Супружеские игры

Страница: 2 из 3

стакана. Молодой крепко схватил ее за руку, разжал ей зубы и насильно впихнув ей в рот четыре таблетки красного цвета, которые он заблаговременно вынул из кармана, заставил проглотить их и запить все остатками виски.

 — Вот и все, а ты боялась, даже юбка не помялась, — заржал молодой.

 — Слушай, а не много ли ты ей впихнул «колес»? — спросил у молодого старший.

 — Да, нет, меньше будет ломаться, а бабе секс всегда в радость. — заржал молодой.

 — Ты зря ломаешься, твой мужик тебя нам уступил и еще по стольнику каждому обещал, если мы тебя отъебем как следует. — добавил он, обращаясь к Лене.

Лена только сейчас начала что-то соображать по поводу происходящего. Только сейчас до нее начал доходить весь ужас ситуации. Только сейчас она начала осознавать, что эти двое могут сделать с ней, с мужем — все что угодно. Смысл слов о том, что муж сам устроил весь этот спектакль до нее пока еще не дошел, и она попыталась вырваться, но молодой, отбросив тесак в сторону, ударил ее в живот. Дыхание у нее перехватило и она, как рыба, вытащенная из воды, судорожно хватая, ртом воздух осела на пол.

 — Не рыпайся, пизда, ебать будем все равно, — сказал молодой, открывая бутылку с коньком и разливая его по стаканам. — На, выпей, старшой, что всухомятку то драть, сказал он, подавая стакан старшему.

 — Я сейчас, чего-нибудь закусить найду, — старший подошел к холодильнику, открыл его и, достав оттуда два огурца и кусок колбасы порезал их на блюдце, после чего звонко чокнувшись с молодым, шумно выдохнул и залпом выпил. Молодой тоже последовал его примеру. Закусили, громко хрустя огурцом.

Николай пришел в себя попытался освободиться от веревки, связывающей ему руки. Старший быстро наклонился, над лежащей на боку Леной с треском стянул с нее трусики и ловким движением засунул их рот Николаю. Это произошло так быстро, что Николай не успел даже попытаться помешать этому насилию. После, старший уже без сдерживания, что есть силы, размахнулся и кулаком врезал Николаю в живот и, как художник оглядывает свою незавершенную картину, окинув взглядом распростертое тело, ударил со всего размаха по яйцам. Николай, на какое то время вырубился.

 — Старшой, хватит тебе тянуть, я сейчас обкончаюсь в штаны, давай начинать. Где ебать будем — здесь или на кровати, в спальне, так сказать на супружеском ложе? — молодому было уже явно невтерпеж.

Лена в это время пришла в себя и со стоном попыталась сесть. Алкоголь уже начал действовать, по телу разливалось приятное тепло, чувство опасности притупилось, и она начала осознавать, что яростного сопротивления насильникам она оказать уже не может, тем более что смысл слов о предательстве мужа начал доходить до нее.

 — Оклемалась мокрощелка, — констатировал молодой, — на выпей еще для разгону, — и он налив еще виски протянул стакан ей.

Она еще попыталась слабо сопротивляться. «Скажите, а правда, что это все подстроил Николай?», с мольбой в голосе спросила она молодого. Молодой заржал, а старший без тени улыбки сказал: «Конечно, правда. А как ты думаешь, мы вошли без шума?» и, приставив стакан ей ко рту заставил ее выпить. Молодой начал гладить ее по груди. Потом он поднял ее с пола и распахнул ее халатик: бюстгальтер она не носила и ее небольшие упругие грудки первого размера с торчащими сосками, стройный ножки и аккуратно подбритая киска с узкой дорожкой волос открылись его взору. Она опустила глаза и слабо попыталась сопротивляться, закрываясь одной рукой, а другой, пытаясь запахнуть халат. Старший, молча наблюдавший до этого момента всю сцену, подошел к ней и, тряхнув ее за шиворот, сказал: «Нечего целку то изображать иди подмойся и в койку. У тебя сегодня будет день любви или говоря по-простому — день ебания, отымеем тебя во все дырки». И он, больно ущипнув ее за сосок, грубо сунул ей руку между ног: «Пока сухо, но ничего главное начать, а потом пойдет, как по маслу, сама увидишь».

Иллюзии улетучились, все было против нее. «А, если он такой, то и я сделаю все ему назло, пусть знает», подумала Лена, и согласно кивнув, — алкоголь и фармакология действовали уже по полной программе, попыталась уйти в ванную, но молодой грубо схватив ее за волосы добавил: «На весь марафет-макияж у тебя — десять минут, но чтобы подмылась чисто и накрасилась красиво — мы любим красивых женщин, и еще — теперь ты наша — блядь, потаскуха, подстилка, шлюха, мокрощелка, и тому подобное и поэтому обращаться мы с тобой будем соответственно, а, меня, ты, должна, называть — Саша, а, его, — он кивнул на старшего, — Андрей, мы для тебя — мальчики, и ты должна относиться к нам, как к рыцарям своей мечты. А теперь иди и чтобы быстро».

Она кивнула, но он, не отпуская ее с угрозой спросил: «Ты что не поняла пизда свинячья?»

 — Да, да, конечно я быстро мальчики, — заплетающимся уже языком сказала она и направилась в ванную.

 — Двери не закрывай, добавил Андрей.

 — Ну, Сашок, ты даешь. Ты прямо поэт. Только я не зоофил, чтобы свинью ебать. — Сказал Андрей. Давай лучше пока она подмывается, дернем еще по маленькой.

 — Я не против, давай тяпнем, но сначала давай этого мудака крепче привяжем, а то не ровен час вырвется, — сказал Сашок, кивнув в сторону Николая.

Они привязали его крепче и развернули лицом к открытым дверям спальни: «Пусть мудак посмотрит, как его жену будут дрючить во все дыры», сказал Андрей. После чего насильники опрокинули по маленькой, закусили. Николай уже начал приходить в себя и открыл глаза.

 — А, господин пидорчук проснулся, — дурашливо делая реверанс, сказал Сашок.

Уже после принятого наспех душа, когда она накладывала макияж, она вдруг к своему стыду почувствовала, что происходящее ее начинает заводить и то ли от неожиданности, то ли от алкоголя, но, скорее всего от тех проклятых таблеток, которые сунул ей в рот Сашок, у нее становится мокро между ног. Она почувствовала, как внизу живота разливается теплыми волнами тепло, как ей становится приятно и хорошо, но в то же самое время она почувствовала, что тепло постепенно переходит в страшный зуд. По телу прошла легкая судорога, и она поняла, что хочет, чтобы ее ебали, имели, трахали, как угодно, но главное, чтобы это было с ней, иначе она сойдет с ума. С таким желанием Лена с затуманенным взором, покачиваясь, вышла из ванны и мутным взглядом уставилась на мужчин.

 — О, вот и мокрощелка готова. Смотри пидор, как мы твою жену будем ебать, а она будет нам подмахивать и ловить кайф при этом, и заметь при полном согласии с ее стороны. — Сашок подошел после этих слов к Лене и взасос поцеловал ее. — Скажи ему шлюха, что ты хочешь отведать наших хуев.

И Лена, заливаясь краской, произнесла тихо: «Я хочу, чтобы вы трахнули меня».

 — Громче, блядь, — приказал Андрей.

 — Я хочу, чтобы вы трахнули меня, — срывающимся голосом повторила Лена.

 — А теперь, пошли пизда в постель, ебаться охота, сил нет.

От увиденного и услышанного у Николая расширились глаза и он начал дергаться всем телом, пытаясь одновременно развязать веревки и вытолкнуть кляп изо рта. Эти попытки только развеселили насильников и они, хохоча и обняв, повели Лену в спальню демонстративно похлопывая ее по голому заду.

 — Раздень нас, грязная потаскушка, — сказал Сашок.

 — Да, конечно мои мальчики, — ответила Лена, — игра ей нравилась, а необычность ситуации придавала пряности всему происходящему.

Николай только мычал и в бессильной злобе катался по полу ровно на столько, сколько позволяли веревки связывающие его.

Она не просто раздевала их крепкие тела, она — срывала с них одежду, а сама — ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх