Выпускной

Страница: 2 из 3

могла огреть «нахала» по спине сумкой, но в этом «возмущении» чувствовалась определенная наигранность. Хотя, несмотря на это все, распущенность ее была показной, девчонка она была очень даже не глупая, и поговорить с ней было всегда интересно. Мы частенько общались с ней на переменах во время совместных «перекуров».

Твердой походкой, в душе, надо признать, безумно волнуясь (первый мой медленный танец в стенах школы!!!), я подошел к ней и протянул руку в предлагающем жесте.

Ни один мускул не дрогнул на лице. Наблюдавших за этим событием родителей. Хотя, по всей видимости, они не ожидали, что среди ребят, учившихся в одних стенах с их чадами, встречаются такие смелые...

Машка улыбнулась своей очаровательно-ослепительной улыбкой, от которой у меня, как, думаю, и любого другого мужчины, в душе стало тепло и покойно, и взяла меня за протянутую руку.

Моя вторая рука удобно разместилась на ее талии, ощущая ее стройность и приятный изгиб в том месте, где она переходила в попку. Мы танцевали, плотно прижавшись друг к другу, как будто делали это не в первый раз, а, по крайней мере, лет пять прожив в счастливом браке.

От нее исходил нежный аромат каких-то дорогих духов, круживший голову и заставляющий наклоняться все ниже к ее открытой шее, ловя этот восхитительный запах. Одета она была в белую блузку со «смелым» декольте и короткую расклешенную юбку, по «смелости» не уступавшей блузке. Думаю, что мы хорошо смотрелись со стороны.

Тем не менее, я чувствовал некоторый идиотизм происходящего. Тридцать семь человек (неопытный отличник все еще пребывал в состоянии прострации в учительской) стояли у стенки, с нескрываемой завистью разглядывая нас. Так часто бывает. Все хотят потанцевать, но боятся сделать первый шаг навстречу друг другу, тем самым лишая себя огромного удовольствия, почувствовать которое можно лишь один раз потанцевав с представителем противоположного пола. Так что, для них было проще стоять и завидовать другим в том, что сами были бы не прочь проделать. Тем более что второй раз приглашать девушку на танец намного проще, чем в первый. Это я понял на своем собственном опыте, когда впервые пригласил на танец девушку, будучи в пионерском лагере. Было мне тогда 10 лет.

Совершенно неожиданно, сквозь музыку я услышал Машкин голос:

 — Ну и народ у нас...

По всей видимости, она думала о том же, что и я.

 — Да ладно, — ответил я — Стесняются, просто. Дети.

Она засмеялась. Ей, так же как и мне, было приятно осознавать, что в этот

самый момент мы выглядим намного взрослее наших одногодок.

Медленный танец закончился. За ним снова «пошел» блок быстрых. Народ нехотя потянулся на танцпол. Мы с Машкой вышли на улицу покурить.

В метрах пятнадцати от здания школы, прямо напротив подъезда, стоял так называемый «белый дом» — электроподстанция, около которой обычно происходили перекуры. Рядом с «белым домом» росло большое, очень старое и ветвистое дерево неопределенной породы. Мы встали под это дерево и закурили. Пока курили, обсудили поведение непонятливых родителей и их «недоразвитых» отпрысков.

 — Ну на фига надо так делать? — удивлялась Машка — Сами же своим детям праздник портят. Сами что ли не были на их месте?

 — Дай нам Бог не растерять твоей рассудительности, когда доплетемся до их возраста, — ответил я, с благодарностью думая про отца.

 — Не боись, не растеряем. — уверенно произнесла она в ответ и снова

улыбнулась той самой своей улыбкой, от которой внутри любого нормального гетеросексуально-ориентированного мужчины все переворачивается.

Когда мы вернулись, на танцполе уже было больше народа. То ли в голову стукнул «Салют», вызвав приступ смелости, то ли они решили плюнуть на присутствие родителей (по той же причине). Даже оклемавшийся отличник выполз из учительской, нашел в себе силы спустится на первый этаж, где шла дискотека, прислонился к закрытой двери одного из кабинетов и, с блаженной улыбкой на лице, умиротворенно взирал на танцующих одноклассников. На самом деле, он был неплохим парнем. Однако, количества выпитого им хватило только на то, чтобы упасть со стула в банкетном зале, но никак не для того, чтобы осмелеть и присоединиться к танцующим.

Я выбрал из имевшихся в моем распоряжении кассет ту, на которой были записаны одни только «медляки», поставил ее в магнитофон и объявил «белый танец», надеясь, что присутствующие знают, или, по крайней мере, догадываются, что это такое. Хотя бы по книге «Война и Мир». После всего ранее увиденного, я был готов ко всему...

Как оказалось, этот ход был единственно правильным. К моему безмерному удивлению, девушки (некоторые) оказались несколько смелее ребят, и теперь танцевало уже несколько пар.

К не меньшей моей радости, сразу же после объявления «белого» танца, Маша направилась ко мне, как будто только и ждала этого. Ее походка, вообще весь ее вид не оставлял никаких сомнений в ее намерениях. Не скрою, я не был избалован женским внимаем к своей недостойной особе, и поэтому ее поступок не мог не тронуть моего чувственного сердца. А что бы Вы почувствовали на моем месте, когда Вас приглашает на танец самая красивая девушка школы?

Песни на кассете медленных танцев были записаны в режиме «нон-стоп», то есть финал первой песни плавно перетекал в начало второй и так далее, в течение 45 минут. Маленькая такая моя гадость для всех присутствующих. Фишка проверенная, всегда действует безотказно. Танцующим приходится плясать все это время, так как непонятно, где же заканчивается танец.

Как и в первый раз, Машка прижалась ко мне всем своим прекрасным телом, вызывая у меня ответный взрыв чувств. Остальные же танцующие избрали тактику так называемого «пионерского» танца, когда партнеры находятся друг от друга на расстоянии вытянутых рук.

«Дурдом», — подумал я — «Так же неудобно танцевать. Взрослые же люди...»

Что еще смешнее, они все не переставали с завистью смотреть на нас с Машкой. Находясь под таким откровенным рассматриванием, я уже начинал сомневаться в полном отсутствии во мне привлекательности, в чем был всегда твердо уверен — привык относиться к самому себе с изрядной долей самоиронии и критичности.

Неожиданно я почувствовал, что Маша положила свою голову мне на правое плечо. Опустив глаза, увидел нежный изгиб ее шеи, от которого не переставал исходить все тот же тончайший аромат. Мало соображая в тот момент, что я делаю, я коснулся полураскрытыми губами ее шеи, сразу под мочкой уха. И тут же зажмурился, так как ожидал бури в отместку за свою бесцеремонность.

Ничего подобного не произошло. Машка продолжала танцевать, только еще сильнее прижалась ко мне, и руки ее, до тех пор лежавшие у меня на плечах, поднялись выше и обняли меня за шею.

«Ничего себе...» — пронеслось у меня в голове.

Я еще раз, для проверки, поцеловал ее в шею, и так как Машка не сделала ничего такого, что могло быть истолковано мной, как нежелание продолжать испытывать мое изъявление чувств, стал водить губами по ее шее, постепенно поднимаясь все выше. Наконец я дотянулся до ее лица, и, как это пишут в упаднических романах, наши губы слились в долгом и страстном поцелуе.

С этого самого момента, для меня не существовало ни выпускного вечера, ни школы, ни дискотеки, ни завистливых взглядов окружавших нас сверстников. Голова закружилась (ну еще бы, на глазах всей школы целуюсь с первой красавицей), по телу волнами разливалась приятная истома. Я нежно, но уверенно, прижал Машу к себе, руками лаская ее спину и шею, не отрываясь от ее мягких, чувственных губ. Она запустила пальцы мне в волосы и тянула мою голову к себе...

Когда кончилась кассета, и заиграл быстрый танец, Машка оторвала свои губы от моих и тихо произнесла мне на ухо:

 — Я сейчас приду.

Она упорхнула куда-то вместе с подружками одноклассницами,...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх