Однажды в Греции

Страница: 2 из 5

платье откинулось, и она увидела его во всей первобытной, дикой красе. Мощный лохматый торс, под которым только угадывались мышцы, еще более лохматые ноги с копытами, и чугунные ягодицы. Отдыхала Маша несколько секунд. Ровно столько, сколько понадобилось фавну схватить ее за лодыжки руками, раздвинуть поудобнее, и вонзиться все еще невидимым Маше, огромным членом, требовавшем продолжения. Маша еще не пришедшая в себя после оргазма, отдалась ему покорно и почти безразлично.

Фавн не отдыхал, и не повторялся. Сейчас член входил во влагалище почти под прямым углом, распирая матку в верхней стенке. Спермы и машиного сока внутри было очень много, и ее эрогенности оказались избыточно смазаны, отодвигая новый оргазм. Но фавн не хотел быть однообразным. Не выпуская машины лодыжки, он поворачивал ее под разными углами, меняя тем самым угол проникновения члена. Иногда он почти поворачивал Машу на бок, то на один, то на другой. И трахал, трахал, трахал. Новый оргазм она встретила в почти бессознательном состоянии. Фавн зарычал, распахнул ее ноги максимально широко, и снова переполнил Машу своей спермой...

И исчез, бросив ее в позе калачиком, в растерзанном платье...

****

Маша приходила в себя медленно. Солнце уже садилось, тень предательского дерева стала гуще. Собрав свои вещи в небрежную кучу, одернув разорванное платье, Маша побрела на берег искать своих. Ноги сдвигались с трудом. Изнеженные губки не хотели успокаиваться, фавн натер ее своими волосами, и сейчас они сладко саднили. Ноги вообще сдвигались поначалу плохо, сперма выливалась из нее потоком. Маша пыталась вытираться ладонями, но смысла это не имело. Сперма стекала по внутренней стороне бедер густым вязким потоком, и машиных ладошек обтереться просто не хватало. Смирившись, Маша ускорила шаг, радуясь возвращению гибкости бедер.

«Чего себя обманывать? Удовольствие я получила по высшему разряду». От этой мысли в душу вернулось спокойствие. «Даже приключение. Как бы не залететь. И не подцепить ничего. А то мало не покажется»

****

Катера у берега не было. Его удалявшийся силуэт еще был виден. Маша с криком бросилась в теплую воду догонять. Шансов не было. «Может еще вернутся? Должны же в отеле хватиться ее отсутствия?» Катер скрылся в мареве, растворился. Маша побрела назад, у кромки воды она снова с тоской обернулась, глядя на горизонт. Пусто.

Голова начала наполняться обычными бытовыми страхами. Не пропасть бы. И есть хочется.

В прострации Маша стояла по щиколотку в воде, тупо глядя в исчезнувший горизонт. Вода, плескавшаяся у ног, умиротворяла. Вечер был прекрасен, штиль, тепло. Интересно, где ночует фавн? Шагов сзади Маша не услышала. Руки легли на ее талию так, что она почувствовала себя маленькой и хрупкой. Его губы прикоснулись к ее коротким волосам на затылке и шее. Маша задохнулась от такой неожиданной нежности. Фавн наклонил голову и продолжил целовать ее шею сбоку, приближаясь к горлышку. От него пахло зверем. В ее поясницу уперлось что-то твердое и упругое. Руки фавна нежно обхватили ее груди и мягко сжали их по всему объему. «Похоже, будет продолжение». Истекавшее влагалище снова стало горячим. Фавн вдохнул запах ее волос и схватил ее грудь за сосочки кончиками пальцев, чуть-чуть сжав. От возбуждения Маша застонала. «Я ж отдохнула всего минут тридцать, а он опять хочет. Он вообще отдыхает?».

Поиграв с сосочками настолько, что Маша начала терять равновесие и выгибаться от возбуждения, фавн нежно погладил ее животик от пупка и ниже, Маша обмякла от такого прикосновения, сжал ее талию ладоням и мягко с усилием поставил ее на колени прямо в прибой. На четвереньки Маша встала сама, приняв позу покорности и ожидания. Фавн проник в нее сухим и горячим членом на всю свою длину сразу и начал фрикции размеренным ровным ритмом. Теперь удовольствие получал он сам, о Машиных ощущениях ничуть не заботясь. Маша поняла это и начала подыгрывать попкой ему навстречу. Фавн завелся сильнее и усилил натиск. Его член стал заметно больше, упираясь Маше куда-то поддых так, что она начала сбиваться с дыхания. Теплые волны ласкали ее грудь, от чего ощущения становились еще экзотичнее. Кончила Маша первой, одна, сама, на несколько мгновений раньше фавна. В какой-то момент она ощутила себя нанизанной на копье, острое, живое, горячее и страстное. Фавн заметил ее оргазм по тому, как она стиснула его член своей растерзанной натруженной писечкой. Довольно крякнул, фыркнул и кончил сам. Спермы от получасового воздержания у него меньше не стало. Они вышли с пляжа, держась за ручки как дети. Фавн молчал и сопел. Маша шла рядом, чувствую себя его добычей, и думала о том, что начинает привыкать к постоянно мокрым бедрам и вытекающей сперме. Перебираясь через заросли, они разомкнули руки,... и фавн исчез.

****

Спать ей пришлось одной. Было тепло. Одного полотенца вместо простыни, и второго вместо одеяла Маше хватило. Проснулась она с рассветом от голода. Жрать было определенно нечего.

От купания в соленой воде и москитов все тело чесалось. Страшно хотелось помыться. Погода была идеально тихой так, что Маша расслышала журчание ручья и пошла на звук. Для этого пришлось подняться на каменную гряду. Ручей плескался среди камней, Маша нашла, где можно напиться, затем, отыскав небольшое озерцо, скорее лужицу, тщательно вымылась. Вода была почти ледяной, но освежила ее тело, зуд от москитовых укусов ослабел.

Почти неплохо, но нужно искать еду. Солнце стало повыше и начинало припекать. Маша отыскала дерево повыше, одела, наконец, купальник, в растерзанном платье скакать по веткам было не удобно, и полезла наверх, продираясь сквозь густые пахучие ветви, начинавшиеся от самой земли. Лезть оказалось совсем не просто и далеко не так легко как в детстве. Оглядевшись, Маша не обнаружила на острове ничего интересного. Признаков жилья не было. С одной стороны была видна долина, заросшая чем-то похожим на виноград. В другую сторону уходило вверх небольшое плато, утоптанное многочисленными тропами, спускавшимися между камней. Ни людей, ни животных, ни фавнов — никого. Спускаться оказалось сложнее.

Внезапно, чья-то рука коснулась ее ноги, Маша вскрикнула и разглядела чужие человеческие глаза сквозь листву. Стоявший внизу фавн звонко рассмеялся. Он был моложе вчерашнего. Его рожки совпадали с цветом глаз — были коричневыми. Волосы на голове были черными и густо вились, расчески они не знали никогда. Маша рассмотрела его хорошо, когда он помогал ей спускаться. Он был безусым, безбородым, на груди почти не было волос, фавн был худым и гибким, двигался он грациозно, шея показалась Маше оленьей. Чресла фавны были прикрыты грубой выделки овечьей шкурой, облезшей от времени.

Оказавшись на земле, Маша грубо оттолкнула молодого фавна (он оказался одного с ней роста, юноша, почти мальчик) и умчалась бегом в сторону пляжа. Фавн не преследовал, только смеялся заливчатым добрым смехом вслед.

Прошел день, голод усиливался, вынужденная диета уже не казалась Маше полезной. Когда жара стала спадать, Маша уверенно двинулась в сторону «виноградника», поймав себя на мысли, что разыскивает фавна.

Вдруг она услышала звуки дудочки и пошла на звук. Дудочка пела, как будто откликаясь на ее мысли. Вчерашний бородатый фавн сидел около виноградника, прислонившись спиной к дереву, прикрыв глаза, и играл сам себе. Это действительно был виноград, но какой-то дикий, низенький, на вкус оказался кислым и противным. Фавн перестал играть, а когда она обернулась, отрицательно покачал головой, давая понять, что рвать виноград возбраняется. На свирели он играл похоже винограднику.

Маша подошла к нему, стараясь не вспоминать о вчерашнем. Жестами руки она начала показывать себе на рот, давая понять, что голодна. Фавн улыбнулся и пожал плечами.

Пожав плечами в ответ, Маша села рядом с бородатым, также прислонившись к дереву спиной. Едва она села, он вскочил прямо перед Машей, сбросил овечью накидку, и придвинулся к ней поближе, пропустив ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх