Познание себя

Страница: 3 из 4

попавшие в мои руки. Шершавость морщинистой кожи, окруженной легким пухом мягких волосиков, притягивала меня. Мне хотелось гладить и гладить их. Но было кое-что, что отвлекало — перебирая яички, я то и дело чувствовал упругость, даже скорее твердокаменность основания, к которому они крепились. Слегка перебирая яички я начал ощупывать эту твердость, которая уходила вверх. Оставив одну руку перебирать и поглаживать яички, другую я направил на исследование вверх. И когда пальцы, ощущавшие подушечками твердую плоть, прошли небольшой участок, покрытый мягкими волосиками, коснулись голой кожицы члена, я почувствовал, какая она горячая и нежная. Поглаживая эту кожицу чужого члена, я ощущал такое возбуждение, как будто это меня гладили и ласкали. Мне хотелось гладить и гладить это тело, доставлять ему удовольствие. Поглаживая нежную кожицу, я начал свое «восхождение» вверх потихоньку растопыривая пальцы, пытаясь охватить этот толстый и твердый орган. Он был горячий и гладкий, вздрагивал и пульсировал у меня в руке. Было так приятно ощущать его мощь, что мне захотелось увидеть это чудо. Но поскольку снизу разглядеть его было невозможно, я, поглаживая все, что попадалось на пути, вытащил обе руки из Сашиных плавок. На его вопросительный взгляд я севшим от волнения голосом попросил... «Давай их снимем!» Саша кивнул. Когда я, взявшись за верхнюю резинку, слегка оттянул плавки и приспустил их, моему взору открылся темный ровный толстый член, украшенный освободившейся от кожицы ярко-красной головкой. Размеры его меня поразили. По сравнению с моим, этот член был настоящий монстр... толщиной и длиной с мою руку до локтя. Я заворожено остановился, затаив дыхание, любуясь этим исполином, но у Саши в этот момент были несколько другие потребности, чем эксбиционизм передо мной. Он проворчав... «Что замер?», быстро встал передо мной и приспустил плавки до колен. Когда он выпрямился, его член оказался прямо напротив моего лица. Эта прелестная багровая головка была нацелена прямо мне в лицо. Я, заворожено глядя на вздрагивающий орган, провел руками вниз по ногам, спуская трусы до щиколоток. Мне пришлось слегка наклониться, помогая Саше снять плавки со ступней, и поэтому когда Саша переступал, то его член, слегка качнувшись, провел своей горячей головкой по моей щеке. Я удивился бархатистости этого прикосновения. Обжигающе горячая нежная кожица была приятна. Слегка смутившись этого такого необычного действия я отстранился, и Саша, теперь уже совсем голый, сел обратно в кресло, раздвинул ноги и поманил меня пальцем. Я пододвинулся и сразу же попал в теплый плен его ног, которыми он обнял меня, притягивая к своему паху. Теперь я вплотную разглядывал Сашин орган, поглаживая кучерявые волосики вокруг основания члена. От волнения и все усиливающегося возбуждения я начал дрожать. Саша, наверное, восприняв мою дрожь за признак того, что мне холодно, обнял меня ногами еще сильней, и я, положив локти на бедра, буквально вдавился грудью в его лобок. Волосики мошонки приятно щекотали мою грудь. Чтобы усилить это чувство, я принялся грудью тереться о мошонку, одновременно берясь обеими руками за член. Обхватить полностью член рукой было невозможно, т. к. пальцы немного не сходились, но двумя руками я обхватил орган и стал медленно двигать кожицу, ощущая твердость ствола. Чувство необычайно сильного возбуждения стало охватывать меня все сильней и сильней по мере того, как усиливалось дыхание Саши. Потихоньку он начал стонать, приговаривая... «Да, Вовочка! Еще, еще, давай еще!» Его сбивающийся голос возбуждал меня все сильней и сильней. Его руки начали лихорадочно блуждать по моим плечам, шее, голове, доставляя мне еще большее удовольствие. «Да, Вовочка, милый мой, еще, двигай еще!» Слово «милый» в его устах прозвучал настолько нежно и приятно, что мне захотелось сделать ему еще приятней, и я стал еще яростней тереться грудью и двигать руками по стволу. Перед моими глазами маячила увеличившаяся до невероятных размеров пунцовая головка, то скрываемая снизу кожицей, то открываемая полностью и придавливаемая вниз, когда уздечка натягивалась. Я переместил большой палец руки и стал слегка касаться уздечки, когда руки шли вверх. Саша начал вздрагивать в этот момент. Я подумал, что ему так приятней и усилил нажим. «Ой, Вовочка, так больно насухо!» Саша слегка отстранил мои руки от члена и я увидел, что кожица возле головки, где я сжимал руками, слегка покраснела. «Извини!» Мне стало неловко оттого, что я своим неумением испортил ему весь кайф, и мне захотелось искупить свою вину, решив исправить положение... «Саша, как мне нужно делать, чтобы тебе было приятно?» Он внимательно посмотрел в мои глаза и, слегка заминаясь, сказал... «Ты действительно хочешь мне помочь кончить?» Я кивнул. Тогда он, глядя мне в глаза, нежно провел рукой по моей щеке и сказал... «Пососи его!» Я замер в раздумье. Среди пацанов часто ходили разговоры о вафлистках или хуесосках, т. е. женщинах, которые сосали члены. Отношение к ним всегда было осуждающее. А здесь я?! Заметив мою задумчивость, Саша понял, что в моей душе происходит борьба, и решил склонить исход в ту сторону, которая ему сейчас была так необходима... «Да ты не бойся, я никому не расскажу, никто не узнает. И тем более в ванной ты мне пообещал сделать все, что я попрошу». Я попытался ухватиться за соломинку... «Я не умею». Саша, поняв, что бой выигран, быстро заговорил, поглаживая мою голову... «Ты просто делай, как я тебе буду говорить. Не бойся, все будет хорошо». При этом его руки стали настойчиво прижимать мою голову к своему животу. Я не сильно сопротивлялся и вот уже мое лицо в нескольких сантиметрах от вздрагивающего члена. Я никак не мог решиться на последний шаг, но Саша, настойчиво продолжая придавливать мою голову, прошептал... «Поцелуй его!» Я вздохнул и, ломая последний барьер сомнения, прикоснулся губами к стволу. Прикосновение губ к гладкой теплой коже было приятно. Что-то необычное и запретное, что я сейчас делал, возбудило меня, и я уже более активно начал целовать этот упругий и нежный орган, постепенно спускаясь вниз. Когда я дошел до основания, волосики стали приятно щекотать подбородок. Вспоминая как мне было приятно тереться о них грудью, я решил попробовать сделать то же самое лицом, и, задержав дыхание, провел щекой по яичкам, ощущая пух волосиков и шершавость кожи. Саша глубоко вздохнул и с силой прижал мое лицо в эти нежные кучерявые заросли и срывающимся голосом попросил... «Вовочка, полижи мне яйца». Я осторожно высунул язык и самым его кончиком стал гладить кожу, содержащую эти прелестные шарики. Ощущения были очень приятны и я стал сильнее высовывать язык облизывать полностью то одно яичко, то другое. Саша застонал... «О, здорово! Как это приятно, как у тебя хорошо получается! Еще, еще!» Он держал мою голову уже двумя руками и направлял мое лицо. Я, подчиняясь его движениям, старательно вылизывал то правое яичко, то левое. Саша увеличил амплитуду движений, и я начал лизать от самого низа мошонки до основания члена, где уже заканчивались волосики. Саша стонал все сильней и с придыханием повторял... «Еще, еще, Вовочка!» Мне так нравился его шепот, что мне, захотевши сделать ему еще приятней, высунул язык еще сильней, провел несколько раз полностью снизу, насколько мне хватило движения головы, до середины члена. Саша вздохнул еще глубже... «О, как там ты приятно делаешь! Полижи там еще, Вовочка!» Он задрал ноги, разводя их в стороны, и направил мое лицо куда-то ниже мошонки. Ниже мошонки я почувствовал абсолютно гладкую кожицу без волосиков, которая так приятно ощущалась языком. Я стал ее облизывать, но Саша продолжал давить меня вниз, о вот когда мой вращающийся язык наткнулся ниже на сморщенную кожицу, его стон пояснил, куда он меня направлял. Я понял, что только что лизнул его «очко». Мысль, что я теперь «жополиз», внезапно не напугала, а возбудила меня. «Пусть для других это ругательство, но для Саши я буду жополизом, тем более ничего неприятного я не чувствую», подумал я и стал кончиком языка обрабатывать ...  Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх