Семья Мэнсфилд (продолжение)

Страница: 4 из 14

прорычал он и заворочал даль-ше своим пестиком. Я еще не чувствовала себя столь побежденной с тех пор, как мне было столько же лет, сколько Сильвии, и наслаждалась каждой се-кундой его диких толчков. Да, сэр, но продолжайте, пожалуйста, сэр, делайте это, снова завизжала я, как девочка, почувствовав, что подобный спектакль доставляет ему удовольствие, пока он держит в своих руках судьбу моего жаркого оргазма. Он и впрямь продолжал. Ты очень плохая девочка, выдохнул он, но, все так же не слушаясь моих приказов, еще много раз бился о меня, прежде чем кончил и выпустил густые, горячие струйки в мою зажатую им утробу, пока мы наконец не легли, корчась в каше обоюдного наслаждения. Можешь подняться, сказал он, к моему легкому изумлению, ибо, хотя это было произнесено очень галантно, все же слышалась властная нота. Он сел, прислонившись спиной к дереву, и пока я приводила себя в порядок, прикурил сигару. После этого приказал сесть к нему поближе и обнял за плечи. Именно тогда он начал разговор, к которому я прислушивалась не без опасения, потому что многое из сказанного было правдой. Он заметил, что я должна быть главарем шайки, а Джейн может быть моим пособником. Я подозреваю, что в настоящее время вы взяли в оборот и юную Сильвию. А что же сам Мэнсфилд? Как это все получается? Я устроилась в его руках поуютнее, ощущая собственное превос-ходство, как у меня часто бывает с мужчинами. И он тоже. Я держу его отдельно от девочек, сказала я. Он, казалось, прочел мои мысли по этому поводу и хмуро кивнул, заметив, что я правильно сделала. Надуй губы, когда я тебя поцелую. Я с готовностью повиновалась. Тем временем он взял мои груди и начал расспрашивать: когда меня впервые объездили, как я себя вела и тому подобное. Его любопытство на сей счет казалось бес-конечным. Он спросил, когда я впервые приняла петуха ягодицами, а я ответила, что в семнадцать. А что Джейн? В ее первый раз я ее держала. Он погладил мою щеку и улыбнулся: Все так, как я думал. Я увидел это в твоих глазах. Минута молчания потекла между нами. Моя щелка мирно взды-малась. Я заметила, как снова заходил его мальчик, и слегка тронула его через ткань брюк. Так оно и будет, моя дорогая, наконец сказал он. Я буду иметь тебя так часто, как захочу. И Джейн тоже. Что касается Сильвии, она попадет под моего петуха в свою очередь. И это ВСЕ, что ты хочешь? спросила я, все же ощущая легкий страх, как будто поступила бесстыдно: чувство, которое у меня еще никогда не возникало по отношению к мужчине, кроме как в те времена, когда папа меня сек, а я не хотела сразу снимать панталоны. Тогда, схватив за под бородок, он поднес мое лицо прямо к своему: Ты никогда не будешь так отвечать мне, женщина, когда я говорю. Итак, ты будешь иметь нас обеих, и Джейн и меня? Если таков ваш приказ, сэр, мы будем, конечно. Если пожелаете, так и вместе. И это было бы хорошо. Я проговорила сквозь зубы мой рот был сжат его хваткой. Ты не упомянула Сильвии, сказал он. Тебе ее не видать, вот почему. По крайней мере, не сейчас. Что касается Дейзи, ты можешь принести мне ее в кровать, и если... ШЛЕП! — ОХ! — проблеяла я. Он внезапно снова повалил меня на живот, снова подоткнул платье и ПЛЮХ! ПЛЮХ! ПЛЮХ! — его рука обрушилась на мой арьергард. Ты откажешься от этой идеи, Мюриэл, это я говорю, понима-ешь? — ШЛЕП! ПЛЮХ! ШЛЕП! ПЛЮХ! О, моя бедная попа загорелась! Да, да! Ой, Роджер, не бей меня, пожалуйста! В ответ он снова напал и насел. Я дергалась, пока моя пылающая задница мяла траву. Я пробовала заплакать, но ничего не вышло. Как любопытно и неожиданно произошла во мне перемена во мне, которая могла бы уничтожить любого другого мужчину. Со мной так не обращались с тех пор, как в совсем нежном возрасте меня взнуздали, подобно многим другим девочкам, особенно на селе Буду ли я продолжать с Филиппом? спросил он потом с любопытством. Конечно же, сказала я, дожидаясь его ответа. Посмотрим, что выйдет, он впал затем в нежные объятия и поцелуи, что удивило еще больше. Он ласкал мою киску уже через платье, а я — его кол, но никто из нас не спешил начать сначала. Джейн едва ли всему этому поверит, пожалуй, лучше ей ничего не рассказывать.

Глава восьмая

ДНЕВНИК ЭВЕЛИН

Клодия великолепно сыграла свою роль, как всегда. Я полагаю, что она вполне «фиксировалась» на этой роли и, вероятно, не может играть другой. Но, в конце концов, в таком виде ей никогда не выйти на сцену. Ее театр гостиная. Дейдр вела себя очень хорошо и, без сомнения, вполне подпала под сценические чары Клодии, как и некоторые из наших друзей. Я ожидала, что она останется, но она скромно ушла и, таким образом, хотя сама об этом не знает, прошла свое испытание. Наш узкий круг либертарианцев принимает в себя только тех, кто умеет себя вести, когда придет время, и кто не будет ничего распускать по свету. Что касается сделанного ею признания, то оно меня очень за-интриговало. Молодые люди трудны в обращении, когда попадают извне случайно. Возможно, ее Ричард найдет себе роль, посмотрим. Я не хочу вмешиваться. Дейдр явно сомневается в своей греховности, но не проявила той слабости, о которой думает. В конце концов, она мало чего видала от мужа и поэтому не должна чувствовать никаких угрызений. Если их вообще необходимо чувствовать.

ДНЕВНИК ДЕЙДР

Ричард хмурится, глупый мальчик. «Мама, ты меня больше не любишь?» спросил он и выдал тем самым, что ломился в мою спальню. Я сказала, что, конечно же, да, но нам не следует так много обниматься. Он сразу обнял меня, страстно поцеловал и начал подталкивать к дивану, на что я не согласилась. Я найду тебе молодую и милую леди, заявила я. На это он покраснел и сказал, что это не то, чего ему хочется. Я даже начала ему выговаривать, однако это выглядело очень нелепо при том, что он все это время ласкал мои груди и трогал зад. Хватит с него, сказала я. В конце концов, все может быть хорошо до определенной границы... Что с ним тут произошло! Он вырвался, вскочил и побежал к себе наверх, а потом громко хлопнул дверью, как раз как тот дурной мальчишка, которым он и являлся на самом деле... Впрочем, какой же это теперь мальчик? Но как мне назвать его мужчиной? Эми, как я иногда думаю, хорошо слышно все, что происходит. Я в этом уверена. Вот чего я боюсь. Очень во многом (и я это все чаще ощущаю как-то помимо воли) она на стороне отца, а не на моей собственной. Я так надеюсь на то, что она в действительности не такая ледяная, как притворяется. До добра это ее не доведет в любом случае. Но я боюсь обсуждать с ней такие вещи, ибо она может бросить мне в лицо мои «грехи»... и ничего хорошего в этом тоже не будет.

ДНЕВНИК ФИЛИППА

Джейн понуждает меня писать роман эротического содержания. Но как я могу приняться за него, если это совершенно против моего желания и против моих принципов?"Думай, воображай и почаще записывай», говорит она. Сегодня меня снова заперли в комнате. Меня заставили надеть дамские панталоны (чьи они?) под брюки, к позору и к стыду. Я все дальше погружаюсь в пучину отчаянья. Я покинут всеми среди бесконечного тумана... И мне иногда кажется, что это не мои сестры, а дикие призраки терзают меня в моем одиночестве и помешательстве. День ото дня это становится все более невыносимо. Я лишен безопасности в собственном кабинете, я обманут и жалок, мои панталоны жгут меня... Тебе и правда нравится страдать, Филипп, сказала Джейн, в то время, как я, стиснув зубы, старался подыскать достойный ее ответ. Однако правда ли это? Я непрестанно повторяю себе, что это неправда. Если они даже заставят меня описывать женские органы или'еще нечто подобное, что может прийти им в голову, я все равно буду бессилен сформулировать те выражения, которые нужны, и не смогу записать их. Бумага очень долго пролежала передо мной нетронутой. Вдруг я услышал доносящиеся до меня снизу крики и плач. Я бросился к окну, и теперь, когда я описываю то, что мне открылось, перо не держится в моей дрожащей руке. Там, на солнечной лужайке, лежала на спине милая Сильвия, а ее ноги были обнажены и....  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх