Девочка

Страница: 1 из 3

Я подошла к киоску... за сигаретами. Она стояла с подружками слегка сзади, слева. Я на неё обратила внимание сразу. Такие девочки не могут не нравится. Милашка, лет 18, смешливая, с офигенным личиком — просто ангельский чертёнок! Пока я покупала сигареты, она бросила на меня пару взглядов. Меня чуть было не вогнало в краску. На минуту стало стыдно и одновременно очень захотелось познакомиться. Просто познакомиться сначала... Какие другие мысли могли прийти мне в голову средь бела дня у киоска? Кроме того, я понимала, что отойду подальше и всё пройдёт. Сколько раз такое было уже... Купила сигареты и отошла, естественно... Прошла пару шагов, всё ещё соображая, какое место в моей жизни могла бы занять такая милая кроха. И тут, слышу за спиной резвый подростковый голосок. С игривой ноткой в голосе... Я опять засмущалась. По лицу её было видно, что она не пропустила ни одного моего взгляда, дала им правильную оценку и теперь будет этим пользоваться. На лице играет снисходительная, даже, пожалуй, слегка язвительная улыбочка. Совершенно бесстыдный, но жудко-приятный голосок спрашивает: — У вас сигаретки не найдётся?

Я долго роюсь, нахожу наконец только что купленную пачку Барклая, неловкими пальцами снимаю целофан, рву упаковку... А она стоит и лыбится, бессовестное создание!! Наконец достаю сигарету, протягивю ей...

— А можно ещё одну? — улыбочка

«Для подружки», думаю я... Правильно гонца выбрали... Потом будет над чем (надо мной то есть) поржать... Достаю ещё одну.

Она опять неотразимо лыбится, делает реверанс с издёвкой, разворачивается на 180 и «невозмутимо» возвращается к подружкам...

«Нет. Мне это всё только кажется. Простая девчонка. И мне никакого исключительного внимания...» Иду дальше... Надо бы домой, но домой расхотелось. Там мама со своим зудением, комп да куча мыслей нехороших... Присела на лавочке, закурила... Сижу, курю, птичек рассматриваю, думаю о вечных ценностях... Она подходит одна, садится рядом. — Хочешь чипсов?

— Не хочу и тебе не советую... — курю дальше... тушу «бычок», поворачиваюсь, улыбаюсь... — Хотя курить, конечно, вреднее...

Куда подружек дела? — Что значит — дела? Они сами ушли... Домой.

— Ясно... А ты?

— А я вот, к тебе, — снова лыбится, чёрт!! — Или ты кого-то ждёшь?

— Да, нет, вообще-то...

— А, может, всё-таки ждёшь? Меня, например...

Вот улыбчивый ребёнок!!

— Зачем, например?

— А я чё, знаю?

Так... на этот раз улыбаюсь я.

— Да. Тебя, может быть...

— И зачем?

Молчу со свойственным козерогам упорством...

— Ладно. Слушай, мне надоело тут сидеть. Пошли куда-нибудь?

— Пошли...

Ага... и мы пошли-пошли... Странно так было идти. С совершенно незнакомой девочкой по городу, где, по крайней мере, половина населения меня знает в лицо. По пути молчали. Потому что ей это, видимо, не мешало, а я просто не знала, что сказать. Дошли до какого-то барчика. Сели. Ничего странного, кроме моего потупленного взгляда, пожалуй. Она пила пиво, как нормальный человек. А я пиво не пью... Смотрелась, как старушка с бокалом красного. Да ещё приходилось угощать её сигаретами. Вообще... такое ощущение, что она ко мне как-то почти по привычке подвязалась... Боже! Какой-то подросток делает из меня дуру, а я сижу и балдею... Она курит мои сигареты и подпевает безголосой девочке из колонки.

— Я ещё пива! Напьюсь и буду к тебе приставать!

— Прямо здесь? — добро-добро ей улыбаюсь. Блин! Но она Очень хорошенькая!

— Ещё выпью, и можно будет здесь.

Она пошла за пивом, я пошла в туалет. Во-первых, потому что действительно хотела пописать, во-вторых, когда я нервничаю или не знаю, как себя вести, я всегда ухожу... На несколько минут. Всё равно куда. Просто на улицу.

Возвращаюсь с улицы в тамбур, где туалет, а там крошка моя...

— Что это я за тобой бегаю?

— Правда что...

— Или ты от меня убегаешь...

— Глубокая мысль...

— А почему у нас после фраз многоточия? — смотрит задумчиво с улыбкой в потолок, вдруг резко становится серьёзной. Взглядом делает мне почти физически больно. Это специально, чтобы я совсем контроль потеряла. А у неё глаза как у зверька какого-то, не пойму... Губки почти детские. Нежные, розовые. Я провожу ладонью по её щеке, как буд-то боясь поранить своим прикосновением нежную кожу, а она улыбается. Улыбается, закрывает глаза и слегка откидывает голову... Нет!!! Не надо так со мной! Я сама так кучу раз делала! Это называется — «поцелуй меня». Я резко отдёргиваю руку, ненавижу себя за какой-то непонятный ни то разочарованный стон, ни то стыдливый всхлип. Она широко раскрывает глазёнки... Я тогда подумала, что она в детстве сворачивала шейки цыплятам... Не правда! я не об этом думала! Я думала... Да, а я вообще думала? Сердце готово было выскочить из груди. Банальность? Банальности тоже просто так не появляются. Первый раз в жизни поняла откуда появилась эта.

Внизу живота заныло. Это не смешно ни сколько. Я вдруг поняла, что она сейчас уйдёт и я умру. Не от огромной неземной любви или ранения осколком разбитого сердца, а просто от того, что всю жизнь буду хотеть её поцеловать и проклинать себя за... За это, короче... — Дура ты. Пошли за столик... Да и вообще. Пошли отсюда. Нечего здесь больше делать.

Да. Я хотела сказать «Что это ты раскомандовалась» Но... После того, что я сделала... Точнее, чего не сделала. Как глупо, Боже, я себя повела! Я вообще, думала о серьёзных вещах. Рисовала в воображении безумные постельные сцены... Да какие безумные? Я никогда в воображении безумных постельных сцен не рисую. Только постель пастелью. Какой ужасный каламбур. Она в трусиках на смятой постели, с закушеной губкой могла бы убить во мне человека полностью...

— Я тут совсем недалеко живу, поэтому мы сейчас попути меня и проводим, ок?

— конечно...

Подошли к её подъезду... Я только тут поняла, что ничего не знаю про неё, да и знать не хочу особенно... Просто буду приходить каждый день сюда и сидеть вот на этой лавочке... Она когда-нибудь выйдет, посчитает меня чокнутой...

— Ну чё, котёнок, будем прощаться?

— Ты меня поцелуешь?

У меня отнялось всё тело... То есть совершенно всё. Осталось только что-то вроде шума или запаха в ушах... Запаха в ушах...

Смешно... Не то чтобы я не ожидала, что она это спросит. Если бы она не спросила, я бы сама спросила. Ну, неужели я такая неуклюжая и стеснительная? Или просто...

— Ну так?

Огоньки в темноте глаз не видно, волоски чёрненький растрёпанные. Она сидит на поручне... подъездное крыльцо. Я подхожу близко и выдыхаю ей прямо в лицо. Лицо с таким невинным выражением. Актриса?

— Прости меня, малыш, — дышу я — я очень, очень хочу этого, и тогда хотела, и не только этого, всю тебя хочу, просто даже слов таких нет... Слов-то таких, может, и нет, но того, что я себе надумала хватило на очередную волну совершенно непоэтического чувства... Или поэтического... В конце концов она обняла меня ножкой, положила ладошку на непослушную мою гриву и притянула к себе несмелую девчонку на четверть старше её... Я коснулась её губ и поняла наконец, чего у меня не было уже три года... Да, для того, чтобы испытать это нужно очень-очень хотеть. Головокружение... Такое, что даже страшно.

Страшно падать или забыться навсегда. Вернуться обратно из бездны практически невозможно, даже, если бы я этого хотела. Я не отдавала себя отчёта в том, что руки мои вжались в её тельце и ей даже могло быть больно. Мы порядочное количество времени шумели так под подъездом... Две девчонки... Картина, наверное, симпатичная... Прохожих я не видела. А я ничего не видела! У меня же глаза были закрыты! Я была счастлива и несчастна одновременно... Потом я начала понимать такие простые вещи как — то, что у меня во рту её язычок, что он вкусный и очень ловкий. Но мой порядком устал... Я потихоньку ослабила объятия и отпустила её... Бедный мой ребёнок! Она улыбалась вполне ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх