Мой театральный роман II. Экзамен на зрелость

Страница: 2 из 4

его на вкус. Орган любви напоминал античную статую, запечатленную в белом мраморе. В тот момент нас было уже трое... я, Димка и его член. Словно бутон цветка головка раскрывалась, а выделившаяся смазка прозрачной капелькой застывала над дырочкой. Я брал член в рот, облизывал, нежно целовал, сжимал в ладонях. Зажав двумя руками Димины «булочки». Яйца оказывались у меня во рту, перекатывались, словно шарики. Подрачивая член, я полностью завладевал им. Руки привычно нащупывали дырочку-кнопочку в попке, способную творить чудеса — оргазм, производя по шесть, семь залпов из «орудия любви», с обильным излиянием тягучей солоноватой спермы.

Потом я просил Диму встать и пошире раздвинуть ноги. Ему особенно нравилось, когда я начинал ласкать его тело... рука скользила по животу, по члену, яичкам, гладила попку, поднималась вверх по спине. Теплые руки оглаживали изумительно упругое и худое тело самца и спелую «гроздь» гениталий. Сердце предательски колотилось, выдавая страсть и желание близости. Понимая, что еще немного и я «лопну», я отстранялся от Димы, чтобы перевести дух и успокоиться. Теперь Дима раздевал и попутно целовал меня в губы, в глаза, в член. Одежда падала на пол, я оказывался голым и беззащитным перед моим сладким «мучителем». То, что я чувствовал трудно описать словами, но его язык и руки совершали невообразимые движения, доводя меня до экстаза. Мы ложились на кровать лицом друг к другу и начинали онанировать друг другу. Через минуту я кончал. Через секунду Димка вскрикивал и бурно кончал, заливая мой живот своим божественным соком. Полежав и немного отдохнув, мы принимали душ, намыливали друг друга, целовались и смывали следы любовных утех...

***

Приближался Новый 2000 год! Для актеров это самое «хлебное время» — время заработков! Про него так и говорят... «Волка ноги кормят, а актера «елки». Традиция эта установилась давно, и отменять ее никто не собирается. Диму накануне утвердили на новую хорошую роль, и он целиком был поглощен работой. У меня тоже наметилась новогодняя «запарка» на фирме, конец квартала. Я приходил домой очень поздно и сразу ложился спать. Мы не виделись уже две недели, переговариваясь только по телефону. Но, как бы то ни было, решили вместе встретить этот семейный праздник. Моей семьей был Дима, поэтому других вариантов просто быть не могло.

Новый год — это не просто праздник. Прежде всего, это приятные ожидания хорошего, знакомая каждому с детства радость! Будучи ребенком, я всегда с нетерпением ждал Нового года и чуда... подарки под елочкой, запах мандаринов, театрализованные представления во Дворце спорта, билеты в цирк под подушкой, Дед Мороз со Снегурочкой, волшебная Фея — атрибуты, ставшие до боли привычными для всех «советских» детей. Карандашом я ежедневно отмечал оставшиеся дни года уходящего, словно желая ускорить приход праздника. Я вырос, многое изменилось, не стало той страны, в которой я родился, но приятное ощущение радости осталось.

Было решено встречать Новый год у меня, но после того, как мы поздравим нескольких клиентов, вырядившись в Деда Мороза. Приятно видеть горящие от восторга и счастья глаза ребенка, который очень ждет прихода «настоящего» Дедушку Мороза... стихи, песенки, хоровод вокруг елочки, дети верят в чудеса и в новогоднюю сказку. Как правило, в каждом доме гостеприимные хозяева готовы накормить и напоить «уставшего» дедушку. Обидеть хозяев нельзя, просто приходится регулировать дозу спиртного. Отработав несколько адресов, спев под караоке и подарив детям праздник, мы, наконец, уставшие и веселые вернулись домой к праздничному столу, ощущению покоя и тепла.

Горели свечи, мы выпили и стали наслаждаться тишиной и обществом друг друга. Свобода, нежность и любовь — слова, которые кружат голову и объединяются одним понятием — счастье! Какое счастье видеть радость в глазах любимого человека, быть вместе с ним у новогодней елки, обнимать, целовать его столько, сколько захочется! В тот вечер Дима сказал, что сделает мне приятный сюрприз. Он посмотрел мне в глаза и сказал, что хочет почувствовать меня в себе. Я был удивлен, поскольку никогда ничего подобного от него не слышал. Все ласки и секс обходились без анала. На эту тему разговор никогда не заводили. Но сейчас, я был обескуражен и счастлив одновременно. На меня смотрел малыш, и в его взгляде я прочитал интерес, легкую тревогу перед неизвестным и, конечно же, любовь.

Мы сблизились, обнялись, поцеловались в губы. Наши руки тут же стали блуждать по телу друг друга. Ногой я почувствовал в Диминых штанах растущее желание члена вырваться на свободу. Через ткань брюк отчетливо проступал Димкин возбужденный «конец», который я тут же начал гладить рукой. Потом раздел друга донага. Его член возбужденно покачивался и отменно стоял, яички подобрались и прижались. «Копье» призывало к любви. Я разделся, и теперь мы оба стояли с возбужденными «перцами». Ничто не могло сдержать нас от переполнявшей похоти и страсти. Я опустился на колени и ввел Димин член себе в рот, пока не почувствовал, как он уперся в гортань. Руки ласкали яички и половинки его попки, сосал его член, помогая языком, пока писюн полностью не разрядился у меня в горле, пролив горячую сперму в желудок. Отдышавшись, Дима стал работать над моим членом.

Чувствуя, что скоро кончу, я попросил Диму прерваться. Наступал самый пиковый и драматичный момент. Нам предстояло решиться на шаг в познании друг друга и дальнейшее развитие сексуальных отношений. Посмотрев в глаза другу, я увидел в них сильное желание. Взяв с полки крем и презерватив, щедро смазал пальцы и вход в попку Димы, затем раскатал резинку по своему члену. Дальше спросил Диму, какая поза ему больше нравится. Он ответил, что поза на коленях. Поставив его на колени, поцеловал малыша в губы, в шею и сказал, чтобы он не переживал, поскольку я буду очень осторожен. Анус призывно раскрылся, обнажив розовый девственный вход в попку. Яички двумя крупными шариками свисали, а натруженный член был расслаблен. Пристроившись сзади, стал понемногу вводить член в попу к Димуле. Он застонал, сказав, что ему неприятно. Тогда я вынул член. Решили попробовать по другому. Дима виртуозно владел своим телом, его гибкость была потрясающа. Недаром по сценическому движению ему всегда ставили «отлично». Облокотившись плечами на стену, Дима опустил руки вниз, уперся ими в пол. Я поднял его за икры ног, широко развел в стороны, прильнул языком к его манящему паху. Дима помогал мне, напрягая кубики пресса. Передо мной раскрылся великолепный анус, который охотно отвечал мне сжатием на каждое прикосновение, сверху свисал половой член, картину дополняли сладкие яички. Я держал друга за разведенные в стороны ноги, лизал и сосал пенис, яички. Сделав язык трубочкой, вводил его в анус и в уретру полового члена. Дима закрыл глаза и засопел от удовольствия.

Я понял, что парень готов. Через несколько секунд я попытался вновь ввести член, но мне удалось лишь наполовину, скоро член вошел полностью. Дима охал и стонал, тогда я обнял его за талию и замер, пока он не привык к новому ощущению. Взял в руку Димин опавший член и начал дрочить. Писюн окреп, налился силой, разбух и приготовился к спермометанию. Я начал входить в зад глубже. Удивительно, но за неприятным ощущением последовала приятная нега, которая сладостью разлилась по всему телу. Дима сказал, что ему очень приятно и просил меня не останавливаться. Мы сменили позу. Я положил малыша на спину, развел его ноги в стороны, и опять вошел в него. Теперь мы оказались вдвоем в довольно пикантной ситуации... смотря друг другу в глаза, я трахал в попу своего друга, который старательно мне подмахивал. Все это случилось с нами впервые. Мы понимали, что перешли некую грань дозволенного, о которой раньше не думали. Раз, раз раз, еще, еще, еще, — пыхтел я. Давай, давай, глубже, — стонал Димка.

Я лежал на Димке, держась на весу, на вытянутых руках. В такой ситуации Дима перешел на автономный режим и дрочил себе сам. ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх