береж-но меня на свою холостяцкую кровать поверх покрывала, мистер Тост стал быстро снимать свою одежду. Я, обло-котившись на локоть, наблюдала за его раздеванием. У учителя было очень худое, но крепкое подтянутое тело. Его кривоватый член был вздернут вверх. Я ещё больше про себя рассмеялась. Мистер Тост, наш строгий невозмути-мый преподаватель по математике, которого все боятся и уважают, стоял передо мной совсем голый с возбужден-ным на меня членом. Если бы мне кто-либо такое рассказал, я бы ни за что не поверила.

...  Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх