Было это или небыло-2

Страница: 3 из 4

во рту, и удовольствие, от этого, совсем другое.

Она нагнулась и всосала, в свой ротик, весь Хуй, по самые яйца. Да, это было очень приятно, и когда, от теплоты рта и ласк язычка, Хуй стал увеличиваться в размерах, я даже немного пожалел. Лера долго сопротивлялась росту Хуя, не желая уступать ни сантиметра, но в конце концов была побеждена, поперхнувшись она выпустила его из ротика. Но это ее не остановило и она стала гладить влажной головкой свои соски. Я обмыв ее тело смотрел на ее игру.

 — Ты подмоешь меня? — Оставив Хуй в покое, спросила она.

 — С удовольствием.

Я присел на край ванны, она тут же примостилась на моих разведенных ногах, прижавшись к Хую спиной, раскинув свои ноги, по обе стороны моих, давая полный доступ к промежности, и я принялся за дело. Омовение имело чисто ритуальный характер, скорее всего ей хотелось чтоб я с ней поиграл. Я обмыл Пизденку теплой водой, погладил влажные губки, потеребил клитор, побывал пальчиком внутри, потом намылил руку и скользнул, между нашими телами, к ее попе, мыльный палец легко пропустили в анальную розетку.

 — Ох! — Малышка сжала руки на моих коленях.

 — Тебе больно?

 — Нет, приятно. Поеби меня пальчиком в попу, мазь рядом на полочке.

 — Лучше упрись руками в дно ванны.

Держа ее за талию, (преимущество легкой женщины, — ее можно крутить не боясь надорваться) я поднес, ее промежность, к своему лицу. Поиграв с Пизденкой язычком и губками, я переместился к ее, голенькой, без волос, попе, и, пощекотав розетку, надавил твердым языком на анус, мышцы дернулись и сжались. Я прижался губами к попе и стал всасывать розетку ануса в свой рот, одновременно буравя языком вход в попу, Лера крикнула, затряслась всем телом, и забилась в экстазе, я оставил анус в покое и стал лизать губки и клитор ее Пизденки, а когда она перестала биться я вернул ее в нормальное положение (головой вверх). Лицо Малышки горело красным закатом, она поседела, немного, присев на моем колене, держась за ствол Хуя, потом встала, развернулась ко мне спиной, и стала ловить головку Хуя губками Пизденки, я, обеими руками, помог ей раскрыть вход, и она прижалась им к головке, плавно нанизывая себя на Хуй. Она Еблась нанизывая себя все больше и больше. Наверно принять, в себя, сразу весь Хуй было для нее задачей невыполнимой. Я, дотянулся до полочки, взял крем, обильно смазал средний палец, и прижал его к розетке попы, его сразу впустили вовнутрь, Лера утвердительно закачала головой. Костяшками пальца, я хорошо чувствовал, как ходит головка во влагалище, наверно это не оставило без внимания и Малышку, она прогнула спинку, насаживая себя обеими дырочками, и только простонала:

 — Глубже.

Я взял ее, свободной рукой, за плечо и несколько раз дернул к себе, глубоко нанизывая ее, одновременно, на Хуй и на палец. Лера застыла, прижавшись ко мне, с силой опершись о стену руками, она дрожала как пораженная током, и ее обе внутренности пульсировали, Хуй утопал в горячей Пизденке, головка во что-то упиралась, я не выдержал и... Кончать было очень приятно, видя перед собой, миниатюрную, женскую фигурку. Малышка, освободившись, повернулась ко мне, с мылом вымыла мою руку, которая недавно атаковала ее попу, нагнувшись взяла Хуй в ротик, освободила канал от остатков спермы, приговаривая « — вкусненько», вылизала все вокруг, обмыла его теплой водой и прижалась ко мне в поцелуе.

 — Сережа, милый, не обижайся пожалуйста, на меня. Сейчас я тебя покормлю и мы пойдем отдыхать, на ковре я уже послала постель.

От одного напоминания, о еде, заныло и засосало под ложечкой.

 — Ну, что ты, я вовсе не обижаюсь. Но кушать, действительно хочется.

Двойные бутерброды, с ветчиной и сыром, после рюмки коньяка медленно один за другим исчезали с тарелки, салат из свежих овощей, тоже, оказался, очень кстати. Лера, сидела с боку стола, она смотрела, на меня, с не затаенным интересом, ее голова лежала на сложенных, поверх стола, руках, ножки, свисали со стула, не доставая до пола, спинка, прогнулась в талии, и ее ягодицы маняще округлились, будя во мне сексуальные воображения и фантазии. Сама она, выпила немного коньяка и съела один бутерброд.

 — Извини, я, наверно, уничтожил, твой недельный запас провизии?

 — Нет. Мне просто нравится смотреть как ты ешь. — Она потянулась, закинув ручки за голову. Ее, упругие грудки, подались вперед розовыми сосками, и еще больше округлились.

 — Ты очень красивая и сексуальная. Я очень рад что встретил тебя.

 — Спасибо, мне очень приятно это слышать.

 — Лерачка, одень шпильки, пожалуйста.

 — Ты ненасытен, но мне очень приятно, что тебе нравится мое тело.

Она выпорхнула из кухни и, через минуту, вошла. На ней были тонкие, классические, бледно-розовые, гипюровые трусики-шорты, с глубокими вырезами и мелкой бахромой.

 — Как я тебе?

Она встала, передо мной, в фас, слегка наклонилась, прогнула, ближнюю ножку назад, дальнюю чуть согнула в колене, приподняв каблучок шпильки, слегка вывернула ближнюю ручку и ладошкой оперлась в ягодицу, дальней оперлась чуть выше колена, дальней ноги, и закинула назад головку. Зрелище было потрясающим. Да, эта девочка, знала цену грации, и умело пользовалась ей. Малышка засмеялась, увидев как на ее глазах, оживает мой Хуй, увеличиваясь в размерах.

 — Потрясающе! — Воскликнула она. — Я всегда мечтала, чтоб мужчина так возбуждался, глядя на меня. Тогда я тебе еще кое-что покажу.

Лера выпорхнула и через секунду вошла снова, но уже без трусиков. Встала, на расстоянии вытянутой руки, спиной ко мне, прогнула назад слегка расставив ножки в шпильке, подняла ручки к голове и прогнула осиную талию, повернув бюст так чтоб были видны ее груди, выпятила ягодицы, которые раскрылись, предоставляя моему взору, розовую розетку ануса и губки Пизденки.

Я сглотнул слюну в сухое горло, меня трясло. Хуй торчал коромыслом с пульсирующим стволом, и вздутыми венами, который венчала набухшая, темно-пурпурная головка. Инстинктивно моя рука потянулась к ее промежности, и я плавно провел пальцами по губкам ее Пизденки.

 — Дорогая, ты прелесть. Никогда в жизни я еще так не возбуждался. Я тебя хочу. — Став на колени и держа ее зад в своих руках, я прижался горячим поцелуем к ее ягодице. — Пойдем, полежим.

Малышка повернулась, помогла мне встать на ноги, она нагнула голову, облизала вздувшуюся головку Хуя, пощекотала, кончиком язычка, дырочку канала, и всосала, головку, в свой ротик, плавно водя по стволу нежно-сжатой ладонью. Приятно и ласково пососав мой Хуй, Лера подняла ко мне свое, светящееся от счастливой улыбки лицо. Она ни сказала ни слова, лишь нежно потянула, держа в ладони Хуй, меня за собой. Проходя мы щелкали выключателями, гася свет, и лишь в зале, люстра, вспыхнула всеми шестью лампочками, наполняя комнату светом, и переливами хрусталя. Малышка оставила шпильки возле ковра, и мы опустились на ложе любви.

В неистовстве я поедал это маленькое тело горячими поцелуями, Лера отдавалась ласке прикрыв глаза, вздыхая и вздрагивая. То я целовал ее рот, всасывая губы, то старался, как можно глубже, по очереди, всосать в себя соски ее грудей, то, как игрушечное ее тело, подтягивал Пизденкой к своему лицу, ласкал, посасывая губки, клитор и погружался языком в бесконечность, пока не услышал слабый голос:

 — Милый, выеби меня, я уже не могу. Я хочу почувствовать твой Хуй в себе, на всю его длину. Навались на меня и разорви, мою горячую Пизденку, Хуем, на части.

Дважды, об одном и том же, я не заставил себя упрашивать, ей хотелось почувствовать боль насилия, и я его должен был дать ей. Положив Малышку на спину я подложил маленькую подушечку под ее зад, сложил ее ноги к груди, смочил, головку Хуя обильным соком,...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх