Греческая смаковница

Страница: 17 из 31

надо мной, мальчишкой, она была лет на десять старше, у нее был муж — какой-то дипломат. С тех пор у меня никого не было. Я сторонился девушек. — Он посмотрел на нее влюбленными глазами. — Но ты открыла мне второе дыхание, мне вновь хорошо с женщинами.

 — Но-но, — смеясь, погрозила она пальчиком.

 — Я имел в виду только тебя, Патриция!

Он снова обнял ее, она сладко закрыла глаза и они поцеловались. Лишь кружившая неподалеку чайка была свидетельницей их счастья.

 — А ты? — в свою очередь спросил Том. — У тебя кто-то был? Или есть? — с ужасом добавил он.

 — Есть — ты! — ответила она, разглядывая нежно его милое ей лицо. — Ты у меня — первый настоящий мужчина...

Он удивленно приподнял бровь. Она догадалась, что он не понимает ее.

 — Ты первый — настоящий мужчина, — с ударением повторила она. — Остальные — так... куклы похотливые... самцы. Чисто академический интерес. Я вообще уже полагала, что секс — лишь для нищих духом.

Он больше ни о чем не стал спрашивать, прижал ее крепко к себе, уткнувшись в ее волосы, пахнущие молодостью и морем.

Они долго стояли на вершине угрюмой скалы, весь огромный мир был перед их ногами, и ничего кроме счастья не обещал.

Утром шестого дня яхта отчалила от острова Патриции, взяв курс на Саламин — необходимо было пополнить запасы продовольствия.

Они пришвартовались к тому же месту, где встретились, благодаря своенравной богине случае Тихе, всего неделю назад. Но эта неделя вместила в себя для Патриции больше, чем какой-нибудь год.

Так же, как тогда Том взял плетеную корзинку с пустыми бутылками. Он помог Патриции выбраться на каменный причал.

 — Смотри, — весело кивнула Патриция на соседнюю яхту, — этот толстяк все возится на палубе.

 — А Джо никогда и не покидает пирса, — пояснил Том. — Он здесь живет. Водит по ночам баб и корчит из себя Синбада-морехода. Хотя лично я очень сомневаюсь, что он когда-либо выплывал за пределы залива на своей посудине.

Они под руку пошли по набережной, мимо большого кафе, столики которого располагались под открытым небом. Был выходной, суббота и людей в кафе сидело много. Детишки ели мороженое, родители отдыхали после трудовой недели, дегустируя молодое терпкое вино.

Вдруг Патриция заметила впереди идущих навстречу старых знакомых — американских туристов, которые еще должны были помнить силу ее ударов.

Объясняться с ними не возникло ни малейшего желания. Она тут же склонилась над кроссовкой, якобы развязался шнурок. Том остановился, ожидая ее. Американцы прошли мимо, не обратив на девушку ни малейшего внимания.

Шатен предложил приятелю отдохнуть и они высмотрели свободный столик в глубине кафе.

Блондин принялся за изучение меню, что лежало скромно на краю стола, застеленного скатертью в крупную красную клетку. Шатен отодвинул с середины стола вазочку с цветами, чтобы не мешала обзору, и оценивающим взглядом принялся рассматривать молодых посетительниц кафе. На эстраде, у самой стены старинного высокого здания играл ансамбль национальных инструментов, мандолина выводила радостную, успокаивающую мелодию.

 — Не знаю, — сказал шатен скучающе и закурил лениво сигарету. — По-моему мы здесь не встретили ни одной бабы, на которую стоило бы посмотреть дважды. Что за разговоры про Грецию, как страну красавиц, тьфу!

 — Да? — продолжая читать, напомнил блондин. — А как насчет той, что опустила нас в Мегаре? Яйца, небось до сих пор болят?

 — Не напоминай мне об этой сучке, дай бог еще встречу ее, — зло процедил шатен. — Я вообще говорю: мы в этой стране третью неделю — ровно столько длится мое воздержание.

Блондин оторвался от изучения меню и осмотрелся.

 — Вон та, по-моему, ничего, — кивнул он приятелю.

Шатен посмотрел в указанном направлении и, поморщившись, отвернулся.

 — По-твоему ничего? — деланно удивился шатен. — Если бы мне нравились собачьи морды, я бы жил с колли.

 — Я бы предпочел пуделя, — заметил блондин.

 — Не знаю. В любом случае — это не то.

Подошла стройная длинноногая, длинноволосая официантка с талантливо подкрашенными губками и остановилась выжидательно-радушно возле клиентов.

Блондин посмотрел на девушку и глазами показал шатену: «Гляди-ка, а ты говорил...». Шатен так же без слов развел руками — чего уж тут, мол, спорить.

 — Добрый день, — вопросительно посмотрел на нее блондин, гадая: знает ли красотка английский или снова им придется объясняться на пальцах. Меню было напечатано аж на трех языках, и он имел все основания надеяться завести с ней знакомство без преодоления языкового барьера. — Мы бы хотели пообедать.

Официантка не обманула ожиданий и ответила на довольно сносном английском:

 — Добрый день. У нас отличная национальная кухня. Что желаете?

 — Капама, — прочитал блондин в меню. — Это еще что такое?

Шатен пожирал девушку раздевающим взглядом. Черная юбка была коротка и он мог по достоинству оценить ее сильные стройные икры.

 — Капама — греческое национальное блюдо, — профессионально улыбнулась она и пояснила: — Мелко нарезанное, обжаренное с добавлениями мясо молодого барашка.

 — Отлично, — констатировал блондин. — Тогда, пожалуйста, пару салатов, две порции вашего национального блюда и бутылку вина, которое сочтете наиболее подходящим к этому блюду.

Она записала заказ и мило улыбнулась.

 — Скучно у вас, однако, — вздохнул шатен. — Не на что взгляд бросить. Вот только вы не обманули наши ожидания... — И он демонстративно окинул ее восхищенным взглядом.

Официантка кокетливо смутилась, но видно американцы вызывали у нее симпатию. А может профессиональный долг повелевал ей выказать смущение и доброжелание.

 — Почему скучно? — удивилась она. — У нас очень красиво. Можно по скалам полазить, да и сам город интересен. К тому же у нас сегодня праздник Саламина, — она посмотрела на свои часики. — Через два часа начнутся торжества на площади Гермеса, наверху, на холме. Вам будет интересно. А вечером приходите к нам сюда, тут тоже будет веселье.

 — Вы нас приглашаете? — воспользовался моментом шатен.

 — Приглашаю, — мило улыбнулась она.

 — В таком случае, мы обязательно придем, — заверил американец. — Правда, Макс?

Блондин утвердительно кивнул.

Патриция и Том шли по узкой древней улице, спускающейся к набережной. Том держал в руках тяжелую корзину, полную провианта. Патриция несла огромную, аппетитную булку и бумажный пакет с фруктами. Совсем коротенькие красные шорты открывали прохожим ее стройные загорелые ноги, на ее любимую полосатую футболку была надета легкая просторная белая капроновая куртка, которая вкупе с шортиками придавали Патриции пикантно-соблазнительный вид. Прохожие оглядывались на нее, и это льстило самолюбию Тома.

 — Знаешь, что мне надо? — спросила Патриция, останавливаясь.

 — Тебе ничего не надо — у тебя есть я, — ответил улыбаясь Том.

 — Мне нужны солнечные очки, — шутливо-капризно заявила Патриция.

 — Ну так купи пару, — он огляделся и заметил неподалеку галантерейный магазин. — Вон там.

 — Где? — Она завертела головой.

 — Вон в том магазинчике наверняка есть.

Они подошли к дверям магазина, расположенного в углу большого старинного, с аляповатыми лепными украшениями, особняка.

 — Подожди ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх