Наша любимая Пупсик

Страница: 3 из 6

у матери.

В перерыве я, качаясь, подошла к мама и пощупала между ног. Она была вся мокрая, внизу натекла целая лужа её выделений. Похоже, мамочка кончала лишь от того, что следила за нами. Я посмотрела матери в глаза. Мама опустила глазки и покраснела, как маков цвет. Ей самой было стыдно, что она так реагирует на происходящее, но поделать она ничего не могла. Успокоились мы лишь в третьем часу ночи. Ничуть не стесняясь своей наготы, мы развязали нашу маму, заставили её вылизать всё, что она налила, («Твоё собственное! — подбадривала мать Натка лёгкими ударами хлыста. — Быстрей, нечего стесняться!»), потом убраться в гостиной, и лишь потом разрешили отдыхать. Мы бросили в подвале матрасик, приковали маму к трубе за руку и, пожелав ей приятных снов, ушли спать. Кляп я не вынула специально.

 — Как тебе сегодняшний денёк? — спросила я сестру, лёжа с ней в материнской постели.

У мамы была такая удобная трёхспальная кровать, писатель Тополь обозвал её ещё «Ленин с нами». Сладко зевнув, Натка ответила...

 — Честно говоря, я думала, что проблем будет больше.

 — Подожди, до завтра, — сказала я. — Сегодня она была ошеломлена, за ночь она отойдёт и попытается взбрыкнуть. Однако я кое-что придумала, чтобы пресечь это в корне.

 — Что именно? — прижалась ко мне Натаха. — Мариш, я от любопытства не усну.

 — Спи! — поцеловала я её. — Завтра увидишь.

Усталость взяла своё, мы уснули обнимая друг друга.

3

Проспали мы не долго, в шесть утра вскочили как по будильнику. Натка хотела завалиться обратно, но я дела... дел сегодня было много. Первым делом мы спустились в подвал и пиками разбудили маму. Сон на матрасике без одеяла с прикованной рукой явно не восстановил её сил. Но нам это было лишь на руку... бунтовать не будет.

 — Вставай, дрянь! — приказала, пнув рабыню в бок. — Чего разлеглась? Дел по горло!

Со сна рабыня не вспомнила, как именно надо встречать госпожу, а неуклюже задёргалась. Несколько ударов хлыстом поправили дело... мама встала на колени и прикоснулась лбом к нашим ногам, потому что рот всё ещё был занят кляпом. Надев только обувь, мы отправились на зарядку. Ножные кандалы с мамы сняли, но одели ручные. А потом началась зарядка. Мы мамочку не жалели, гоняли хуже, чем кобыл на ипподроме. Она бегала, отжималась, подтягивалась и прочее, а мы подбадривали её ударами хлыста и плётки. Через час рабыня едва не падала с ног, да и мы тоже, так как почти не отставали. Потом решили наградить мамочку за усердие... поставили её перед нами на колени и приказали вылизать ноги и киски. Покосившись на хлыст и плеть, мама пробормотала... «Как прикажите, хозяйки» — и послушно принялась за дело. С непривычки это у неё получилось плохо. Я вставила кляп назад и мы её высекли. Досталось ей хорошо, на зад и спину было страшно смотреть. Как мы ей приказали накануне, мама, с трудом согнувшись, коснулась лбом наших ног, что означало поцелуи и благодарность за науку. Отказ грозил ей новой поркой, чего маме очень не хотелось.

Последовали водные процедуры. В ванной мама нас тщательно намылила и вымыла, а потом насухо вытерла. Самой ей пришлось обойтись ледяным душем. На завтрак у нас были омлет и кофе. Надо было видеть, как смотрела мама на нас, спокойно евших и обсуждавших дела на сегодня, а неё за сутки не было и маковой росинки. Наконец, сжалившись, я спросила...

 — Хочешь есть?

Мама кивнула. Достав пакет «вискаса», я насыпала в миску, в другую налила воды и вынула кляп. Мама посмотрела на меня, на кошачий корм, потом снова на нас и отчаянно замотала головой, отказываясь, хотя справедливо ожидала порку за отказ. Однако мы с сестрой были полны великодушия, бить не стали, просто засунули назад кляп и убрали еду.

 — Значит, не голодная, — подвёл я итог.

После того, как мама вымыла посуду и убралась на кухне, мы отвели её наверх в её бывшую спальню. Кандалы с ног сняли, а приковали за ногу длинной цепью к ножке кровати. Натка открыла шкафы...

 — Это тряпьё ни ты, ни мы носить не будем. Всё аккуратно уложи в чемоданы. Действуй сука!!

Остолбеневшая от неожиданности мама, поспешила к шкафу, когда плеть впилась ей в спину, что-то промычав от боли. Тут раздался телефонный звонок. Звонили с проходной, сообщали, что к нам привезли заказ и приехали строители.

 — Ты следи за ней, — сказала я, — а я пойду встречу.

Одевшись, я поспешила к воротам. Сначала я впустила машину с заказом. Трое небритых работяг в мятых комбинезонах, дышащих вчерашним перегаром и сегодняшним пивом, сгрузили здоровенный ящик, оставили его в гараже и отбыли, получив на чай и бутылку водки, мгновенно просияв. Людям так мало надо для счастья, зачем лишать их этой малости? Следом заехали строители... жигуль-шестёрка и грузовая с кирпичом и цементом. Я их предупредила, что согласно договору, они должны уложиться в три дня. Но, чем раньше они закончат, чем больше премия будет персонально им.

 — Так что, парни, — закончила я, — сами решайте.

 — А сколько эта премия? — спросил бригадир, тоже небритый и поддатый.

 — Закончите завтра к вечеру — по сотни зелени на рыло, — пообещала я. — Завтра к обеду — по сто пятьдесят. Сегодня к вечеру — по двести.

У ребят аж глаза разгорелись. Как они забегали, как засуетились!!! Да и делов-то... поставить две стенки из кирпича и оштукатурить, да свет провести. Можно было и два дня подождать, но очень мне не хотелось терпеть посторонних, пока мы воспитываем маму. Убедившись, что всё в порядке, работа закипела, я поднялась наверх. Там мама под чутким руководством Натки заканчивала работу. Как я заметила по отметинам на руках и ногах, сестре приходилось подгонять рабыню. Засунув последнюю стопку в чемодан, мама застегнула и устало села.

 — Ты какой шкаф выбираешь? — спросила я Наташку.

 — Пусть будет правый, — пожала та плечами.

 — Сучка, слышала? — спросила я. — Перенесёшь вещи госпожи Натальи в правый шкаф, а мои в левый. Кстати, хочу обрадовать тебя... твоё персональное жильё прибыло. Ната, отстегни её, пусть работает. Нет, подожди, этим займёмся позже, а пока иди в ванную.

В ванной мы посадили маму в ванную, и Ната машинкой сбрила все волосы. Я намылила мамину голову и безопаской выбрила всё наголо. Погладив маму по лысой голове, я поцеловала её в щёчку и сказала...

 — Ну вот, теперь ты стала очень красивой. Живо наведи здесь порядок!

Оставив Натку присматривать за рабыней, я поспешила вниз. Там работа кипела. Подстёгиваемые мыслью о неслыханной премии, работяги вкалывали так, как будто сегодня последний день работы в жизни, а потом отдых. Немного понаблюдав за процессом, я сказала...

 — Орлы, не забывайте о качестве!

 — Хозяйка, будь спок! Всё будет окей! — прохрипел один из рабочих, таща мешок с цементом к бадье для раствора.

 — Чтож, там будет видно, — сказала я и снова поднялась наверх.

Мамулька, страшно боявшаяся побоев, старалась не хуже работяг внизу. Натка её почти что и не подгоняла. Когда рабыня закончила, я придирчиво осмотрела её работу и одобрительно кивнула. Мамочка шумно перевела дух, потому что жутко боялась порки. Улыбнувшись, я сказала...

 — Чтож, теперь надо навести здесь порядок. Всё пропылесосить, помыть, надраить. — Рабыня дёрнулась выполнять, но моя плётка оказалась быстрее. — Стоять, тварь!! Что надо делать, когда отдали приказ? — Мама кинулась целовать ноги, но я сказала... — Поздно! Становись раком.

И опять многострадальной заднице мамочки досталось по полной программе.

 — Считай,...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх