В тот самый день

Страница: 2 из 3

лоно, нарушив его целостность. Страх полностью овладел ей, придя на смену огромному возбуждению. — Нет, я не хочу, не хочу — шептала она, еще прибывая в его объятиях. — Не бойся, я сделаю все как надо тебе понравиться

 — Нет! — она плотно сжала ноги с силой оттолкнув его от себя.

Ей сразу стали не приятны все ласки Пабло, даже любое его прикосновение. Он оставил ее, поняв, что из этого нечего хорошего не выйдет. Утром она с Энрике вернулись на финку. Потом она рассказала обо всем Энрике, это стало самым большим впечатлением той поры в ее жизни. Где-то в глубине души она начинала жалеть, что остановила тогда Пабло, не испытав того неземного, блаженного чувства, о котором столько слышала.

* * *

Сейчас смешно было вспоминать обо всем этом, однако тогда это было настоящей трагедией для нее. «Завтра подойду к нему, непременно подойду — твердила она себе — может он сам узнает меня, к сожалению, я даже не могу вспомнить его имя.» На следующее утро Долорес сидела за тем — же столиком и уже ждала его появления. Он пришел ровно к одиннадцати, сделав уже ставшим традиционным заказ. Прошло около четверти часа, прежде, чем она решилась подойти.

 — Простите мне мою дерзость, но мне все время не дает покоя мысль, что мы с вами знакомы или вернее, что когда-то очень давно были знакомы.

 — Неужели? — спросил он, пристально посмотрев на нее. Впрочем я могу назвать вам свое имя. Меня зовут Эстебан Вентура, это вам нечего не говорит?

 — Эстебан, тот самый Эстебан — радостно воскликнула она, протягивая ему руку

 — Вы на самом деле не узнаете меня? Я Долорес, Долорес Эстравадос, вспомните... финка Кукине, Куба, день влюбленных, вспомните своего университетского приятеля Энрике. Рука Вентуры, державшая руку Долорес задрожала и сжалась, мгновенный свет воспоминания точно ослепил его.

 — Та самая Долорес, сколько лет прошло!

 — Ты изменился, ты очень изменился очки, усы, но взгляд о, я никогда не забуду тот взгляд. Да — промолвил Эстебан мир так тесен, что каждый с каждым непременно встретиться.

Еще в Гаване Вентура тесно сдружился с одним из товарищей — Эстравадосом. Он часто бывал у них, и был приглашен на празднование дня влюбленных к сестре Энрике, но с тех пор, как он покинул Кубу, больше нечего не слышал об Эстравадосах.

Расскажи о себе, об Энрике — попросил Эстебан.

После январских событий мы покинули Кубу, вскоре умер отец, потом ушла мать, мы жили более чем бедно, но вскоре Энрике нашел работу, стало полегче, у него и сейчас адвокатская практика во Флориде. Я два раза была замужем, но теперь свободна.

Говорить о себе ей не хотелось, правда в общих чертах она сказала все, забыв добавить, что ради того, чтобы купить лекарство для отца была вынуждена ложиться под каждого матроса, что потом, выйдя замуж приобщилась, к наркотикам. Она не хотела обременять его своими проблемами, почувствовав, как он искренне обрадовался, встретив ее. Прошло слишком много времени от их первой и единственной встречи. В жизненных масштабах это путь от чистой шестнадцатилетней девушки, до теперешней Долорес, прошедшей через грязные притоны Флориды, испытавшей и вынесшей на своих плечах все ужасы наркотических лечебниц, познавшей жизнь не в лучших ее проявлениях. Наверное для него она осталась той чистой, незапятнанной девочкой, какой знал ее раньше. Эстебан рассказывал о себе, о карьере, о том, что наконец получил испанское гражданство. Жаловался на неустроенную личную жизнь. Потом разговор оборвался и они сидели молча, глядя друг на друга. В памяти Долорес быстро-быстро проносилось прошлое, отдаленное от нее двадцатью с лишним годами. Она вновь вернулась в свою беззаботную юность, отлично помнив, что значила для нее та встреча с Пабло во время карнавала в Гаване. Прошло несколько месяцев, как все вновь стало на круги своя, и она почти перестала думать об этом. Теперь ее мысли занимали несколько иные проблемы. Близился день влюбленных, и по традиции в дом девушки, которой исполнялось шестнадцать лет родители приглашали юношей, целую ночь продолжалось гулянье, и только к утру хозяйка торжества должна выбрать одного из них, чтобы провести с ним остаток ночи. Долорес прекрасно знала об этом от старших подруг. Теперь ее самоуверенности не было предела. Она сама будет сама будет выбирать, сама будет управлять желанием мужчин. Их было пятнадцать тех, кого пригласил отец, Энрике приехал с одним из своих универсететских приятелей накануне торжества.

Ей сразу приглянулся этот высокий, с необычайно правильным римским профилем юноша. Уже в тот момент ее не интересовали остальные гости, приглашенные отцом, для себя она решила кому преподнесет свою непорочность, кому волею судьбы предрешено распоряжаться ею. Долорес весь вечер думала о нем, понимая всю неминуемость того, что должно произойти завтра. Все ее мысли, тайные помыслы время от времени переходившие в бурные эротические фантазии, объектом которых был естественно он, приятель Энрике, до предела встревожили ее чувственность.

К вечеру все в доме Эстравадосов оживилось... это скорей напоминало кишащий муравейник, чем подготовку к празднику. Долорес даже была лишена возможности лишний раз заговорить с ним, довольствуясь лишь украдкой брошенными взглядами, по условию она не должна знать его имени до решающего момента. Только к утру дом выглядел по праздничному деловито и феерично. Долорес чувствовала себя полной хозяйкой праздника, и уже утром начала принимать подарки от тех, кому несомненно была дорога, и в чьей любви не приходилось сомневаться. Энрике по традиции преподнес изящное белое платье, ровно в шесть она встретит в нем всех приглашенных. Отец посыпает лепестками роз ложе, где к утру ей суждено стать женщиной. Дядя Рейнальдо прислал немного апельсин и фиников — традиционное украшение праздничного стола. Кажется все здесь говорит о наступающем празднике... вереницы бумажных гирлянд, надувные шары в форме сердца, накрыт стол, приготовлены петарды для предстоящих фейерверков, но главное это ощущение праздника в ее душе. Нет, она не чувствует себя жертвой, сегодня случится то, о чем тайно мечтала, то, что беспрерывно диктовало ей уже разбуженное природой желание. К вечеру все стихает с минуты на минуту она должна встречать гостей, она должна очаровать их своей красотой. Сегодня она хороша, как никогда. Изящное белое платье с умеренным декольте составляет гармоничный контраст со смуглой гладкой кожей. Она вся наполнена необычной свежестью и поистине девичьей чистотой, сгорает от любопытства по еще неизведанным прекрасным ощущениям, она готова пережить их, готова к близости. Родители уезжают на финку к дяде Рейнальдо, Энрике приглашен на соседнюю финку, она ощущает себя полной хозяйкой праздника, принимающей откровенные комплименты и маленькие валентинки, исписанные наилучшими пожеланиями и признаниями в любви. Ей нравились почти все приглашенные, но таинственный незнакомец остается вне конкуренции. После ужина все танцевали, потом устроили фейерверк, используя принесенные петарды и бенгальские огни.

Кажется все пронизано этими сильными, не утихающими громовыми раскатами, доносящимися сюда соседних финок. Самая середина ночи. Выбор сделан, она берет его за руку и ведет в дом. В тот час гости обязаны покинуть праздник.

 — Я знал, что ты выберешь именно меня, понял это, как только Энрике познакомил нас.

Ее не пугает такая откровенность, врятли она когда-либо встретит его. Это дает ей право на многое... любое табу не в счет. Сегодня их день, и она полностью готова на все, она не приносит в жертву свою девственость, она сама сознательно идет на это.

 — Помоги мне раздеться — сказала Долорес, чувствуя, как его руки, такие нежные и мягкие едва справляются с платьем, как касаются ее обнаженной спины, скользят по покатым, почти женским бедрам, скатывают ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх