Секс по хакерски

Страница: 1 из 2

Значит, торговали мы тогда с Эдиком компьютерами. Да. Точнее, я торговал. Хотя я в компьютерах не сильно волоку, кроме как по Клаве стучать, а Эдик называл себя хакером. Правда, нет ли — да как проверишь, если сам не врубаешься. Во всяком случае, бухгалтерши из соседних фирм частенько бегали к нему советоваться по поводу 1С, банк-клиент наладить, ну и в таком роде. И это просто бесило его жену — Валентину. Ревнивая была, как полтора Отелло. Впрочем, и Эдик ей в этом смысле не уступал. Но у него хоть повод был — Валентина приехала в наш город из райцентра, кровь с молоком, коса — до пояса, ниже пояса тоже ого — го, натуральная блондинка с синими глазами, так что мужики, которые приходили к нам компьютеры покупать, больше на нее смотрели, чем на комплектацию. Валентина у нас бумагами занималась, и за кассой сидела. Она — за кассой, я лохам мозги полоскал, а Эдика мы от покупателей прятали — он любой товар мог обгадить, ничего ему не нравилось, ни софт, ни железо. А Гейтса вообще ненавидел и считал пидером. Дела у нас, вообще-то, неважно шли. Не из-за Эдика — просто не хватало бабок для хорошего рывка. Продавали мы чужие компьютеры, на реализацию брали, а на этом много не заработаешь. Но пока не об этом. Так вот, Валентина была — полный улет. А вот Эдик... Метр 60 ростом, минус 8 диоптрий, а сложение — хреном перешибить можно. Хотя это я загнул. Хреном Эдик сам кого угодно перешибить мог, точно знаю, ходили мы с ним время от времени в сауну. Так что кое-кто удивлялся — что, мол, она в нем нашла? А я — нет, не удивлялся, точно знал, что именно.

Так вот, сидим мы как-то в четверг после работы в офисе, пиво дуем, и планы строим, где денег взять. Первоначальный капитал, мать его в еб. Точнее — мы с Эдиком пиво, а Валентина мартини любила. Как у них, в Густозадрищенске, можно было полюбить мартини — не знаю, однако — поди ж ты. В этот раз денег на мартини не было, Валентина пила сок и доставала поэтому нас больше обычного. И тут телефон звонит. У нас с Эдиком в руках банки с пивом были и сигареты, а у Валентины — только сок, поэтому трубку она и взяла. Вначале разговора она сняла со стола одну ногу, при чем разрешился давно волновавший меня вопрос о цвете белья. Потом — сняла вторую ногу, потом встала, и до конца разговаривала стоя. Я уже ждал «да, товарищ Сталин» — но неожиданно ошибся. Виталий Павлович какой — то. А в остальном — все правильно... да, Виталий Павлович; конечно, Виталий Павлович; обязательно, Виталий Павлович. Смотрю на Эдика — а ему каждый этот «Виталий Павлович», как отвертка в жопу с проворотом.

Валентина наконец-то попрощалась, положила трубку и посмотрела на нас внимательно. — Все, обормоты. Кажись, мы прорвались. Однако, первым прорвало Эдика. Мы работали вместе полтора года, всякое бывало, и матерились в сердцах иногда, но чтоб так он жену обкладывал — это впервые. Валентина, однако, не смутилась. — Закончил? — спросила она, хотя как по мне, это была только пауза. — Так вот. Хорошо. Я не поеду. И ты тут еще полтора года хером орехи колоть будешь. Щелкунчик недоделанный.

Из дальнейшего выяснения я понял вот что. В школе, в старших классах, у нее был роман с колхозным агрономом. Он ли лишил Валентину невинности, не он ли — осталось загадкой, и никого, кроме Эдика, не волновало. Агроном неожиданно пошел в гору, и сейчас руководил областным сельским хозяйством. А жена Эдика, не будь дура, последний год окучивала предполагаемого бывшего любовника (только предполагаемого — утверждала Валентина, на любовнике настаивал Эдик) на предмет поголовной и эксклюзивной компьютеризации аграрного сектора области. И вот завтра начинается, а послезавтра — заканчивается совещание этих самых аграриев. Виталий Павлович готов отрекомендовать нашу фирму для сотрудничества. При обязательном присутствии. Валентины. Чтоб договор с собой привезла, ясен перец.

Как мы все это обсуждали — рассказывать долго можно, но не буду. Хорошо хоть, все понимали — Эдику там делать нечего. Взял он с жены страшную клятву верности, а с меня — клятву за той клятвой следить, и пригрозил страшными карами. Ей — в случае чего, перейти исключительно на анальный секс, а мне — дать по морде (если сам на Валентину позарюсь), и уйти из фирмы, если не услежу. Сам, мол, продавать будешь. Мне-то что, я продам, Если покажут, что продавать и расскажут, с какой стороны оно включается, а вот рассказать-то, кроме Эдика, было и некому. Что касается по морде... пусть достанет сначала, до морды — то.

Собрались мы, и с утра поехали. Да, а совещание проходило на межколхозной базе отдыха, километрах в 100 от города. 100 — то 100, а автобусами с пересадкой добрались мы только к вечеру. На машине быстрее, говорите? Так на машину еще заработать нужно, а пока — да, вот так вот, автобусами, и нехрен смеяться.

Что скажу — устроились межколхознички неплохо. Лес, река, пляж, различной степени пузатости межрайонное начальство — без жен, но с телками. В смысле — с сотрудницами. На их фоне Валентина выглядела просто зашибись. Пузаны посматривали на нее с любопытством, то на нее, то на Виталия Павловича, но близко не подходили. И понял я, что проследить за верностью будет непросто. Собственно, совещание уже закончилось, точнее — перешло к главной своей части. Сравнительно быстро все нализались, как поросята, а уж со мной каждый отдельно выпил, за чем Виталий Павлович старательно проследил. Договор, кстати, взял — и в папочку положил. Сказал, завтра подпишет, на свежую голову.

Пришло время по койкам расходиться. Нам с Валентиной выделили двухкомнатный домик — с виду ничего, но внутри — фанерный. Да мне уж все фиолетово было, спасибо, что с сортиром, проблевался — и в люлю. Лампочка под потолком покружилась, пыталась клюнуть меня в лоб, но не успела — отрубился я.

Проснулся ночью от сушняка и от голосов за стеной — да чего там, фанера, слышимость полная. Попил из крана, вернулся в койку, лежу и слушаю. Только вот врать не надо, что вы слушать не стали бы. И понимаю, что у Палыча облом случился. То ли жара, то ли тоже перебрал. А нечего на выпивке экономить. Ну с какой такой бедности паленую водку было ставить?! Уж как он ни пыхтел, как Валентина ни чмокала, — а все по нулям. Ладно, думаю, кина не будет, сейчас он свалит, может и мне перепадет чего. Чтоб по морде от Эдика получить — это еще постараться нужно, да и кто ж ему скажет, болезному.

И хрен там я угадал. Сначала по комнате проехал свет от велосипедной фары, потом зашуршали шины, и в соседнее окно постучали. За стенкой все стихло. — Витек, скотина ты эдакая — прозвучало в ночной тиши ласковое низкое контральто. — Я все знаю. Открывай, сволочь, я на твою блядь посмотреть хочу.

 — Катя, ты, что-ли — неожиданно сонным голосом отозвался Вмталий Павлович. — Сейчас открою, совсем с ума сошла, третий час ночи... Нет, так просто люди в областные руководители не попадают. В следующую минуту открылась соседняя комната и Виталий Павлович громко затопал к двери. Валентина при этом метко, но бесшумно была вброшена в мою комнату. Следом полетела охапка белья, при этом размеренный шаг Палыча навстречу неизвестной Кате не прервался ни на полтакта.

 — Жена — ответила Валентина на незаданный мной вопрос, прыгая и пытаясь попасть одной ногой в трусы. — Завфермой так и работает, пасет его постоянно, а чего его пасти, кому он нужен...

Палыч открыл входную дверь, громко чмокнул саркастически хмыкнувшую супругу и повел ее в соседнюю комнату, объясняя по дороге, что вот тут вот компьютерщики из соседней области ночуют, муж с женой, а может — и любовники, хрен их разберет, нынешнюю молодежь... Голос его звучал, перемещаясь из коридора в комнату, Катя сначала повякивала почти беззлобно, потом ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх