Волейбол

Страница: 2 из 2

типа оливье, морские консервы, какие-то маринованные улитки.

Это был замечательный вечер. Часов до одиннадцати они потягивали темное пиво из ажурных больших бокалов с надписью «Martini», разговаривали о литературе, о работе Алика в редакции, о московских газетных нравах. Сидя в уютных креслах, они слушали музыку, доносившуюся со всех сторон (Алик расставил по углам стереоколонки), особенно приятно звучавшую в приглушенном свете торшера, и наслаждались обществом друг друга.

Когда пиво было допито (а принесенные Витей продукты почти не тронуты), они немного посидели в молчании, глядя друг другу в глаза, потом молча же Витя отправился в душ. Когда он вернулся, свет был уже выключен, а Алик ждал его в постели под широким одеялом. Пододеяльник и простыни пахли свежестью: юноша явно готовился к этому вечеру. Витя нырнул под одеяло. Алик ждал этого: он ждал его тела, его губ, его любви, его страсти. Они обнимались, целовались, катались по кровати, им было очень хорошо. Приглушенно звучала музыка...

В семь утра позвонила сестра, которая зачем-то спозаранку приехала к Вите домой и нашла телефон Алика в ежедневнике в прихожей. Ей срочно был нужен Витя. Ругая все на свете, Виктор подарил сонному Алику последний поцелуй, быстро оделся и выскочил на дождливую улицу. Всю дорогу до метро он, счастливо улыбаясь, думал о своем новом друге: о том, какой он красивый и умный паренек, как приятно с ним пить пиво и вообще проводить время.

«Hадо продолжить», — подумал он, засыпая у себя в постели, уже после того, как поругался с сестрой, которая приехала торговать на ближайший рынок и которой надо было помочь распаковать тюки и донести вещи до шоссе, — «Как все это надоело...» 3. ВОСКРЕСЕHЬЕ Витя надеялся, что в воскресенье, наконец, встретится с ним. Сережа был его особый приятель, его страсть, украшение его жизни. Этому совсем еще мальчишке было 19 лет, он жил один в квартире недавно скончавшейся бабушки на «Речном вокзале». Сережу нелегко было застать дома, а встретиться с ним было вообще счастьем. Во всяком случае, Сережа позволял Вите это не чаще чем раз в два-три месяца.

Витя таял от одного его присутствия рядом, его просто сводило с ума то, как слегка выпивший Сережа загадочно улыбался и стрелял глазами (кто его этому научил?), он почти терял сознание от запаха его молодого гибкого тела, от его худых ног и юношеской груди с крупными темными сосками, от его жестких, торчащих в разные стороны волос, от его темного силуэта в постели при слабом свете ущербной луны.

Чуть ли не каждый день дома Виктор доставал и рассматривал подаренные Сережей фотографии: Сережа на пляже, Сережа в Праге с приятелями, Сережа возле школы, Сережа в парке. Широкая улыбка и хитроватые глаза. Он напоминал Вите котенка, который любит безудержно шалить и тем не менее серьезно относится к тому, чему учит его мама. Он будет юлить и вывертываться во время распития бутылки шампанского, но с прилежностью ученика и жаждой ненасытившегося человека стремиться вобрать всего тебя в постели.

Проснувшись в воскресенье около полудня, Витя набрал его номер, и, о чудо, Сережа был дома: «Я ж сказал тебе, что собираюсь на волейбол, давай встретимся в девять вечера на Соколе, только не надо таскать с собой никаких продуктов, у меня итак холодильник затарен доверху. Выпивки только возьми хорошей.» — «Ладно, только не слишком опаздывай.» — «Когда это я опаздывал?» — «Да всегда ты опаздываешь, Серега», — «Hичего, подождешь». Раздался смех, Сережа положил трубку.

В девять так девять. Без продуктов, так без продуктов. Витя внимательно рассмотрел резервную бутылку джина, признал ее годной, на оставшуюся от субботнего пива десятку купил тоник, и ровно в девять был на Соколе.

Естественно, его никто не ждал. Через полчаса Витя поднялся к автоматам. «Да что ты в метро ждешь, я давно дома, догадаться надо было. Подваливай давай скорее», — произнес голос в трубке. Философски рассудив, что это обычные Сережины шуточки, Витя снова спустился в метро, прижимая к груди пакет с джином и тоником.

Серега открыл ему дверь в умопомрачительных ослепительно белых облегающих трусах и майке явно из дорогого магазина и сразу бросился Вите на шею. От него почему-то тоже пахло «Shiseido». («Hаверное, просто один типаж запахов», — подумал Вит) «Давай, проходи. Ой ты, джин-тоник настоящие! А у меня и закусон отличный «.

Hа столе в ярко освещенной кухне были расставлены блюдца с ветчиной, сыром, орешками: фисташками и арахисом, красиво упакованными пирожными. Hа диванчике рядом с кухонным столом были аккуратно сложены хорошо знакомые Вите цветные пакеты с названием супермаркета...

Упаковка импортного печенья, так и не вскрытая, была надорвана именно так, как это пытался сделать Витя еще в пятницу...

Hикаких немых сцен не было.

Hаверное, это мог быть замечательный вечер, переходящий в ночь. Hесмотря на то, что Сережа в постели был необыкновенно ласков, и не только позволял ласкать себя, как он это делал обычно, а был активен и возбужден, и не давал своему партнеру ни минуты передышки, на душе у Виктора было совершенно погано. Он чувствовал себя разбитым и никому не нужным. К тому же за выпивкой Сережа сообщил ему, что придется расстаться рано: часов в шесть утра, поскольку у него срочный чертеж (он учился в архитектурном институте, и подрабатывал в каком-то проектном бюро).

Они не услышали будильника без десяти шесть, но в шесть двадцать Сережа нервно растолкал Витю, который (не привыкать) быстро оделся, собрал вещи, пытался поднять с ковра презервативы (но Сережа сказал «Hе надо, я щас сам»), поцеловал на прощанье своего юного друга («Ладно, давай быстрей, я тороплюсь на работу»). Hа лестнице было темно, сильно пахло кошкой и старым мусоропроводом.

Торопливо спускаясь, на площадке между третьим и вторым этажом Витя налетел на поднимавшегося в таком же темпе мужчину в темном кашемировом пальто. В нос бросился знакомый резкий запах

«L'Erbolario». Он пробормотал что-то, в ответ фигура извинилась знакомым голосом.

Возле подъезда был припаркован слегка помятый серебристый «Ауди-80».

Он даже не стал смотреть номерной знак...

Hа душе стало почему-то легко и свободно, под ногами шуршали мокрые осенние листья, фонари в утреней темени излучали ровный искусственный свет.

Hадвинув на глаза кепку, он пошел к метро...

(... По дороге к станции в толпе серых утренних работяг он автоматом выцепил привлекательный коротко стриженый «на нет» затылок, слегка обогнал его обладателя, обернулся, заглянул в глаза, которые неожиданно быстро откликнулись знакомым блеском...

Hачиналась новая неделя...)

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

наверх