Вечер в ресторане

Страница: 2 из 4

дыбом. Внезапно она как бы не в силах более сдерживаться, повернула рукоять под углом, словно намереваясь ее в себя всадить и стала нажимать ею на свою складку. Но ей мешали шорты. Разочарование промелькнуло на ее лице, она постепенно встала, не торопясь собрала свои вещи и ушла. Мы взвыли от восторга. Ведущий объявил конец программы и дальше танцы. Друг датчанина о чем-то с ним говорил не по-английски, и я его не понимал. Датчанин повернулся ко мне и спросил, возможно ли заказать еще один танец специально для Питера-ему, мол, очень понравилась танцовщица. Я сходил к администраторше и мы договорились на 25 баксов через некоторое время. необходимое для подготовки к номеру. Пока что снова пошла музыка. После нескольких танцев мы сели к столу. Диджей знаком спросил меня, можно ли, но Ника с Натали еще не вернулись из туалета. Они там были уже так долго, что я ненароком подумал, что они там развлекаются друг с дружкой. Вообще я пока не был уверен в том, что они это когда-либо делали, но в том что Ника за почти 20 лет дружбы выносила в себе желание к своей лучшей подруге, я знал с полной уверенностью. Мы не раз предавались с ней эротическим фантазиям по поводу Натали, Нику это сильно заводило. Она и в порнухе любила смотреть только на пары, где женщина похожа на Натали — с хорошо развитой грудью (этот фактор ее возбуждал в Натали особенно), с неплоской, но упругой попкой и бедрами. Натали не была полна, она была в стиле той актрисы, что играла в «Титанике» — все на месте и все сексуально (хотя, пожалуй, у Натали груди были побольше, правда, я могу об этом судить лишь по пляжу). Время от времени она расслаблялась и прибавляла в весе пару килограмм, но очень быстро приходила к своей норме, вот и сейчас она была очень привлекательна. Я уже полностью отдался своему воспаленному воображению, представляя себе два женских тела среди кафеля, переплетающиеся руки, прижимающиеся друг к другу и мягко сплющивающиеся груди, сливающиеся в поцелуе губы. Почему-то дальше поцелуев дело не заходило. Ника утверждала, что она не любит женскую плоть, а я ей верю. На этих мыслях они как раз и вернулись, весело щебеча слегка пьяными голосами. Я приласкал глазами Никины ножки, их плавные изгибы, слегка полноватые коленки, попочку, тонкую талию. Я видел, что она возбуждена — когда любишь женщину и живешь с ней столько лет, то ее уже чувствуешь. Общество Натали, особенно в сочетании с датчанином и шампанским всегда приводило ее в такое состояние, что потом мы самозабвенно предавались любви с таким пылом, что становились мокрыми до складок между пальцами ног и приходилось менять мокрые простыни (если все происходило в постели, а не например, на лестничной клетке перед своей дверью). Я старательно искал следы преступления, но не находил. Мысль, что все-таки это могло иметь место, меня волновала. Я вообще люблю себе представлять Нику более развратной, чем она есть. Я страшно хотел бы, чтобы она без меня иногда занималась любовью сама с собой. Вообще люди почему-то плохо относятся к самоудовлетворению, называя это разными словами, не передающими сути этого прекрасного (особенно в исполнении женщины) акта. Когда ты предаешься любви с партнером, это называется to make love, то есть «делать любовь». Сам с собой, любимым, кстати, это называется fuck yourself, что уже более потребительски звучит как «трахать самого себя». Хотя по сути своей не возбраняется лежать на солнце, доставляя себе наслаждение. Тогда зачем же терпеть желание в те моменты, когда оно тебя переполняет, а твой партнер отсутствует? Некоторые бегают к проституткам, тратят семейные деньги, рискуют подцепить СПИД или на худой конец хламидиоз, остаются неудовлетворенными качеством обслуживания и ищут чего-то еще и т. д. и т. п. И так и не находят разрядки. А почему? Потому что нет любви. А ведь в буквальном смысле под рукой всегда есть человек, который тебя любит и хочет доставить максимум удовольствия-это ты сам. Я пропагандирую эти идеи Нике, она потихоньку ими проникается. Она стала намного бурнее кончать, когда начала ласкать себя во время наших любовных игр. Я думаю, еще немного и она сможет кончать совсем без члена в своем теле. Пусть даже как и у меня ее оргазм не будет такой яркий, как вместе, но почему бы не доставить себе чуточку удовольствия? Я иногда представляю себе такую картину: я прихожу домой, тихонько открываю дверь с букетом цветов, желая сделать ей сюрприз. Прикрыв дверь, я слышу странные звуки из спальни — учащенное дыхание, легкие стоны. Я подкрадываюсь к двери и делаю маленькую щель. Ооооооо. Моя прелестная Ника обнажена (видно принимала ванну, она это любит. А может, она в ванной доставляет себе каплю радости?), лежит на спине на кровати и быстро-быстро натирает пальчиком свой клитор, похотливо двигая лобком навстречу пальчику. Другая рука мнет груди, потом мнет попку, гладит лобок, потом два пальца левой руки раздвигают нижние губы, освобождая клитор от своего соседства и он весь предстает перед моим взором — набухший микрочленик, мокрый и твердый, в складках розовой кожи, покрасневший и пульсирующий. Ника меняет темп, нетерпеливо облизывает пальцы и начинает делать круговые движения. Ее лицо покрасневшее, шея набухла, глаза закрыты. Внезапно она начинает шарить рукой возле себя и находит вибратор. Так — так. А кто-то говорил, что им не пользуется и что мы напрасно выкинули деньги. Она облизывает вибратор и медленно раздвигает вход в свою столь знакомую мне кладовую наслаждения, затем постепенно, но нетерпеливо вводит его очень глубоко в себя, при этом издав звериный рык. Не в силах больше сдерживаться, я расстегиваю брюки и через клин достаю трепещущий член. Он невероятно стоит, до боли вздувшаяся головка не помещается в предназначенной ей от природы телесной оболочке и трещит от напряжения. А Ника в это время постепенно продвигается к оргазму, яростно двигая внутри себя искусственным фаллосом и натирая клитор пальцами другой руки. Тут какая-то мысль приходит ей в голову, она вынимает вибратор из себя, поднимает согнутые в коленях ноги и прижимает их к груди так, что мне становится видно ее маленькое отверстие ануса, в которое она так нечасто меня остосрожно впускает и в которое я еще ни разу не кончал. Она подводит вибратор к этому маленькому колечку и осторожно вводит его внутрь. Ее лицо искажается маской боли, смешанной с похотью и возбуждением от необычайности того, что она с собой надумала сделать. С большим трудом введя в себя вибратор наполовину, она оставляет его в покое и вводит два пальца в раскрытый зев своего бутона, который сильно уменьшился из-за соседства вибратора за стенкой. Видно это ее сильно заводит, потому как она с удвоенной энергией набрасывается на свой клитор. Вот ее лицо краснеет, рот приоткрывается, она начинает захватывать воздух, как рыба, выброшенная на берег, ее дыхание вообще останавливается, она вся выгибается, напрягается и от напряжения вибратор постепенно вылезает из ее попочки, это дает последний толчок и она заходится в экстазе. Я не в силах сдерживаться ни секунды тихо приоткрываю дверь и выстреливаю, выстреливаю, выстреливаю, выстреливаю, выстреливаю, выстреливаю содержимое своих окаменевших яиц прямо на ее попку, на волосы лобка, на быстро-быстро двигающуюся руку, на живот, на ноги.

Из почти реального мира разыгравшегося воображения меня возвращает голос Натали:

 — А когда будет номер для Питера?

 — Да, мы хотим девушку!, — со смешком вторит ей Ника. И что после этого о них прикажете думать? Чертовки, да и только. Сведут мужика с ума. Мы выпиваем по рюмке и я делаю знак диджею. Он кивает, но девушка не спешит появляться. Постепенно свет притухает, начинает тихо играть восточная музыка и выходят танцовщицы, ранее исполнявшие канкан. Они в прозрачных шароварах через которые просвечивают тоненькие полоски трусиков, в полупрозрачных накидках на лицах и в блестящих лифчиках с преувеличенно большими полушариями грудей. В руках у них чаши из которых идет какой-то дым, наполняя зал ощущением ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх