Мой театральный роман II. Экзамен на зрелость

Страница: 4 из 4

могла бы простить, но она не простила. Тем не менее, Киркоров отделался лишь штрафом и ужаленным самолюбием, но что ожидало Димку без денег, без влиятельных людей, неизвестно. Ситуация была совсем непростая.

Время летело, оставляя Диму наедине с печальными мыслями. Он был раздавлен таким поворотом событий. Бежать позорно в Москву без объяснения причин, означало сорвать два спектакля. Подобные выходки в театре не прощаются и в этом случае, ему грозило бы увольнение. А что сказать коллегам? Что придумать? Дима не привык решать проблемы самостоятельно. Этим мы всегда занимались вместе. Так ситуация как бы упрощалась. Недаром же говорится, «беда, разделенная пополам — полбеды». Но здесь Дима оказался в заложниках у собственной глупости и слабости. Он сидел в номере и смотрел в одну точку не в силах ничего придумать, прокручивал в голове различные варианты выхода из сложившегося положения. До спектакля оставалось чуть более четырех часов. Но ничего не мог придумать, его словно обухом по голове огрели... мысли путались, таяли и гасли. Выносить сор из избы в труппу он не мог, еще неизвестно, чем бы обернулась для него такая «слава». Перебрав все варианты, Дима снял трубку и набрал номер моего телефона.

 — Алло.

 — Это Дима, привет!

 — Привет, Димуль.

 — Как ты там?

 — Плохо, у меня дурные новости.

 — Что случилось, малыш?

 — Я тебе изменил с бабой, она собирается на меня заявление писать.

 — Кончай шутить?

 — Я не шучу.

 — Я тебе не верю, не разыгрывай меня.

 — Да, говорю же тебе, все правда. Помнишь, я говорил про эксперимент.

 — Помню.

 — Ну, вот с ней и экспериментировал.

 — Я же тебе говорил, предупреждал, просил.

 — Кто она?

 — Не знаю, малолетка местная.

 — Ты полный идиот, придурок...

 — Я знаю, но об этом позже... Что мне делать? Времени мне дала три часа, а потом собралась к ментам идти.

 — А если ей денег дать, откупиться?

 — Не, отказывается, чокнутая она, театралка на всю голову, денег не берет.

 — У каждого своя цена, может мало ей предлагаешь?

 — Она замуж хочет. Это ее условие, говорю же чокнутая она.

 — Это не она, это ты, Дима, полный кретин. Тебя же по судам затаскают за такие дела?

 — Не сыпь мне соль на рану, мне и так хреново.

 — А кто тебя за член тянул, тебе разве было плохо со мной, чего тебе не хватало.

 — Прости меня, Сашенька, я подонок, скотина, мне плохо, не знаю, что теперь будет?

 — Ты кому-нибудь говорил об этом?

 — Нет.

 — Никому ничего не говори, с бабой этой мы сами разберемся. Ты где сейчас?

 — Во Львове.

 — Занесло же вас, где встретимся?

 — В театре драмы вечером, как прилетишь, дуй туда, я там буду. С гостиницы завтра утром съезжаем...

 — Ладно, постараюсь завтра прилететь. Давай, держись. Пока.

 — Пока.

Я положил трубку, опустил голову. Горькие слезы предательски потекли по щекам. Гнев, ненависть, нелепость и глупость самой ситуации говорили сами за себя, душили чувства, я задыхался от боли, обиды, горечи, которую незаслуженно причинил мне самый дорогой на свете человек. Мысли одна за другой лезли в голову. Как он мог так поступить, я же его предупреждал, уговаривал, казалось, что убедил, нет, не убедил. Похотливый козел, поделом же тебе! Так, спокойно, спокойно, сейчас что-нибудь придумаем, придумаем. Я понял всю свою слабость. Ведь Димка находился там, а я здесь. Ну, чем реально я мог ему помочь? Я прошелся по комнате, открыл бар, налил полный стакан вина, залпом выпил, потом налил еще, осушил, закурил...

Медленно текли минуты, мысли успокаивались, я приходил в себя. Через десять минут уже был спокоен и готов к решительным действиям. Позвонил на работу и взял трехдневный отпуск за свой счет, потом заказал билет на самолет, собрал вещи, поел, сходил и купил еще вина. С момента последнего разговора время словно остановилось. Внутренне я был готов к любому раскладу и развитию событий. Так, вылет завтра в 9 утра. Ну, что ж, поиграем сучонка в кошки-мышки. Посмотрим, чья возьмет. Вино сделало свое дело, и вскоре я уснул.

Утром строго по расписанию самолет уносил меня в тревожное и предательски голубое небо. Через 5 часов я уже стоял возле театра в полной готовности дать отпор зарвавшейся сучке, пожелавшей отобрать у меня счастье и вырвать Димку из моей жизни. Я прихватил с собой все трудовые сбережения, которые мне удалось накопить за время проживания в Москве. Встречу девушке назначили у театра в скверике. Она пришла вовремя. Высокая, худая, с четко выраженными скулами и запавшими глазами, несостоявшаяся театралка Даша производила впечатление нездорового человека. Переговоры проходили в строгом деловом тоне, без сантиментов. Она сразу дала понять, что деньги ее не интересуют. Она пояснила, что хочет замуж за Диму, ей нужна фамилия известного человека для поступления в ВУЗ.

Я популярно объяснил ей, что фамилия тут ни при чем, что в театральные ВУЗы люди приходят только по призванию. А преемственность — вещь хорошая, но только не в ее случае, поскольку либо талант есть, либо его нет. Я обещал бесплатно подготовить ее к поступлению, обещал замолвить словечко в приемной комиссии, разыграв «Актер Актерыча». Так актеры в шутку называют собирательный образ важного актера МХАТовской школы, «несущего себя в искусство», такой актерский «тяжеловес». Про таких говорят — «Малый театр».

Переговоры продолжались часа два, мне удалось убедить девушку, что нельзя строить свое счастье на несчастье других. Дима никогда не сможет ее полюбить, быть вместе с ней, поскольку, убежденного холостяка трудно заставить жениться силой. Даже если она вынудит его расписаться, то все равно не заставит обеспечивать ее и, в итоге, все закончится разводом. А если она так поступит, то путь в актрисы ей будет закрыт. В Москве ей сразу укажут на дверь при упоминании фамилии на прослушивании. Кроме того, я припугнул, что привезу из Москвы серьезных адвокатов и ей придется попотеть, чтобы доказать Димину вину. И в случае, если ей не удастся, получит по полной программе и сама попадет под статью. Нужна ли ей такая перспектива? Выдержит ли она непростой поединок? Я предложил ей подумать и взвесить все «за» и «против». Даша слушала, и время от времени кивала головой.

В конце концов, мы пришли к соглашению... она забудет о желании жениться на Диме, заберет заявление из милиции, которое уже написала, отдаст нам сделанные в гостинице негативы. В свою очередь мы пообещали ей протеже и помощь в Москве, бесплатную подготовку к поступлению. Помимо этого я дал ей 800$ отступных. Итак мы полюбовно договорились. В глубине души я ее понимал... высокий, красивый, стройный Дима будил воображение не только девушек, но и парней. Не стесняясь, парни делали ему недвусмысленные предложения, а девушка отчаялась добиться взаимности от любимого актера и решилась на такой шаг.

Рассчитавшись и пообещав строго следовать намеченной договоренности, мы благополучно расстались. Через три часа самолет взмыл в небо, унося нас в Москву подальше от свалившихся проблем и неприятностей, которые чуть не погубили моего Димку.

Уже из Москвы Дима дал телеграмму в труппу, что заболел и срочно вылетел домой. Заменить его не смогли, поэтому последний спектакль был отменен.

***

По дороге из аэропорта мы молчали. Лишь переступив порог квартиры, Дима подошел ко мне и, чувствуя за собой огромную вину за все содеянное, молча встал передо мной на колени. Этим он с одной стороны очень меня удивил, а с другой, мне стало легче. Через минуту мы уже оба плакали, обняв друг друга, не в силах остановиться. Многое было пережито за сутки, я чуть не лишился любимого Димки. Он плакал, поскольку боялся позора на всю Россию, боялся, что его задержат на Украине, посадят в тюрьму, боялся потерять меня. Он боялся остаться один на один с обстоятельствами, которые чуть было не лишили его права на свободу. Мы оба долго плакали, через слезы выходила боль, стресс и вся накопленная за это время усталость. Выплакавшись, мы обнялись и минут пятнадцать-двадцать сидели в полнейшей тишине, слушая удары наших сердец. Сейчас мы радовались наступившей тишине и покою, возможности снова быть вместе. Я смотрел в глаза другу и увидел там другого, повзрослевшего Димку, который вдруг сказал...

 — Прости меня, Саш, я люблю тебя еще сильнее и обещаю, что такое больше никогда не повторится. Он подошел и весь в слезах стал целовать меня в губы и в глаза. Потом разделся, раздел меня, попросил лечь на диван, и сделал восхитительный минет, на который только был способен. Его раскрасневшееся лицо пылало жаром и излучало благодарность за все, что я сделал для него.

Он весь преобразился и полностью сосредоточился на моем члене. Я положил его на диван, а сам сел на него, приподнял его голову и ввел член ему в рот. Кончил я быстро, несколько сильных порций спермы ворвались к нему в рот, которые он сразу выпил. Потом то же самое сделал ему и я. Потом положил Димку на живот, смазал попку кремом и сразу вошел в него. Он вскрикнул, но терпел, осознавая свою вину передо мной. Я входил в него, а он старательно подмахивал мне попкой и вскоре его член брызнул желанной теплой струей спермы. Мне это доставило несказанное удовольствие, ему тоже. Через секунду я почувствовал щекотание в паху и стал обильно кончать в Диму. После душа сразу же повалились спать. Засыпая, я сказал, что больше никуда его не отпущу...

***

После того случая Дима переехал ко мне жить. С ханжескими установками было покончено, я простил его слабость, и душа снова окрылилась любовью. Мы договорились больше никогда не вспоминать о случившемся, и обменялись колечками счастья. Считаю нужным добавить, что случай во Львове помог нам лучше понять чувства друг друга. С тех пор мы полностью растворились в нежности, стали еще больше ценить наше счастье любовь и наполнили жизнь радостью и смыслом... Прошла зима, весна, наступило лето, а это означало конец театрального сезона. На работе я взял отпуск, и вместе с Димой поехали отдыхать на море, в теплую, ласкающую человека сказку, способную пробудить к любви даже полено, не говоря уже о прекрасной юности. Но это уже совсем другая история...

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

наверх