Комбайнеры

Страница: 14 из 34

Слезинки так и просились вырваться наружу, выдавая то, что хрупкое, нежное сердце девчонки было сильно ранено. Она знала, что у Андрея есть подруга, пару раз видела, но в этот момент ей почудилось, что Андрей вот-вот закричит на свою нерадивую Таню, а ее крепко-накрепко сожмет в своих жарких объятьях и, может даже, нежно поцелует. Пусть даже в самый уголок рта, Гале было неважно. Андрей, словно прочитал, что было написано на ее юных глазах, но не смог бросить свою подругу. Слишком сильно он любил Таню, слишком многое уже успел с ней пережить, золотую гору веселых дней и любовных ночей. Он хотел быть рядом с ней, прощая, в ответ на страстную любовь, любые мелкие грехи. Он взял ее под руку и медленно повел домой. Танюха, видимо по пьяни, ничего предосудительного не заметила и по дороге, как обычно, верещала всякую чепуху.

У дома их ждала взволнованная сестра.

 — Что вы так поздно? Я заснуть не могу никак.

 — Чувствую, меня ждет та же участь. Разложи, Света, постель Танюхе, а то она, по моему, уже не в состоянии.

Тане вдруг стало плохо, и она бегом, сшибая кусты и доски побежала за дом, к оврагу.

 — Что с ней? — недоумевая спросила сестра.

 — Не видишь что ли, — взбесился Андрюха, — упилась, блядь! Мне с председателем завтра в город ехать и тебя туда же отвозить. Сейчас провозимся с ней до утра, не выспимся. Дура, блин, я ей шмоток накупил, а она в них куражится!

Сестра схватила разгоряченного парня за руку.

 — Ладно тебе, сам в городе порой такие же кренделя откалывал.

Андрей нахмурился, придумывая очередной наезд, но в голову ничего конкретного не лезло и он, сделав трагическое выражение лица, сел на скамейку.

 — И самое страшное, что я ее очень люблю. Чего ты смеешься, это правда!

 — Да я верю, не то что верю, а знаю. Ты потому и злишься, что любишь, а это, в разумных пределах, не грех. Но ради бога, Дрюша, не обижай ее, она же души в тебе не чает, балдеет. Видимо, есть на то причины.

 — Да, но лучше бы она сегодня была трезвой. Председатель увидит ее завтра утром и скажет: «Подруга у Андрея с большого бодуна, вот корень то какой!» А завтра должна состояться встреча с какими то начальниками, надо показать себя с лучшей стороны.

 — Покажешь. Ладно, пошли спасать нашу пьяницу, а то она там уснет, я чувствую, и заработает воспаление легких. Действительно, за домом у оврага Татьяна лежала без признаков жизни. Андрей хотел взять ее на руки и отнести ее домой, но увидел, что она вся в грязи.

«Когда успела?» — подумал Андрюха и, плюнув на чистоту своего нового костюма, взял Таню на руки и понес домой. Переступив через порог, Андрей посадил Таню на пол у печки, стулья ему пачкать не хотелось. Он начал потихоньку снимать с подруги грязную одежду. Впервые процесс раздевания женщины был для Андрея противен и вызывал отвращение. Нужно было срочно помыть грязную девушку. Вспомнив, что бани в деревне имели только единицы, да, в тому же те, кого он совсем не знал, он приказал сестре, чтобы та притащила из машины радиотелефон. Выхода не оставалось, как звонить председателю. Рассказав о случившемся, Андрей попросил протопить баню, что находилась возле коттеджа. Виля, сказав раз двадцать слово корень, все согласился. Одев наспех на Танюху ее спортивный Адидас, Андрей потащил ее в стоящий во дворе Мерс и, уложив на заднее сидение, тронулся с буксами. Кроме мата в голову ничего не лезло, он думал, что скажет завтра Виле, чем объяснит столь поздний звонок. За Таня он в этом плане не волновался. «Эта отмажется. Логически докажет, что во всем была права, и малейшее отступление от ее действий было недопустимо.»

Ворвавшись на территорию председателя, остановившись в метрах двухстах от коттеджа возле здания бани, Андрей потащил подругу на казнь. Войдя внутрь, он увидел огромный бассейн, наполненный теплой водой.

«Ништяк, утоплю ее!» — смекнул палач и, быстро раздев посадил на ступеньки, ведущие в воду. Горячая вода заставила девушку придти в себя. Танюша вытаращила глаза и истерично завизжала.

 — Где я? Спасите!

Вдруг она увидела кислую физиономию Андрея.

 — Где я? — шепотом переспросила она.

 — В бане.

 — Это не баня, а стадион во время наводнения. Здесь китов выращивать можно. Тут, наверно, есть приливы и отливы, порой штормит.

Татьяна, будучи в любом состоянии, могла сказать что-то умное и веселое.

 — Сиди, Танюш, мойся, вот тебе шампунь, мыло, мочалка, я пойду покурю, прогуляюсь. Из-за тебя я завтра весь день буду сонный.

Минут через пятнадцать он вернулся. Таня, опоясавшись полотенцем, сидела на кромке бассейна и водила своей ножкой по воде, вызывая круги. Андрей сел рядом, Танюха же, воспользовавшись ситуацией легла, положив голову парню на колени. Казалось, она начала понемногу трезветь, горячая вода давала о себе знать.

 — Интересно, — икнув, заговорила Татьяна, — это что, у Вили ванная такая?

 — Да, типа того.

 — И унитаз, наверно такой же...

 — А жопа тогда у него какая?

 — С бассейн! — выкрикнула Таня и громко рассмеялась. Напряжение рассеялось само собой, и Андрей невольно тоже засмеялся. Он начал гладить ее мокрые волосы, извлекая из них пронзительный свист, говорящий об их долгожданной чистоте.

 — Танюша, милая моя, какого хрена ты вновь напилась?

 — Ну... Я не очень.

 — Эх и не очень, валяться в грязи, спать в машине. Это, по твоему мелочи?

 — Ой, не помню, Дрюша, не рассказывай, а то я умру от стыда.

Андрей понял, что докапываться бесполезно и перевел разговор на другую тему.

 — Завтра уезжаю и...

 — А!!! — закричала, зажмурившись, Танюха.

 — Дай договорить... на день, одну ночь меня не будет, послезавтра утром приеду, возможно задержусь, но к вечеру обещаю наверняка.

 — Что, дела?

 — Да, у Вили какие-то планы, зовет со своими знакомить, покуражусь!

 — Ух, какой ты важный стал, уже впору и жениться.

Андрей засмущался и, казалось даже немного покраснел.

 — А-а-й!!! Дрюш, извини, я не скромно сказала. Ты, поди, неверно все понял. Я хотела сказать, что ты у меня такой хороший, я счастлива!

 — Ну вот, теперь я загрузился, просто я об этом не думал.

 — И правильно делал. Знаешь, — начала Таня, и Андрей понял: началась лекция о браке.

 — Брак — не цель, а средство. Понял, о чем я говорю, первична любовь, а не брак, он лишь узаконивает отношения.

Андрей зевнул.

 — Дрюш, не засыпай! Так вот, он узаконивает уже сложившиеся отношения. Любить за жизнь нескольких, многих — не грех, а вот свадьба... Ах, свадьба, она должна быть одна, и запомниться на всю жизнь. Что, зря мы даем друг другу клятвы любить в радости и в горе, оберегать друга до последних дней жизни. Ты уж не серчай на меня за мою прямоту, но я, родной мой, без толики сомнений дала все эти клятвы, стоя с тобой у венца. У нас разные судьбы, я простая швея, ты любимец у председателя, но я люблю тебя, люблю разумом, сердцем и телом. И мне наплевать, что в учебниках твердят, что надо беречь себя для мужа, хранить девственность. Девственность исчезает с первой любовью, а не с первым браком. Кошмар какой, «первый брак».

Танюха замолчала и закрыла глаза. В помещении воцарилась полная тишина.

 — Нет, Дрюша, нельзя будучи красоткой, петляя в окружении толпы ухажеров и, получая ласки от единственного, любимого, твердить «Подождем до свадьбы...»

 — Да, Танюш, ты не такая, — чуть слышно, спросони ответил Андрей.

 — Верно, я не красотка,...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)
наверх