Дневник Мата Хари (Глава 4)

Страница: 1 из 2

Глава 4. БРАЧНАЯ НОЧЬ Нимеген, 1904 г.

Я. честно заявляю, что счастье моего брака исчезло в тот момент, когда отец поцеловал меня в лоб после сва-дебного обеда. Вернее, мои страдания начались вскоре после этого родительского поцелуя. Эти страдания были прямым результатом моего брака с капитаном Маклеодом — страдания, которые я, глупая девушка, только что вы-шедшая из монастыря и почти сразу попавшая на брач-ную постель, не могла увидеть даже в страшном сне. Они начались в нашу первую ночь. Я не думаю, что так часто бывает, когда молодую девушку — я не утверждаю, что была невинна, но можно сказать, я ожидала нашего уединения с трепетной надеждой, — более грубо насилу-ют, унижают и оскорбляют, чем меня во время этого от-вратительного, варварского ритуала, который остался в моей памяти как брачная ночь. Мы ушли со свадебного обеда, когда гости еще ели, и поехали не в Висбаден, где должны были провести медовый месяц, а в Зандвоорт, не-большое местечко около Амстердама. Мой любимый муж хотел воспользоваться своим правом первой ночи в уют-ном отеле, а не в тесном купе.

Атмосфера нашей комнаты в отеле была какая-то угне-тающая, и я чувствовала себя не молодой невестой, а жертвой. Стены были темные, двери тяжелые, с железны-ми завесами, как в средневековом замке. Тяжелые порть-еры были не такими чистыми и заглушали все звуки.

Короче говоря, когда мы вошли в комнату, было при-мерно десять часов вечера, мой муж строго сказал служи-телю, чтобы нас не беспокоили, после чего надежно запер дверь. Потом... потом он повернулся ко мне. Он меня ис-пугал. В его глазах был странный блеск. Сегодня сразу узнаю садиста по такому блеску в глазах.

 — Ну, моя дорогая Гретти, ты, наверное, ожидала этого момента с нетерпением? — спросил он. Я заметила, что он даже не ждет моего ответа. Он помог мне снять пальто, бросил его на пол и оттолкнул ногой. А потом он начал буквально рвать на мне платье. Буквально. Я была на-столько ошеломлена, что даже не догадалась его спро-сить: «Что ты делаешь?» Мое свадебное платье было сде-лано из тонкого белого шелка. Оно было очень длинное и облегало фигуру. Мои роскошные черные волосы были покрыты тяжелой вуалью, которая делала меня похожей на монахиню. Я решила сохранить свое красивое свадеб-ное платье, а теперь куски его разбрасывались по всему полу.

Затем капитан ухватился за мой красивый корсаж, от-деланный кружевами, рванул его и оголил мою грудь. Я не могла произнести ни слова, дрожа от страха. Вид моей голой груди просто лишил его рассудка. Он грубо хватал-ся за мое платье и продолжал рвать шелестящий шелк, как сумасшедший — нет, как демон. Он разорвал его у талии, на бедрах, и в конце концов красивое свадебное платье валялось у моих ног. Вернее, это были жалкие ос-татки шедевра, сделанного известным парижским масте-ром.

Затем была разорвана нижняя юбка, и нечем было при-крыть мое тело. Я стояла в полной растерянности, при-крывая руками свою наготу, замерзая и умирая от страха. Ушли все мои надежды, забыты все мои мечты. Я теперь была лишь его жертвой. В следующий момент я осознала, какому чудовищу попала в руки.

Ревущий зверь напал на меня. Полностью одетый, он обрушился на меня всем своим весом. Его борода запол-нила мой рот. Вначале я ощущала невыносимую тяжесть его тела, потом его рука стала щупать мое самое сокро-венное место, и вдруг без всякого предупреждения и под-готовительной ласки я ощутила ту часть мужчины, о ко-торой так часто мечтала и которая должна быть источни-ком неописуемого наслаждения.

Я почувствовала горячую штуку между ног — мой муж силой раздвинул их своими коленями. Его дубинка была твердой, и, несмотря на свою растерянность, я ощущала, как она тычется, ища то место, в которое надо было влезть.

Он нашел это место быстрее, чем я ожидала, — то кро-шечное отверстие, которое так часто испытывало наслаж-дение от тонких пальчиков Генриетты. Но тут же все мое тело охватила такая страшная боль, что я заревела, как раненый зверь. Как будто раскаленный железный прут вонзился в мой живот. Боль была такой невыносимой, что мужу не потребовалось затыкать мне рот рукой, как пер-вый раз: я потеряла сознание.

Когда я пришла в себя, он стоял надо мной почти голый и собирался положить холодный компресс на мой горя-щий треугольник. Возле кровати стоял таз с водой, по-красневшей от моей крови.

Я смотрела на тяжелый, громадный инструмент мужа, который свисал почти до колен, — инструмент пытки, так мучительно терзавший меня. Это был инструмент, кото-рый сделал бы честь любому жеребцу. И, к своему ужасу, я скоро это осознала.

 — Ну, все кончено. Ты меня здорово напугала своим обмороком. Не беспокойся, первый раз всегда бывает больно. Ведь больно было, да? Но все кончено, в конце концов, ты не старуха, так ведь? — И тут я услышала эти ужасные слова:

 — Ладно, дорогая, давай приступим. Я еще не закончил свое ужасное представление.

С этими словами мужчина, который стал мне совер-шенно чужим, отодвинул таз и сказал:

 — Что, ты удивлена, что он так висит? Подожди, сейчас он изменится. Только прими нужную позу.

«Позу»? Какую позу? Я ничего не понимала. Мой муж был совершенно другим человеком по сравнению с тем, каким он был в период ухаживания. Но оказалось, я еще не до конца испила эту горькую чашу.

 — Ладно, давай, раздвинь ноги, теперь подними бедра. Я хочу посмотреть эту прелестную ямку. Это меня при-водит в возбужденное состояние. Да, дорогая, ты еще по-дивишься своему мужу. Капитан Маклеод знает, как это делать, все это знают!

Невероятно, это был мой муж! На свадьбе он выпил не-мало вина, он даже был пьян, может быть, он и сейчас та-кой от вина? Я еще не знала о необыкновенном распутст-ве этого человека.

Он раздраженно бормотал:

 — Вот, черт, не встает! Ну, ничего, дорогая, я тебя не-множко похлещу, больно не будет. Но зато у тебя будет твердое внутри.

С этими словами, которые я не сразу поняла, он взял свой кавалерийский хлыст — тонкий, очень гибкий бам-буковый прут, который всегда носил с собой.

 — Несколько слабых ударов — и он встанет, ты будешь довольна. Ты чего шарахаешься? Разве тебя отец не нака-зывал?

Его жестокие руки, которые привыкли давать по уху новобранцам, схватили меня. Он бросил меня на кровать, почти вывихнув плечо, и я вынуждена была сдаться. Я легла на живот, как он приказал, и, рыдая, проговорила:

 — Ты хочешь бить меня в нашу брачную ночь! Но что я сделала, скажи мне, чтобы меня наказывать? Почему ты хочешь бить меня, а не заниматься любовью?

 — Но я тебе все это возмещу, я тебя введу в мир люб-ви. Ох, уж эти монастырские девицы, их-то я и люблю!

С этими словами его хлыст просвистел в воздухе и впился в меня. Первый удар был ужасен, как укус змеи.

 — О, он начинает двигаться. Посмотри, Грит, я же тебе говорил! Еще несколько шлепков, и я тебе доставлю та-кое наслаждение, что ты долго будешь ходить с сияющи-ми глазами.

Неужели он действительно считает, что делает мне одолжение? Но наносимые им удары явно доставляли удовольствие моему палачу. Я подверглась адской пытке. Я ерзала, пытаясь избежать побоев, но все было напрас-но.

 — Да лежи ты спокойно, черт возьми, ты лучше по-смотри на мою штуку!

Скосив глаза в его сторону, я со страхом убедилась, что он не хвастается. Его член стоял, как дубинка. К счастью, мне тогда не пришло в голову, что этот зверь намерен снова всунуть в мое тело этот страшный инструмент.

 — Ну, Грит, попробуем снова?

Боже, эти слова напугали меня больше, чем ужасное избиение.

 — Нет, пожалуйста, я больше не могу, у меня болит все тело, — взмолилась я.

 — А, чепуха. Ты тоже этого хочешь, я не слепой. Нука, быстрей раздвинь ноги, к чему эта фальшивая скром-ность?...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх